Андрей Булгаков - Герои небытия. Сказание 1: Пробуждение бездны.
— Ты в мед пункте, с рождением тебя солдатик! — тихонько улыбаясь, сказал Селек, положив свою правую руку ему на плечо. Не понимая в чём собственно дело, Такер встряхнул своею головою. Страх всё также присутствовал в его глазах.
— Ребята вы не поверите, мне такой странный сон приснился! — сказал Роберт Такер, и дрожащим голосом продолжил. — Я видел свет в конце тоннеля, а потом какая-то сила подхватила меня, потом я видел одну только тьму, а потом я увидел всех вас, и гигантские руки, схватили и… и…. и…
— Будь спокойнее Роберт, ты только что пережил смерть, ты сейчас не в себе. — сказал Селек стараясь хоть как-то того успокоить. Но в глазах Роберта, всё равно присутствовал страх.
Фитисов стоял у входа и молча созерцал весь этот кошмар. Хоть жизнь Роберта и была вне опасности, всё же он был ответственным за всё что здесь происходило.
Позади Андрея стояла Эл-лиан и в шоке смотрела на всю эту боль и кровь. Андрей оторвался от стены и пошёл куда-то по длинному извилистому коридору, уперев взор в серый пол.
Зал совещания офицеров был просторным помещением, посередине которого стоял огромный вытянутый стол. Четыре горизонтальных иллюминатора позволяли любоваться красивым видом голубой туманности. За столом сидели трое людей, один андроид и один вункс, одетый в чёрно-белую униформу. Третьим офицером из присутствующих был Дмитрий Романов — главный учёный на корабле. Это был человек с аккуратно подстриженными волосами, зачёсанными направо и небритым лицом. Он носил квадратные очки. Он был одет, как и остальные, в чёрный мундир но полоски были белого цвета. В руках он держал мини-компьютер, на котором что-то быстро читал, пролистывая файлы. Экипаж ласково прозвал его «Профессором» — из-за того, что он всегда любил лезть со своими советами туда, куда его не просят. Когда его называли Профессором, Романов в ответ только улыбался и тихо повторял: «Я и сам знаю, что я профессор». По сути, он никогда не обижался, он даже был рад, что его так называли.
Дверь, переливающаяся серебристым цветом, распахнулась, и в кабинет вошёл капитан корабля. Он не спеша подошёл к столу и, окинув взглядом присутствующих офицеров, уселся в кресло. Максим внимательно разглядывал лицо капитана, пытаясь отыскать на нём хоть какие-то признаки беспокойства. Андрей не мог не волноваться. Ведь речь шла о его команде, о его корабле, и его поведение в этой сложной ситуации окончательно покажет, способен ли он дальше командовать кораблём или нет. Если капитан и волновался в этот момент, ему удавалось скрывать нервозность.
— Доложите ситуацию, — сказал капитан Максиму таким тоном, словно заказывал обед.
— Ситуация напряжённая, — взволнованно ответил Максим. — Главный двигатель полностью разрушен, многие орудия выведены из строя. Среди взлетевших пилотов, не вернулось пятнадцать машин. Реактор не функционирует, потому что треснули фритиевые стержни. Заменить их мы не можем, так как на месте запасника фрития сейчас красуется огромная дыра.
— Ясно. А как обстоят дела с экипажем? — переводя взгляд на вункса, спросил Андрей. — Что скажешь, Селек?
Вункс повернул голову в сторону капитана. Его головной плавник расправился, и, несколько раз прищёлкнув клювом, Селек ответил:
— Ситуация хороша и плоха, мне очень жаль за тех, кто погиб вне корабля. Но те кто погибли на корабле были вовремя спасены, вы можете не переживать за них, на борту корабля потерь нету. Ну а те кто сейчас лежат на медицинских койках, через два дня они уже будут лезгинку вытанцовывать.
— А ты что, умеешь танцевать лезгинку? — удивился Андрей.
— А как же, капитана, моя пять лет прожить на Кавказе, а Кавказ, как ваша понимает, находится на Земле. Моя там учиться на доктора. И моя часто приходилось встречать людей, которые вытанцовывали этот ритуальный танец. Особенно его очень часто можно было встретить на праздниках или свадьбах. И самое интересное…
Но когда вункс попытался продолжить, Андрей, подняв руку, перебил его:
— Селек, сейчас не та ситуация, давай в другой раз.
Вункс понимая, что затронутая тема сейчас не к месту, кивнул и замолчал.
— Так, значит, нам нужно раздобыть другие стержни. Я заметил обломки кораблей, которые болтаются рядом с нашим звездолётом. Из них мы можем достать материал для ремонта нашего корабля. Но вот запустить реактор — это проблема, поскольку практически все близлежащие корабли, похоже, использовали химические двигатели. А наш двигатель — энергоимпульсный. Поэтому нам нужен фритий. Мы можем сделать один сверхпространственный прыжок, но далеко без фрития не улетим. Поэтому жду ваших предложений.
— Капитан, я знаю выход, — поднимая руку вверх, откликнулся Романов.
— Слушаю вас.
— Я изучал данные со сканеров и обнаружил неподалёку густонаселённую планету. Капитан, вы не поверите: это Тортуга.
На лице у Андрея появилось выражение милого недоумения.
— Быть того не может, — сказал он. — Мы пробыли в сверхпространстве всего несколько секунд.
— Но нескольких секунд было достаточно, чтобы оказаться в пограничной зоне джоров. Правда, тут есть и плюсы. Мы можем слетать на планету и раздобыть стержни.
Опасность была нешуточная, ведь Тортуга являлась столицей всех пиратских кланов, там правила анархия. Малейшее неверное движение — и получаешь огненный пучок в лоб. Андрей понимал это, но он также понимал, что рядом могут ошиваться джоры. А если они прознают, что флагман всея матушки России курсирует рядом с их границами, они вышлют флот, который сотрёт «Петра Великого» с лица галактики. И война между двумя галактическими государствами грянет с новой силой. И хоть между ними и был подписан мирный договор, военным кораблям запрещено было появляться в близи пограничных территорий. Взгляд Андрея таил обманчивое спокойствие. Он посмотрел на офицеров и задал самый неприятный вопрос:
— Как на наш корабль проникли Драгоны?
Офицеры занервничали, и только Герхард сидел смирно.
— Ты знаешь? — спросил Андрей у своего металлического друга.
— С помощью этого прибора, — гордо сказал Герхард, вытаскивая из-под стола круглый металлический диск. И с чувством гордости швырнул его на стол.
Андрей как следует осмотрел прибор и только после этого устремил любопытный взгляд на Герхарда.
— Что это такое?
— Компактный прибор для переноса материи. Говоря по-русски, мини-телепорт.
— ТЕЛЕПОРТ!? — подскочил Романов. — Я немедленно должен изучить этот прибор! Капитан вы понимаете, что мы сумеем добиться с этой технологией?
— Я как учённый понимаю всю важность этого изобретения, — кивнул, пытаясь сохранить серьёзный вид капитан. — Но сейчас у нас есть более важные дела. Вы меня понимаете?