Владимир Чистяков - М.С.

— Никак нет, за исключением инициативы одного рядового касательно борьбы с белыми.

— Что именно?

— Ну, они же того, вроде кошек будут. Значит валерьянку любят. Солдат на рынке капканы медвежьи нашёл, и решил их поставить на котиков с приманкой, в которой лекарство. Да и к растяжкам кое-что подбросил. Утром посмотрим.

М. С. усмехнулась.

— Чем чёрт не шутит, может и сработает. А что ты думаешь на тему завтрашнего дела?

Естественно, М. С. не особенно нуждается в советах. Ей просто интересно узнать мнение Чёрного Саргоновца послевоенного образца. Что так резко изменило взгляд на мир этого бывшего уголовника? И до какого придела изменился этот взгляд? А новообращённые всегда ценят когда к ним проявляют большое доверие.

Утром поступило две довольно интересных новости из лагеря. Первая — ночью разведывательные броневики на дороге не подвергались атакам, чего никогда раньше не было. И второе: союзники донесли, что белые от дороги. М. С. приказала отправлять колонну. Риск невелик. Белые явно увязались за её отрядом.

На дороге показалось несколько разбитых машин. Видимо, та самая колонна из города, ездившая в ЦЭБ. Ну точно, они примерно половина машин — полицейские. И бревно толстенное перед первой валяется. Словно бобрами поваленное. И опять тел нет. Группы, шедшие по лесу, тоже докладывают, что всё чисто, и собаки не беспокоятся. А кто тогда всю ночь орал?

А до ЦЭБа — километра полтора. И опять всё чисто. А вот и бетонный забор и насколько хватает глаз — целый, а он очень длинный. Огромные металлические ворота и калитка возле них. На вышках никого не видно. Часть стекол и прожекторов разбита. Танки расползаются с дороги и перестраиваются как для атаки.

Сначала на всякий случай проорали в громкоговоритель предложение о переговорах. Молчание в ответ. Послали добровольца постучать в дверь. Сходил, постучал и вернулся. Ни ответа, ни привета.

Танки и бронетранспортеры двинулись вперёд. Почти на все танки надеты минные тралы. В том числе, и на ''Малышку''. Со стены — никакой реакции. Бетон на подобные заборы шёл лучшей марки, так что подойдя метров на пятьсот остановились развернули башни, и врезали бетонобойными. Снова нулевая реакция. Двинулись дальше. ''Малышка'' высадила ворота. Опять ничего. Сразу за воротами стоянка для машин, а за ней — что-то вроде небольшого парка.

Через проломы в стене въехали бронетранспортёры. Из них повыскакивали пехотинцы с собаками. Несколько человек полезли на уцелевшие вышки. Занялись осмотром и караульного помещения. И опять ничего!

Да что же здесь, в конце концов, творится? В караулке есть электричество, на колючей проволоке — нет. Хотя это не удивительно, на них ток обычно подаётся от разных генераторов. Хотя может и от одного. Все телефоны молчат. В кабинете начальника за столом лежит труп. Человеческий в форме капитана. Судя по всему, он застрелился. И похоже, когда ещё тепло было. А на столе — начатая пачка сигарет, какие-то объедки, бутылка и ни одной бумаги в здании. Вообще ни одной. И документов у покойника нет. А оружейный шкаф заперт, хотя по логике должен быть отперт. Взломали. Оружие на месте. Вот те на!

Броневик отправили в разведку до следующей ограды. Не прошло и нескольких минут, как он вышел на связь.

— Вторые ворота открыты. Никого нет. В воротах — свечение.

— Не поняла.

— Пульсирующий шар вроде как из огня, в центре зелёный, к краям красный. Около метра в диаметре. Висит на высоте около двух метров. Непонятно, как. Отсвечивает вниз чем-то жёлтым. Что за воротами не видно. Какие будут приказания?

— Возвращайтесь.

И положив наушники, говорит.

— Прямо Half-Life какой-то. Вот уж не помню, какая именно часть. Только я вот никак ни Фримен, и ни Шепард. И даже ни человек в чёрном, к сожалению.

А идти дальше всё равно надо. Двинулись через парк к следующей стене. Что довольно интересно, в лесу — ничьих следов. И собаки ведут себя очень спокойно. Остановились у ворот. Не ясно как другие, а М. С. ощущает себя примерно как небезызвестный баран. Ибо она, как и он ничего не понимают. Хотя ворота и не новые.

Светящийся шарик-то точно не к биологии относится. Или этот Керессовский ассистент ещё и физикой на досуге баловался? Через ворота явно идти никому не хочется. Ну, снарядов пока полно.

Снова зарядили и ухнули. Стена, как ни странно, рухнула без проблем. За стеной уже видны корпуса центра. И шарики, вроде того, что в воротах. И много их, висят метров в десяти один от другого. И все на одинаковой высоте. И без всякой системы. И снега нет. Так, травка пожухлая.

А в бинокль видно, что в первом из корпусов центра выбиты все окна на первом этаже. Зато на остальных всё цело.

— Добровольцы есть?

Нашлись.

— Значит, так добраться до здания, и зайти на первый этаж. От шариков держитесь подальше.

Пятеро пошли. Остальные с тревогой следили за ними. Шарики пульсировали. Но ничего не происходило. Все дошли до здания.

Уже изнутри передали.

— Тут полный разгром, всё выбито и переломано. Но стрельбы не было.

— Осмотрите остальные помещения.

Прошло примерно полчаса. Доклады не менялись. Только полный разгром всюду. Проходы на второй этаж и в подвал забаррикадированы. Второй корпус выглядит также как и первый, только двор без шариков.

— Ещё добровольцы есть?

Этим было приказано добраться до корпуса на броневике, только зацепив хотя бы один шар.

(Ещё раньше проверили — они не радиоактивны). Поехали. Броневик проехал прямо через желтоватое свечение. И ничего.

Остановился у корпуса, экипаж вылез и помахал танкошлемами.

''Была не была!'' решила М. С. захлопывая люк и командуя водителю ''Заводи''. Не померла от огня марева — небось, и от шариков не загнусь.

А в здании действительно, бардачок ещё тот. Сломано и разбито не просто всё, а абсолютно всё. Пол завален бумагами, побывавшими в уничтожителе, мебель разбита буквально на щепки, вся аппаратура разломана. Огнетушители на стенах и лампы на потолке тоже кому-то помешали. И так — во всех помещениях.

Лестницы на второй этаж и в подвал не только завалены, а ещё и кирпичом заложены. Ну, это-то не проблема. Когда подошли остальные танки, и в здании собралось довольно много народу, стали ломать кирпичные стены. Сразу на всех лестницах.

На втором этаже палаты и лаборатории. И всё было абсолютно чисто. Можно даже сказать, стерильно. Как в морге. И ни листа бумаги. Аппаратура в операционных вся знакомая. На третьем стало уже интереснее: пулевые отметины на стенах и мебели, да несколько мёртвых тел в форме и лабораторной одежде. Причина смерти — совершенно ясна — убиты в перестрелке друг с другом. Судя по одежде перед самыми холодами. А так как температура в здании почти не отличалась от наружной, то тела сохранились неплохо. А ведь на улице ни одного тела. Интересно всё это!