Владимир Чистяков - М.С.

— Командуешь?

— Так точно.

— Аппарат Е-10 отбираешь? — поинтересовалась она (это штатное название коробочки).

Кэрт усмехается.

— Так точно, хозяйка, не будь меня, твои бы деятели им бы их пооставляли.

— Во-первых, они такие же мои, как и твои. А во-вторых, никто из них не сталкивался с транспортными кораблями. Пришлось распорядится.

Это последний разгрузочный люк. Так что М. С. так и осталась стоять рядом с Кэртом.

— Все выйдут? Никто не спрячется? Как думаешь?

— Думаю, что никто. Это ведь даже не обыватели или мещане, это самое настоящее стадо. С ними вообще всё что угодно можно делать. Это не те, что корабль защищали.

— Чем больше узнаю ваше общество, тем меньше я его понимаю.

— Запад есть запад, восток есть восток, и с места они не сойдут.

— Давно ты Киплингом занялся?

— Это я от твоей дочери слышал. Думал, это её. Она ведь стихи пишет.

— Я знаю. Ну, так вернёмся к нашим баранам. Кстати, что они так укутаны?

Действительно, выходившие из корабля кэртэрцы по одежде мало отличались от полярников с Южного полюса, хотя мороз градусов пятнадцать, да и Кэрт одет в такой же полушубок, что и М. С… А эти пародии на полярников, ещё и по здоровенному тюку оранжевого цвета каждый тащат.

— На здоровье помешаны. Меньше минус пяти — уже трагедия.

М. С. усмехнулась кэртэрцы-военные ни жары, ни холода не боялись. Даже не верилось, что прожженные хищники и эти тепличные создания принадлежат к одному народу. Но факт оставался фактом.

— Что у них в баулах?

— Аварийный запас продуктов, плюс самое ценное личное барахлишко.

— Оружия не припрятали?

— Эти? Оружия? — с максимальной степенью презрения сказал генерал

— Больно уж сильно ты их любишь.

— Есть за что. Сама же видишь, корабль человек пятьсот защищало, а колонистов — тысяч десять было. И никто за оружие не взялся.

— Может, оружия не было?

— Было. Арсенал как раз на предельную человековместимость и рассчитан. На таких кораблях и военных колонистов возят.

— То есть нам крупно повезло, что это не их корабль.

— Точно. Тебя бы может и закопали, а вот меня — вряд ли.

— А нам досталось, то что досталось. Интересно

— Что именно?

— То, что ты сказал про арсенал. Двадцать тысяч стволов вашего оружия. Более чем серьёзный аргумент для переговоров с любыми бандитами.

— Да мы и своим неплохо справляемся.

— Ваше лучше.

— Это верно. Только с техобслуживанием будут проблемы… Глянь-ка, вроде всех выгрузили. Сходим, взглянем, что нам досталось?

М. С. достаёт из кармана коробочку.

— Я и так могу посмотреть. — она открыла коробочку. Небольшой экран и клавиатура. Пальцы М. С. стремительно забегали по клавишам.

— Сколько лет прошло, а коды доступа так и не сменили.

— Многогранная ты личность.

— Жизнь заставила такой быть.

— Вношу другое предложение: чем стоять и мёрзнуть, может, погреемся внутри. А то сероводородом что-то попахивает.

— Это уже интереснее.

Трофеи захвачены богатейшие: полный комплект оборудования для постройки небольшого города, масса транспортной и горнодобывающей техники, арсенал и даже два истребителя. Правда, извлечение истребителей представляло определённую проблему, ибо корабль садился на брюхо, а ангар внизу.

И это, не считая военнопленных, которых предполагалось обменять на столь необходимое продовольствие. На пару дней саргоновцы решили устроить привал на корабле. Места хватило всем, ибо военнопленных просто разместили на трёх ярусах вместо семи и выставили охрану. Кэрт, естественно, монополизировал медицинский отсек, ибо было довольно много раненых. Помощь оказывали и раненым защитникам корабля. А относительно гражданских, Кэрт не поленился сообщить по внутренней связи, что если саргоновцы задержатся у корабля надолго, то вскоре кончатся все средства от поноса, столь необходимые теперь гражданским. Это встретили диким ржанием как саргоновцы, так и пленные защитники корабля.

«Юморист, — подумала М. С., - он же вроде в медицинском отсеке должен быть, а там передатчика нет. Где его носит?» Но из медицинского отсека донесли, что Кэрт там, но не в состоянии ответить, так как очень занят. И не уточнили, чем.

«Если он нажраться решил, то я ему устрою.»- решила М. С. направляясь в медицинский отсек. Хотя если по совести, то даже в случае пьянки устраивать нагоняй не за что. Кэрт начинает пить не раньше, чем заканчивает с последним раненым. А на случай экстренных случаев таскает опохмелятор собственного изобретения. Таблетки. Просто убойные. Сколь угодно перебравшему дай одну — и через двадцать минут будет как стёклышко. Правда, эти минуты подарят желудку и прочим органам незабываемые воспоминания. Несколько человек, пробовавших опохмелятор Кэрта после приема одной дозы из чуть ли не алкоголиков превратились в завзятых трезвенников.

М. С. к ним не относилась, а генерал перед войной грозился написать статью о проблемах лечения от алкоголизма гибридов. В ответ М. С. обещала гибридизировать его с телеграфным столбом при помощи верёвки и куска мыла.

В медицинском отсеке на первый взгляд нет ничего интересного. Внешне — госпиталь как госпиталь, только двери раздвижные и зачем-то с узорами. У некоторых стоят часовые, внутри — раненые чужаки. Все часовые из подразделения Кэрта. Она осведомилась, где генерал. Ей показали на дверь, у которой тоже почему-то стоят часовые. Явно из мобилизованных перед самой войной. Лет восемнадцать-девятнадцать каждому. Тоже мне, караул почётный.

— Лучше пока туда не входить, — сказал один из них.

Другой поспешно добавил.

— Это приказ генерала, он очень занят.

— Ничего, для меня время он всегда найдёт, — сказала М. С. входя.

За своей спиной она услышала, как один солдат сказала другому. «Что сейчас будет!!!»

«Непременно будет. За неуставные разговоры на посту. И хреноватое соблюдение субординации», — подумала М. С…

Помещение больше всего напоминает операционную. По крайней мере, под потолком находится нечто, напоминающие очень мощные хирургические лампы. Однако, операционных столов нет. Вернее, парочка всё-таки имеется, но либо М. С. ничего не понимает в медицине, либо анатомия кэртэрцев очень сильно отличается от людской, ибо как в подобной конструкции можно разместить человека, ничего ему при этом, не сломав, М. С. совершенно не представляет.

За одним из этих столов и восседает Кэрт. И он не один. Прямо перед ним стоит кэртэрская девочка-подросток, примерно возраста Марины, одетая в какое-то странное долгополое белое одеяние. Птенец и птенец неоперившейся.