Владимир Владимирович - Ноябрьский дождь
Тягомотная злость месячного заточения в каморке без света, екнувшее при виде школьных коридоров сердце, отвращение при мысли о мужской похоти, да и просто напрашивающаяся на выход злость - все это вдруг обрело физическое воплощение в тонкой фиолетовой пентаграмме, засветившейся на девичьей ладони.
Дюбуа свечение заметить не успел. Прилетевший невесть откуда невидимый кулак со всей силы саданул его в висок, пока столь же невидимая нога в тяжелом армейском ботинке пинком вышибала пистолет из рук. Человека с французской фамилией швырнуло прямиком на дверцу ближайшего ящика. Свирепый металлический "бум!" стал последним, что уловило обескуражено затухавшее сознание.
Пленитель шей и фуксов не терялся. Когда целившегося в него из пистолета незнакомого мужика сбил поезд-невидимка, юноша крайне оперативно ослабил захват, но только затем, чтобы как следует приложить пленника сзади по голове. Удар прошел крайне удачно: Фукс безвольной обмякшей куклой свалился под ноги незнакомцу. Тот же, не мудрствуя лукаво, обратил стекляшки солнечных очков на Дзюнко, все еще стоявшую напротив с поднятой рукой.
- Трикстер? - коротко спросил он. И Китами совсем не расслышала в резонирующем голосе агрессии. И то хлеб...
- Ну да... Кажется, - настороженно ответила она.
Снаружи загрохотали тяжелые шаги. Кто-то несся по коридору к раздевалке. Собеседник девушки оценил ситуацию и прямо предложил:
- Побежали или останешься?
Хороший вопрос.
С одной стороны, даже в этот краткий миг Китами понимала, что только что совершила большую глупость, и совсем, совсем не нужно бы убегать с места преступления, да еще в компании подозрительных типов. Велика вероятность того, что ее снова запихнут в какую-нибудь каморку. Ну, как же: трикстер в первый же день на воле напала на охрану! Тот факт, что сделала она это в секундном порыве истерики для того, чтобы никто никого не перестрелял, делу не поможет.
Но, с другой стороны, именно в силу того, что ей уже грозит беда, Дзюнко ощутила на краешке сознания нечто, шепнувшее: "А побежали!" В конце концов, она уже напала на конвоира. И хуже не будет. Зачем останавливаться на полпути? Да и вообще... Когда тебе семнадцать, правильный выбор сделать удается крайне редко. А бунтовской побег привлекает, даже несмотря на всю свою очевидную глупость.
- А побежали, - озвучила она выскочившую мысль.
- Побежали, - чуть заметно хмыкнув, незнакомец дернул уголком рта и, развернувшись, бросился к той двери, через которую вышел. Без мига промедления, Дзюнко последовала за ним.
- Эй, может, хватит уже?! - Эрика сердито сверлила спину Инори недоверчивым взглядом. - Давай договорим, что ли?
- Извини, Эрика-сан... - Кимико закрыла дверь очередной аудитории и обернулась к новой знакомой. - Но я должна найти Дзюнко-тян!
- Да что это за Дзюнко-тян? - Эрика сердито скрестила руки на груди и демонстративно отвернулась от мнущегося рядом Учики. - Подруга твоя?
- Ну, вроде того, - слегка неопределенно ответила Инори. - Мы вместе учились в Японии и вместе приехали сюда. Но я не видела ее уже с месяц, и вдруг она тут, в коридоре.
- Кхм... - Учики попытался подать голос. - Мне показалось, она была с охраной...
- Напугался? - ехидно поинтересовалась Эрика, не глядя в его сторону. - Это же не юбки рвать...
- Эрика-сан, слушай... - Кимико вдруг замерла посреди коридора, не дойдя до соседней аудитории. Обернувшись к собеседнице, она заложила руки за спину и с крайним любопытством, написанным на лице крупными буквами, спросила: - А почему все-таки ты хотела, чтобы Чики-кун сказал, что ты его ударила?
- Да потому! - снова завелась девушка. - Если б он настучал, я бы еще месяц не могла сюда ходить. Здесь так принято: за насилие к другим ученикам всякие санкции бывают.
- Но... - озадаченность в голосе Инори вполне соответствовала молчаливому непониманию во всей фигуре Отоко. Юноша в свою очередь решил не выпендриваться и продолжил молчаливо прикидываться фикусом в кадке. - Почему ты хочешь, чтобы тебя временно исключили?
- Потому, - сердитость сменилась угрюмостью. Эрика свирепо фыркнула и кинула в сторону юноши-фикуса неприязненный взгляд. - Не хочу я сюда ходить.
- Но почему?
- Да какое тебе дело?!
Казалось, сейчас гнев, подобный тому, чье неистовство едва не испытал на себе Учики, сейчас обрушится и на Инори. Не меняя позы, европейская девушка недоброжелательно подалась в сторону японки, сверкая синими глазами. Но ее визави лишь расцепила пальцы за спиной и опустила руки, продолжая глядеть мирно и незлобиво. Спокойный медленный жест, а вместе с ним и мягкий взгляд, как-то неожиданно успокоили Эрику. С Инори так было всегда: самим своим присутствием эта девушка делала всех добрее. И вновь растение по имени Учики неслышно умилилось, чувствуя в груди совсем не растительную теплоту.
- Я просто хочу понять, почему Эрика-сан такая сердитая, - добродушно улыбнулась Кимико, окончательно заставив расцвести Учики-фикус, а Эрику - невольно залиться легким румянцем. - Потому что я чувствую, что Эрика-сан очень добрая.
- Чувствуешь, что я добрая? - осознавая, что краснеет, и злясь из-за этого, Эрика снова фыркнула. - Телепат ты, что ли? Никакая я не доб...
Их разговор был прерван, самым что ни на есть эксцентричным способом. В коридоре послышался исполинский топот, и из-за угла на троицу молодых людей выпрыгнул...
Воистину, сегодня был день странных встреч. Хотя, после Китами, ожидать этого знакомца следовало бы, наверное. Из-за угла, едва не сшибая неприметно съежившегося Учики, выпрыгнул Сэм Ватанабэ. Как всегда, в своем черном пиджачном костюме, в белоснежной рубашке и ярко контрастирующем с ней красном галстуке. Как всегда, кажущийся необъятно широким и большим. Как всегда, при непроницаемо черных солнечных очках на носу. И, как всегда, с ухмылкой, прячущейся в бороде-эспаньолке. Сейчас, правда, ухмылка кривилась несколько болезненно.
- Ыть! - сказал Сэм, хватая за ворот покачнувшегося и едва не влетевшего в стену Учики. - Пардон, я не заме...
Тут толстяк разглядел в Учики, собственно, Учики. И тут же ухмылку перекосило в другую, более жизнерадостную, сторону.
- О, это ты, коварный подросток!
- Ыть... - эхом повторил восклицание Сэма Учики, не сумев подобрать иного приветствия в ответ. - Ватанабэ-сан...
- Он самый! - спасая юношу от дальнейшего мычания, произнес Сэм.
Дальнейшая радостная встреча не состоялась по причине, еще более экстравагантной, нежели явление Ватанабэ народу. Инори, только-только узнавшая в новом действующем лице Сэма, увидела, как Эрика, мгновенно подобравшись, устремляется навстречу толстяку. Отоко же не успел разглядеть, как их с Кимико новая знакомая подпрыгивает. Юноша успел только ойкнуть, когда широкая рука Ватанабэ отпихнула его к стене.