Вторая Фаза - Родион Кораблев

Раммммммм!

«Еще один переход?» — удивился он.

Отвлекаться не было ни времени, ни возможностей. Все внимание уходило на стабилизацию. Собственно, внимание и было главным инструментом. Зрение и другие органы чувств давно отключились.

Зато Алекс видел, что пленники трансформируются. Причем их собственная Бесформенность ускоряла все процессы. Но даже с подобной скоростью требовалось время…

Постепенно процессы начали затихать. Легион еще оставался нестабильным, но Алекс знал, что с этим делать, и это было проще…

— Феликс, ты здесь? — спросил он, не открывая глаз.

— Да, — пробулькал сбоку мастер.

— Запусти рост Тел Потенциала у Измененных. Это поможет им выровняться с остальными и ускорит восстановление. Если понадобится, жги Кровь!

— Понял! Но Кровь не понадобится. Мы же внутри титана.

— Хорошо. Только не прибей его. Он нам еще нужен.

— Я помню…

Через секунду Алекс почувствовал, как мастер запустил рост Тел Потенциала. Правда, это вызвало дополнительную нагрузку на координатора. В этот момент он подумал, что, наверное, следовало потренироваться на небольшом отряде пленников, однако менять план было поздно. К тому же неизвестно, сколько времени им выделил Фест…

В какой-то момент он вдруг почувствовал, как внутри наиболее сильных пленников завибрировали врата.

«Они просыпаются и борются!» — подумал Алекс, удваивая усилия.

Напади сейчас Фест, все бы пришлось срочно останавливать. Но, очевидно, противник был занят подготовкой к следующему раунду. Только вместо Измененных он занимался паникующими титанами.

Наконец, вибрации стихли, и Алекс снова открыл глаза.

— Все получилось? — хрипло спросил он висящего рядом Феликса.

— Гм… не совсем так, как мы планировали, но получилось, — неуверенно ответил тот.

— Что с Измененными?

— С ними все довольно неплохо. Многие начали восстанавливать речь. Некоторые пытаются сообразить, где они. Однако им нужно время. Не знаю, сколько. Через час отвечу точнее.

— Значит, получилось! — обрадовался Алекс. — А что тогда пошло не по плану?

— Мы изменили не только пленников, — осторожно заметил Феликс. — Наше убежище также трансформировалось.

— Как это?

— Титан стал твердым и сжался, — ответила за мастера Мирам.

— В смысле, он излечился? Надо было уколоть врата…

— Ты не понял. Титан не излечился. А его врата… в общем, они пропали.

— Куда пропали? — еще сильнее удивился Алекс.

— Понятия не имею, — хмыкнула Мирам. — Считай, что титана больше нет. Зато вместо него у нас теперь есть живая крепость.

— То есть мы его все-таки убили?

— Скорее превратили в огромный артефакт. Через него даже Бесформенность идет, как через артефакты…

Услышанное сильно заинтересовало Алекса. Монстры просто так не трансформировались. Да, у мастеров-производственников имелись специальные технологии переработки биоматериала в оружие, броню, артефакты и прочие полезные вещи, но обычно использовались отдельные части, а не монстры целиком.

Тем более не титаны.

Что интересно, Мирам не зря назвала их крепость живой — звучание титана ощущалось, и обычного адепта излучение быстро отравило бы. Но легиону оно не сильно вредило. Более того, оно по-прежнему ускоряло все трансформационные процессы. Не так сильно, как раньше, но это было хорошим подспорьем в выращивании Тел Потенциала и других задачах.

Конечно, кровь квази-третьего грейда или живой титан действовали сильнее, зато их корабль был безопаснее.

«Теперь мы точно должны дотащить его до сектора!» — решил Алекс.

Восприятие также показало, что монстр действительно сжался и стал твердым, как и сказала Мирам. При этом он оставался проницаем для аномалии легиона, поэтому адепты могли в нем свободно перемещаться. Словно бы титан превратился в особый пространственный артефакт, только без следов Пространства как Силы.

— Хм… это похоже на Монолит, — присвистнул он, вспоминая артефакт, внутри которого пересек Бездну и добрался до Ваантана.

В чем-то их корабль был даже лучше Монолита — он не только мог защищать, но и помогал в энергетической хирургии…

— Это еще не все, — напомнил о себе Феликс. — Наши гости из Второго Радиуса также изменились. Они получили Сосуды. Все разом!

— Как это возможно? — последнее удивило Алекса особенно сильно, поскольку трансформация адептов высоких уровней требовала прорвы энергии. Не зря одного Фогота тянули всей армией.

— Не знаю, — признался Феликс. — Мне нужно время, чтобы все осмыслить. Но подозреваю, что трансформация легиона оказалась сильнее, чем мы думали.

— Хм… получается, мы разом выполнили несколько задач… Подождите-ка… а сколько прошло времени?

— Три часа, — вмешалась Мирам.

— Это долго. Фест что-нибудь делал?

— Пока нет, но он сгоняет сюда монстров. Мы это чувствуем. Не из Пузыря, а сверху по каналам. Полагаю, он решил, что мы не можем уйти, и готовится. Поэтому предлагаю сбежать через Пузырь. Смока также придется взять с собой. Но он и не возражает. Более того, готов сделать все возможное, чтобы попутешествовать с нами как можно дольше. Даже доплатить готов!

— По сравнению с нами Смок — нищий. Так что пусть лучше продолжает сражаться, — пробормотал Алекс, соображая, как ему теперь действовать…

Серая зона. Ферма. Хемет.

Сидя в своем комфортном жилище, Хемет размышлял над нехарактерным для него вопросом — он думал о смысле жизни и о своем дальнейшем пути… Гоен покинул Ферму несколько часов назад, левиафана по-прежнему потряхивало, и, казалось, время не самое подходящее для подобных размышлений, однако именно в такие моменты разумному следовало решить, правильным ли путем он идет и на того ли союзника поставил.

Потому что все указывало, что Фест не совсем справляется.

«Или это Разрушитель оказался слишком разрушительным», — мысленно усмехнулся Хемет.

Мысль о противнике уже не так сильно задевала его, как несколько часов назад — разговор с Гоеном помог успокоиться. Ну, появился очередной сильный адепт — мало ли таких было и будет. Это ничего не меняло для Хемета лично. Собственно, Гоен был еще одним сильным адептом и гораздо более могущественным, если оценивать его с точки зрения репутации: во-первых, Столп, а во-вторых — лидер огромного Альянса, куда входили уже десятки великих школ. С такими фигурами следовало считаться. Не зря же Фест одобрил встречу.

Однако и с Разрушителем, если тот, конечно, выживет, стоило считаться. Разрушитель и без союзников представлял угрозу за счет личной силы. Такой доберется и открутит голову. Тем не менее Хемета сейчас больше волновало другое…

«У меня свой путь, — напомнил он себе, и эта мысль