Андрей Белоус - Рассвет

С другой стороны, в случае необходимости и Ретранслятор раскурочат без моей помощи и с проведением Контр-акции смогут справиться и без моего участия. Поэтому учитывая неоценимые заслуги Серого в нашей судьбе, я готов был принять любое его предложение, но только не лететь на Синадру одним. Что-то меня подсознательно настораживало в подобном предложении. Наиболее разумным казалось дождаться крейсер здесь, не рискуя быть обнаруженными радарами Ретранслятора, приблизившись к нему на таком слабозащищенном судне, как шатл.

Конечно, на Хашее Серый продемонстрировал себя, как незаурядный тактик, но там мы имели дело, хоть с инопланетными, но существами, которые иногда совершают ошибки. Здесь же нам противостояла холодная логика технологии, во многом непонятной даже мне. Хотя кому это знать лучше. На протяжении многих лет систематизируя проявление их деятельности и затрат, на которые они шли, я все больше поражался безграничным возможностям этой сверхцивилизации.

Это была наша первая ссора. Момент знакомства, когда Серый вел себя предельно агрессивно, я в расчет даже не брал. Потому как со временем у меня сложилось впечатление, что с его стороны это была лишь игра, непонятно только, какую он при этом преследовал цель. Сейчас же, напротив, он был предельно сдержан. И хотя с логичностью его доводов приходилось согласиться, я наотрез отказался приближаться к Ретранслятору одним. Конечно, провести разведку на местности, и если повезет, получить данные об укрепрайоне, может оказаться неоценимой помощью для подошедшего крейсера, но риск выглядел несоразмерно велик.

Он ушел молча, скрывая свои истинные эмоции за непроницаемой завесой нечитаемости. Чем он мог заниматься в полной изоляции Своей комнаты, как он именовал отдел Информатория, где базировался его психотип, я не брался даже предположить. Учитывая, что я предоставил ему полную свободу, позволив находиться там, где ему нравиться, он все же предпочел одиночество в полной темноте. Несложно догадаться, какие в действительности он испытывал эмоции в момент, когда без объяснений оставил меня в одного. И сейчас это тяготило больше всего, причем тому имелись и другие обстоятельства.

Да, я настолько привык к его неугомонному психотипу, позволявшему не пасть духом в самые отчаянные моменты, что поневоле начал скучать. А то обстоятельство, что он остался обо мне не самого лучшего мнения, подсознательно вызывало чувство вины. И хотя я знал Серого всего несколько дней, но с удивлением обнаружил, что готов пойти на любой риск ради того, чтобы вернуть его расположение. И единственным способом примириться с этой непростой личностью, было принять его предложение, причем сделать это необходимо так, словно я сам пришел к этому решению.

Ну, с этим проблем возникнуть не должно. Целесообразность проведения разведки сомнений не вызывала. Ведь если разобраться, кому это больше нужно, не могла не вызывать удивления моя первоначальная нерешительность. Поэтому заслуженно пристыженный, я отправился к Серому.

– «Интересный способ в гости ходить» – промелькнула у меня неожиданная мысль.

Не склонный раньше к подобным каламбурам, я оказался вынужден признать наличие в обычном на первый взгляд действии определенной двусмысленности. Причем если от Серого подобное замечание казалось вполне уместно, то сам я шутить не умел совершенно, и столь неожиданно прорезавшееся остроумие стало для меня полным сюрпризом.

Файл его комнаты, как это теперь принято, был постоянно открыт. Сейчас нечитаемость Серого уже не доставляла мне дискомфорта даже в полной темноте его комнаты. Я научился не только чувствовать его присутствие, но и точно знал, слушает он меня, либо занят своими мыслями. Так и сейчас, стоило мне войти, как Серый обратил все внимание на меня, как всегда тщательно контролируя свои эмоции.

– Серый, ты прав – начал я в качестве извинения.

– В данной ситуации самым разумным представляется лететь на Синадру, не теряя времени. – закончил я уверенным тоном.

Хотя, в том, насколько он готов принять мое раскаяние, я здорово сомневался. Секундное молчание с его стороны показалось мне вечностью.

– Ну так, чего стоим? Кого ждем? – раздался привычно бесшабашный ответ Серого, произнесенный прежним компанейским тоном.

Действительно, дорога предстояла неблизкая, а время в пути рассчитывалось не по максимальным возможностям Шатла, а из количества имевшейся в наличии энергии. И то, что имелось, позволяло двигаться со скоростью около трети световой, что занимало порядка десяти дней. А значит, на Синадру мы прибудем дня за два до подхода основных сил. Максимум три. Выведя шатл из недр планеты на ее орбиту, я тщательно проверил окружающий космос. Основой тактики Шихайнийцев являлось немедленное исчезновение с места преступления, потому ожидать, что они трутся где-то поблизости, не приходилось, что и подтвердили результаты сканирования.

Задав курс и параметры разгона, мы оказались вынуждены занять место на противоперегрузочном мате, так как шатл являлся техникой примитивной и не имел системы распределения нагрузки. В результате больше суток предстояло проваляться овощем. Возможно, в другой раз подобная перспектива меня и расстроила, но сейчас изможденный пережитыми событиями и окончательно разбитый после передозировки Шиханийской прививкой, о подобной перспективе оставалось только мечтать. Отправив закодированное сообщение о своих действиях на Землю, я наконец смог сдать позиции сну. Серый уже давно спал, не дожидаясь, когда я закончу с рутинными процедурами.

Длительный отдых благотворно отразился на измотанном теле, восстановившемся практически окончательно. Проснулся я в более приподнятом настроении, чем накануне, и на многие вещи смотрел уже не столь пессимистично. “Молнию”, конечно жаль, да и возникшие с этим сложности тоже никуда не девались, но это война. А на войне трудно прогнозировать что-то наверняка. И если события начинают разворачиваться не по плану, это никак не должно мешать выполнению поставленной задачи. И наши действия в этом случае, представлялись наиболее рациональными и оправданными.

Поэтому, хотя особо радоваться нечему, все десять дней пути прошли в приподнятом настрое от осознания правильности сделанного выбора. К тому же в отличие от обычной монотонности длительных полетов скучать не приходилось. Но, даже занимаясь абсолютно обыденными делами, я неоднократно ловил себя на мысли, насколько изменилось мое отношение к каждой минуте жизни после пережитой на Хашее смертельной опасности. Поэтому я начал понимать, насколько велика цена этого времени для Серого, который в отличие от меня точно знал свою судьбу, понимая, что этого не сможет избежать даже он.