Георгий Булавин - Новатерра
- Яс-с-сно... - в том же тоне резюмировал комбат.
Док наконец более или менее отдышался.
- Старый, можешь объяснить, что происходит?
- Как это ни удивительно, могу. Происходит катастрофа планетарного масштаба...
- Из чего ты заключил, что планетарного?!
Комбат мог бы, конечно, сослаться на откровение Свыше, но не стал этого делать - пророки редко удостаивались признания до своей кончины, зато как раз пророчества имели свойство эту самую кончину приближать...
- Из чего заключил? Смотрел утром новости и стал свидетелем, как такие же, вон, оборотни прямо в студии набросились на ведущую. И в радиоэфире на всех частотах сплошь одни помехи, станции будто сдохли. Так что бардак повсюду, а не в одних лишь наших выселках.
- Резонно, - согласился Док. - Извини, я тебя перебил. Продолжай!
- Перебил ты, брат, вот этих, - комбат кивнул на одного из недвижимых оборотней, - а меня лишь прервал. Продолжаю: катастрофа является следствием агрессивного умопомешательства Бледных, а таковых на этот скорбный час не менее половины человечества...
- Откуда сведения?!
Он неопределенно показал взглядом на потолок.
- Оттуда.
- От мента Бушкевича?! - удивленно воскликнул Куракин.
- Считай, что так, - вздохнул комбат, мысленно извиняясь перед Господом и поминая участкового, ещё вчера впрямь обитавшего этажом выше. - Далее: массовое помешательство, вероятнее всего, произошло в результате стремительного распространения неизвестной инфекции, проще говоря, пандемии неведомой болезни сродни чуме. И это, дружище моё Игорь Николаевич, уже по вашей части!
- По моей... - пробормотал Док, многозначительно глядя комбату в глаза. Наверняка именно такими взглядами средневековые епископы 'одаривали' ведьм и колдунов перед аутодафе. - По моей-то по моей... Мать вашу, мы же заразимся!
- Вряд ли, - покачал головой Твердохлеб. - Уже поздно, даже если захотим... Больше скажу, весь этот бедлам очень скоро закончится. Буквально через несколько часов. Но эти несколько часов нам с вами как-то нужно умудриться прожить! Посему предлагаю уходить в леса, благо их в окрестностях предостаточно. Учитывая ваш нестроевой статус, командование беру на себя. Возражения?.. Нет? Ну и отлично! Порядок следования: я - впереди, за мной господин Куракин с задачей прикрывать мой затылок, следить за опасностью с воздуха и 'держать' сектор слева по ходу. Вот тебе, Василий Владимирович, главное оружие антидемократической реакции - палка резиновая длиной семьдесят два сантиметра. Потом идёт Марго с тело... хм, с Алёнкой. Док, возьми мой именной кинжал. Потеряешь - самолично задушу! Даже если погибнешь, воскрешу и задушу... На тебе - выходы подземных коммуникаций, тылы и сектор справа. Удачи нам! Пошли!!!
И они пошли...
Пока добрались до крыльца - отнюдь не прогулочным шагом! - лопатка из чернёной стала гнойной. И на беду случилось так, что комбат выскочил из 'зачищенного' подъезда прямо на ствол охотничьего карабина. Безумный егерь тут же выстрелил, но он мигом раньше завалился набок, метнув противнику в горло свой ужасающий клинок. Упал на колено и Док. Куѓракин - может, к счастью для себя, может, наоборот - замешкался у собѓственной квартиры, чтобы схватить в охапку хоть какую-то одежду. А вот Рита...
Тяжёлая пуля врезалась ей точно в центр лба. Во всяком случае, она погибла мгновенно, без лишних мучений. Отмучилась...
Прости, Марго!!! Мы так и не успели полюбить, хотя бы до конца понять друг друга. Да, по большому счёту, не особенно-то и старались. Хоть догадались попрощаться перед выходом... Прощай ещё раз! И теперь уж - навсегда...
Комбат, преклонив колени над останками жены и дочери, принялся бормотать святотатственную выжимку из мельком слышанных прежде молитв, а сам меж тем раздумывал, как их в подобной ситуации захоронить. Тела павших товарищей десантники врагу не оставляют!
Сложнейшую проблему разрешил присоединившийся к ним с Доком Куракин - наблюдатель за воздухом.
- Майор!!! - истошно заорал он, тыча пальцем туда, где в дыму, плотно затянувшем небо, зияла широченная прореха.
- Старый!!! - паническим рёвом поддержал его Шаталин.
И было от чего впасть в панику: визуально прямо на них рушился фронтовой штурмовик!
Вдвоём они буквально оторвали комбата от крыльца и, поддерживая за ремень, потянули прочь от горящего здания. И вовремя! В звуковом сопровождении грохота реактивных двигателей, резонировавшего с канонадой уличных боёв, над их головами пронеслись дымно-огненные стрелы неуправляемых ракет, и в следующую секунду дом превратился в полыхающий вулкан. Благо ещё, за миг до первого разрыва Док швырнул спутников наземь, отчего ударная волна вместе с металлическими осколками, щепой и бетонной крошкой пронеслась над ними без особого вреда для организмов. Лежа пластом на животе и прикрывая затылок ладонями, комбат всё-таки умудрился рассмотреть из-под плеча последствия атаки с воздуха: один снаряд, Бог весть какой именно из серии - да оно и не важно! - ударил, судя по вулканическому кратеру там, где полминуты назад ещё красовалось крыльцо, прямо в козырёк над подъездом. И ему, гвардии майору Александру Твердохлебу, некого стало хоронить...
- Встали! Ходу!!! - заорал он, в очередной раз за последние полчаса отложив личную трагедию до лучших времён.
Машины на стоянке кучно полыхали жарким пламенем, и собратья по несчастью понеслись навстречу фантому спасения на своих двоих. Комбат не был в Трое времён осады её войском царя Агамемнона Корыстолюбца - то ли в отпуске находился, то ли на другой войне, - но сейчас, на бегу обозревая Нилгород, живо представлял себе последствия захвата древней твердыни греками-ахейцами. Город содрогался от взрывов и выстрелов. Город пылал. Город был окутан смрадным дымом, и лёгкий ветерок, хотя понемногу отгонял его клубы к востоку, тут же раздувал огонь, отчего занимались новые пожары.
Счастье беглецов - если в подобной ситуации априори уместно говорить о счастье - состояло в том, что бледные безумцы, похоже, напрочь утратили людскую способность действовать согласованно. Во всяком случае, признаков планомерной травли в городе не наблюдалось, просто все дрались со всеми, каждый - с каждым. Оборотни толпами бросались на здоровых нилгородцев, но, в отстутствие подобных целей, с ничуть не меньшим энтузиазмом рвали на части друг друга. Враг - врага! Комбат же со товарищи представляли собой если и цель, то довольно ловкую, резкую, пусть лишь кое-как, но всё-таки вооруженную, весьма и даже очень скорую как на перемещение в пространстве, так и на расправу.