Юрий Арис - Первая Стая (СИ)

Рывок был сильный, мышцы обожгло волной боли, но я удержал. Мотор все еще посылал в винт движения, но все равно самое сложное позади.

Краем глаза я заметил, что и Кинг справился. Он сделал даже больше: дернул винт в обратном направлении и вырвал его с основанием. Ну конечно, он же сильнее! Я так тоже могу!

Я попытался повторить его движение, и у меня получилось бы, если бы люди делали нормальные винты. А так… в руках у меня осталась одна лопасть, а эта чертова вертушка снова пришла в движение. Уж не знаю, как мне удалось не слететь с корабля… Хвост, наверное, помог.

Мне показалось, что Кинг усмехается, хотя уверенности не было: его лицо скрывала броня. Все равно гад! Получилось у него, видите ли!

Поймать винт второй раз было сложнее. Руки подрагивали от усталости, а я по ним еще и получил, когда лопасть выскользнула у меня из пальцев. Но со второй попытки я справился и, вложив в это движение всю свою злость, избавил корабль и от второго винта.

Я уже слышал, как внутри корабля замельтешили люди. Испугались? Так и надо! Знали бы вы, идиоты, куда вы добровольно направлялись…

Так, теперь спасти этих, заложников. Я поплыл вдоль борта, стараясь отыскать комнату, где заперт один человек. Лита говорила, что с одним договориться всегда проще, чем с толпой. Да и потом, если нас увидит один, вреда будет меньше, чем если увидят десять. Одному никто не поверит.

Кинг скользил рядом со мной и ни о чем не спрашивал, а мне от него ничего не было надо. Достаточно того, что этот чемодан оказался не таким бесполезным, как я предполагал.

Наконец я обнаружил нужное помещение. Человек все еще был там, но его охрана исчезла. Да и не удивительно, учитывая, что они сейчас все занялись любимой забавой людей: впадением в панику.

Я постучал по дну, и первый раз ответа не было. Но после второго стука он удивленно отозвался:

— Эй! Там кто-то есть?

Голос звучал приглушенно, мне пришлось напрягать свой слух, чтобы различить хоть что-то. И я понятия не имел, услышит ли он меня.

— Нет, это всего лишь подводные дятлы балуются! Ты кто вообще?

— Дима…

Вот обожаю это привычку: называть свое имя и думать, что это исчерпывающая информация. Хотя в данном случае мне достаточно.

— Почему один сидишь, Дима? — поинтересовался я.

— Попробовал оказать сопротивление… Я с Витьком попробовал. Но его эти… пристрелили… как собаку! Мне по башке дали и сюда кинули.

— Ясно. Сейчас будем спасать тебя и окружающих. Слушай внимательно и запоминай по мере возможностей. Сейчас я поднимусь на борт и разберусь с охраной, потом освобожу вас, команду, в смысле. От вас требуется связать их и срочно развернуть корабль, потому что идете вы прямо к подводному вулкану, — я решил отказаться от версии про бактерию. — Меня ты не увидишь, просто будь готов сделать все, что я сказал.

— А почему я тебя не увижу?

Настал момент устроить испытание человеческой глупости.

— Потому что я, Дима, русалочк. Самец русалочки. Если ты меня увидишь, тебе придется на мне женится, или я превращусь в пену морскую.

— Так ты ж самец, — ошарашено заметил человек.

— Наш закон суров. Ты видел, сколько в море пены?!

— Эй, ну не дури меня! Кто ты на самом деле?

Блин, ну почему этой обезьяне понадобилось эволюционировать прямо сейчас!

— Ладно, нет у нас времени на болтовню. Вольдемар Анатольевич Сорокаговин я, боевой водолаз, подполковник.

И да простит меня наш новый повар за то, что я взял его имя.

— А как на корабле удерживаешься? — все еще не терял сомнений Дима.

— С помощью новейшей технологии — присосок. И побольше уважения, молодой человек!

— Так точно, товарищ подполковник!

Я фактически видел, как он вытянулся по струнке в ожидании моих приказов. Ну конечно! Русалочк-самец для него бред, а Вольдемар на присосках — суровая реальность! Эх, люди…

— Будь готов действовать!

— Так точно!

Мы с Кингом подплыли к носу судна. По моим расчетам, все корабли сопровождения находятся далеко, с них нас не увидят. К тому же, беглый взгляд наверх показал, что небо снова затянулось тучами, вроде даже туман есть. Это нам на руку.

Оставалось разобраться с еще одной проблемой: зверям первой серии было запрещено причинять вред людям.

Я повернулся к Кингу:

— Слушай, я все знаю про эти ваши запреты, но на этой миссии наши враги — люди. Ты должен будешь, несмотря на запреты…

Он поднял руку, призывая меня молчать.

— Я… знать. Запреты — нет, не нарушать, нельзя, никогда, но… Мне все равно теперь.

Любопытная фраза и, если задуматься, несколько пугающая. Но у меня не было времени задумываться.

— Тем лучше. Начнем.

Мы пробирались на корабль прямо по борту, цепляясь когтями за металл. Получилось шумновато, но иначе бы ничего не вышло, мы не могли слишком долго оставаться в таком уязвимом положении.

Нас услышали и встречали двое. Но стрелять они не стали: увидев, кто мы, они просто застыли на месте, а в глазах их я заметил абсолютный, животный ужас. Оно и понятно: мало кого оставит равнодушным появление из тумана двух огромных чешуйчатых тварей. Я ведь никогда не отрицал, что я монстр.

Я не дал им опомнится, сшиб обоих одним ударом хвоста. Теперь пора разделяться.

— Иди туда, — я указал на грузовой люк. — Убирай всех людей, что попадутся на пути. Заметь: не «убивай», а «убирай», есть разница! Лишних смертей не надо. Тех, что заперты, не выпускай, дождись меня.

Кинг кивнул и прыгнул в приоткрытый люк. Пожалуй, работать с ним не так уж плохо. Например, с Лео мне пришлось бы еще долго разбираться, кто тут главный.

Сам я направился в надстройку, из которой шло управление кораблем. Забыл, как она называется… капитанский мостик или что-то вроде того.

За углом скрывался еще один человек. Огнестрельного оружия у него не оказалось, он попытался рубануть меня здоровенным ножом — мачете. Вот ведь наивный!

Я забрал у него эту зубочистку и с показательной легкостью сломал пополам. Человек потерял сознание. Да, жидок на расправу…

Вообще странно, что у них с оружием такая напряженка, но лично я только за. Чем меньше выстрелов, тем меньше ненужного внимания.

Услышав хлопки, доносившиеся откуда-то снизу, я убедился, что у некоторых оружие все-таки есть, и сейчас оно используется против Кинга. Плевать, ничего ему не будет.

По шаткой металлической лестнице я забрался в ту самую пристройку. И как она еще не обвалилась под моим весом — без понятия.

Я заранее знал, что там пятеро — я чувствовал их. У двоих были только ножи, еще у двоих ружья, у последнего — автомат. Автомат застрочил сразу, пришлось отнять у человека его игрушку и выкинуть в окно. Тогда по мне открыли огонь те, что с ружьями, причем один оказался не дурак: он целил в глаза.