Константин Клюев - Т-34 — истребитель гархов

Вопреки ожиданиям, Гиммлер сиял и потирал руки. Во время доклада Мозера рейхсфюрер несколько раз вскакивал из-за стола и принимался ходить по кабинету, жестами призывая старину Вильгельма не останавливаться. Порывистыми движениями Гиммлер поразительно напоминал фюрера.

Выслушав до конца предложения Мозера, рейхсфюрер протер круглые очки, водрузил их на переносицу и снова радостно потер руки:

— Победа! Это — победа, старина Вильгельм! «Трон Кримхильды»-2 существует! Наше предвидение, духи наших арийских предков указали нам верный путь, и пройдем этим путем к сияющим вершинам! «Трон» в руках русских? Какой пустяк! Мы вышвырнем неполноценных с перекрестка миров, доставшегося им по нелепой случайности, как кимберлитовые трубки дикарям! Справедливость восторжествует, и высшая раса наведет порядок не только на Земле, но и в небесах!

Успокоившись, Гиммлер утвердил все предложения Мозера. Особенно позабавила рейхсфюрера мысль поместить Неринга под наблюдение «Аненэрбе»:

— А знаете, друг мой Вильгельм, есть у меня на примете одна блестящая кандидатура! Я распоряжусь этим лично. Что скажете, Карл?

Штайер, молча внимавший происходящему, воздел руки, как бы безоговорочно капитулируя, и тонко улыбнулся. Если за дело берется сам рейхсфюрер, партия будет блестящей.

Пригороды Киля были укреплены и оцеплены по всем правилам, и очередь автомобилей возле шлагбаума накопилась изрядная. Краус размышлял о предстоящем Наставнику походе, время от времени выключая двигатель и включая его снова, чтобы продвинуться на несколько метров.

Все сказки и мифы, все известные факты были собраны и просеяны через крупное, затем мелкое сито, и тончайшая мука выводов превратилась в несколько листков машинописного текста, содержащих одну из величайших тайн рейха.

Оставалось проверить выводы аналитиков «Аненэрбе» экспериментальным путем.

Сотрудникам Штайера было достоверно известно всего о двух перекрестках миров. Первый — «Трон Кримхильды», заблокированный и тщательно охраняемый СС после известных событий в Майнце, когда бешеный дракон разнес в щепы вековую рощу и разметал танковую роту охраны, расположенную по краям карьера. Второй — перекресток в Египте, принимаемый археологами и туристами за старинную каменоломню. Именно через него отряд Вюста проник в иной мир и достиг подножия «Трона Кримхильды»-2. После анализа всех данных был сделан вывод, что на земном шаре есть не менее шести, а то и восьми перекрестков, причем они имеют различные ранги и соответственно различное устройство. Уровни перекрестков менялись по неизвестной пока системе. Ни через «Трон»-1 под Майнцем, ни через «Путь Рамзеса» в египетской пустыне не мог бы проскользнуть незамеченным и детский игрушечный танк, что уж говорить о бронетанковых подразделениях. Отсюда следовало: есть как минимум один действующий перекресток с огромной пропускной способностью, и контролируют его русские. Урал или окрестности Памира, речка Тунгуска или Карелия — пока можно было только гадать. Наличие советских танков у «Трона Кримхильды»-2 весомо подтверждало выводы специалистов. Рейхсфюрер ликовал: «Главное — все работает. Выиграем войну — заберем перекресток!» Глупо ломиться и дальше в слабенький египетский переход, чтобы гибнуть под жестоким огнем красных. Следует вести интенсивную разведку, определить координаты и захватить русский перекресток при первой же возможности, не допустив его уничтожения. С них станется! Неполноценные имеют варварскую привычку уничтожать при отступлении все, что может пригодиться противнику. Дальше — дело техники; лишенные снабжения «потусторонние» русские быстро прекратят сопротивление, и «Трон»-2 будет служить высшим интересам рейха верой и правдой. Мечты мечтами, но пока следует искать новые перекрестки…

В этих поисках аналитики указывали на три района: Калифорния, полуостров Юкатан — опустошенная страна древних индейцев майя, — и дикие джунгли в устье Амазонки. Вряд ли можно было рассчитывать на успешное ведение разведки в США или Мексике, под самым носом у янки, во всяком случае, до полной победы над русскими — тогда чванливые американцы станут сговорчивыми и шелковыми. Итак, Амазонка! Южная Америка не особенно вдавалась в тонкости мировой политики, а немецкое влияние в экономике континента было весьма и весьма существенным.

Экспедиция была снаряжена по-военному стремительно. Было решено, что она отправится на подводной лодке из портового города Киля, главной военно-морской базы Германии. Город, располагаясь в заливе Балтийского моря, имел выход в Северное море через канал, и водная пуповина позволяла субмаринам сновать в любом направлении. «Волчьи стаи» адмирала Деница отправлялись отсюда на промысел, возвращаясь для ремонта и короткого отдыха.

К Подводной академии Северного ветра было приписано несколько подводных лодок с полностью укомплектованными экипажами. С самого начала военных действий субмарины находились в резерве вплоть до особого распоряжения.

Морская блокада островной Англии была в самом разгаре. Верфи не успевали латать бреши, проделываемые в подводных стаях вражескими эсминцами. Истребители подлодок неутомимо утюжили море, выискивая немцев радарами. Признаться, у них получалось; «волчьи стаи» редели день ото дня. На базы возвращалось меньше подводных лодок, чем выходило в море. Потери росли, верфи не справлялись. В угоду скорости пришлось отказаться от клепки корпусов и перейти на сварку. Дело пошло чуть быстрее, но надежность подлодок серьезно уменьшилась.

В этих условиях морское командование с большим удовольствием бросило бы в бой и подлодки академии, но вслух свои мысли предпочли не озвучивать; горячность — удел молодых. Для юных война — это единственная возможность показать себя и продвинуться по служебной лестнице прыжками, а не распланированной на десятки лет медленной поступью; для стариков при лампасах и многочисленных орденах та же война — это шанс лишний раз доказать свою мудрость и прозорливость. Им, седовласым ветеранам, ошибаться нельзя. Не простят.

Субмарины особого резерва спокойно стояли у пирса в ожидании своего часа.

Наставник отобрал в экспедицию двоих. Это были бойцы из диверсионного спецподразделения «Бранденбург 800». Оба головореза были мастерами своего дела. Бранденбуржцы были абсолютными флегматиками, и для Наставника это было едва ли не определяющим качеством, хотя, конечно, хладнокровные и невозмутимые бездельники и неучи ему не были нужны.

Когда парочка в серых плащах, наброшенных поверх пятнистых комбинезонов кричащей тропической раскраски, возникла на пирсе, их тотчас отвели в лодку и разместили в пустом отсеке для запасных торпед. Сапер и радист внимательно осмотрелись и принялись обживать свое жилье. В углу сложили амуницию, вдоль стен отсека расстелили спальные мешки. Холодный железный пол их не пугал совершенно: в пуховых спальниках были прокладки из пробки. В таких мешках можно было спать на снегу. Отсек, ставший для них временным пристанищем на все время плавания, быстро принимал жилой вид.