Мама ама криминал - Ник Вотчер

— А ведь Вас, Николай Андреевич, уже обвиняли в убийстве другого Игрока, верно?

— Которое я не совершал, — поправил его я.

— И всё же…

— И всё же, давайте ближе к теме. Прошло уже достаточно времени, чтобы просмотреть записи с камер наблюдения, опросить жильцов и провести первичный анализ, или как это правильно называется?

— К сожалению, камеры на этаже не работали, —тяжело вздохнул Виктор Павлович.

— Очень удачно.

— Для Вас?

— Для вас, — поправил его я. — Проверьте другие камеры, входные, с лифта. Зачем Вы продолжаете пытаться давить на меня, прекрасно осознавая, что я не совершал это убийство?

— Вы похитили улику с места происшествия!

— Забрал свою вещь.

— Улику!

— Вы из полиции или из СБ?

— К чему этот вопрос?

— К тому, что не забывайтесь. Я вам ничего не должен. Моё нахождение здесь — не более, чем проявления доброй воли с моей стороны. Я пытаюсь помочь вам разобраться в произошедшем. Если Вы продолжите давить на меня, обвиняя в том, чего я не делал, то я буду вынужден уйти.

— Ох, простите, если я Вас чем-то задел, — Виктор Павлович внезапно сменил тон. — Видите ли, наш отдел никоим образом не заинтересован в конфликте с Вами.

— Да неужели? Пока что всё, что я видел, говорило об обратном.

Виктор Павлович в ответ лишь многозначительно улыбнулся.

— Надеюсь, со стороны это выглядело точно так, как Вы говорите, Николай Андреевич. Простоите, но нам пришлось действовать подобным образом, чтобы у тех, кто за Вами следит, не возникло никаких сомнений, что мы с Вами не друзья.

— Так мы и так не друзья.

— Но можем ими стать.

Меня на секунду накрыло дежавю. Что вообще происходит? Сначала один в друзья набивался, теперь второй.

— Знаете, если вы всех своих друзей так встречаете и относитесь к ним подобным образом, то я, пожалуй, откажусь.

Виктор Павлович ни хмурился.

— Николай Андреевич, не спешите с выводами. Я же сказал, что это была вынужденная мера, чтобы со стороны выглядело, что между нами напряжение.

— Илья? — предположил я.

— Совершенно верно, — улыбнулся мой собеседник.

— Вы разве не подчиняетесь Белову?

— Подчиняемся. Но Алексей Борисович слишком круто взял, с самого начала. Не всем это нравится.

— Я так и не услышал, что Вам надо.

— Я предлагаю Вам сотрудничество, — Виктор Павлович подался вперёд. — Мы не враги, Николай Андреевич. Мы служим одному делу — защите людей от Разломов. И у нас общие враги. Те, кто плетёт интриги, вместо того чтобы заниматься своим делом. А именно, защитой людей от Разломов и монстров. Те, кто убивает Игроков.

— Это Вы про кого-то конкретного?

— Я про… всех, кто так или иначе в этом замешан, — он многозначительно замолчал. — В том числе и про тех, кто убил Олега. Мы найдём их. Но нам нужна ваша помощь.

— Какая?

— Ваша поддержка. Вы заместитель Главы. Да, ваш отдел имеет ещё слишком мало влияния, но со временем Вы возьмёте своё. Я это понял, во время нашего разговора. После нескольких неудачных, скажем так, решений, наши позиции в Гильдии ослабли.

— Не совсем понимаю, про что Вы говорите, Виктор Павлович. Что такого могла сделать СБ, что это привело, как Вы сказали, к ослаблению ваших позиций?

— Вы, наверное, не в курсе, но дисциплинарная комиссия тоже относится к нашему отделу.

— Не знал, — удивился я.

— А это так. Да, я в курсе, что у Вас возникло некоторое недопонимание с отдельными членами совета.

— Это Вы про Егора?

— Совершенно верно. Но таких людей у нас мало. О нём можете не беспокоиться.

— Даже не собирался.

— Так вот, как я уже сказал, мы совершили ряд ошибок, которыми Алексей Борисович тут же воспользовался, чтобы нас прижать. Ваша поддержка пришлась бы нам очень кстати.

— А что я получу взамен?

— Защиту, — Виктор Павлович улыбнулся. — Не от Белова. Тут мы пока бессильны, сами понимаете. Но мы можем обеспечить Вам иммунитет по всем вопросам, которые будут проходить по нашему ведомству. Мы поможем Вам защититься от тех, кто захочет использовать вас в своих играх. Мы прикроем вас. Обеспечим… скажем так, определённую свободу действий. Взамен на информацию и лояльность.

— Лояльность кому?

— В первую очередь нашей Гильдии. Как мы сказали, её процветание — это наш приоритет. Во второю очередь — людям. Не конкретным личностям, а общему делу.

Я смотрел на него и пытался понять, где подвох. Слишком уж гладко всё звучало. Слишком щедро, но при этом расплывчато. Ничего конкретного. Не понятно, с кем мне в итоге придётся работать, и на какие уступки им идти. Потому что иммунитет в дисциплинарке — это как-то очень жирно. Вдобавок, я прекрасно понимал, что, когда тебе предлагают что-то бесплатно, это обычно означает, что платить всё равно придётся. Рано или поздно. Только ты узнаешь об этом в тот момент, когда отступать будет уже поздно.

— Мне нужно подумать, — сказал я наконец.

— Конечно, — Виктор Павлович поднялся. — Но не затягивайте. Ситуация меняется очень быстро. Белов что-то планирует и сильно торопится. У нас есть информация, что он хочет сместить Вас с должности, во что бы то ни стало.

— Так и скажите, что он отдал вашему отделу приказ потопить меня, а вы решили этим воспользоваться.

— Вы необычайно проницательны, Николай Андреевич, — криво улыбнулся эсбэщник.

— Чтобы это понять, не обязательно обладать сотней Интеллекта, — я встал из-за стола. — Выходит, я могу идти? Больше у Вас ко мне вопросов нет?

— Да. Нам всё предельно ясно, все обвинения с вас сняты. В ходе расследования мы, установили, что это были не вы. Официально вы теперь важный свидетель. И с Вашей помощью мы обязательно найдём настоящего убийцу.

— Боюсь, я мало чем смогу вам помочь. Тем более, что камеры, как Вы говорите, не работали. И все следы и улики ваши люди уже наверняка затоптали.

— Что поделать, у нас слишком низкий бюджет. Не хватает ни на людей, ни на качественное оборудование, — Виктор Павлович открыл дверь, жестом приглашая меня проследовать на выход. — Надеюсь, что всё изменится, когда Вы сделаете правильный выбор.

Я вышел из кабинета. В сопровождении пары охранников мы поднялись на первый этаж, где мы столкнулись с Ильёй. Вид у него, когда он меня увидел, стал кислый, словно он съел целиком пару лимонов. Видимо, он был ещё не в курсе, что я больше не подозреваемый.

— Как это понимать? — обратился он к Виктору Павловичу.

— К сожалению, у нас нет веских оснований задерживать Николая Андреевича. Все