Стас Ас - Последний день может стать первым (СИ)
совсем не уверен, что из этого мутного полумрака не вылезет что-то, о существовании чего я даже
не догадываюсь…
– Кот, ты видел там наверху колонны старых машин?
– Я-то не видел, но мы сегодня здесь отсиживаемся. И завтра. И вообще, пока все это не
кончится. Я крыс подслушал, они видели, информацию передавали. Их подслушивать опасно, но
если осторожно… Мы вообще очень осторожные…
– Оно и видно.
– Нет, мы действительно очень осторожны.
Крысы… Значит у них есть информационная сеть… И их нетрудно прослушать… Надо учесть.
Наверное, то, что я слышал, и была сетевая передача, только зашумленная. Не очень ясно, что там у
них такое – какой-то клубок передач. Как они в этом разбираются?..
Я обратился к “защитнику”, отключив Кота от дублированной линии:
– D40, как думаешь, дестроеров на усовершенствование транспортируют?
– Да. Машины в хорошем состоянии.
– Они уже стягивают к Штраубу основные силы…
– И готовят дополнительные отряды, которые пойдут в резерв.
– Плохо дело.
Все, что нам нужно – это энергия и немного времени, но именно этого у нас и нет. Пытаюсь
отогнать тень отчаяния, а Кот тем временем беззаботно чешет лапами за ушами. Он облизнулся и
уставился на меня огромными, круглыми глазами.
– Замечательная колбаса, и почти свежая. Где ты ее раздобыл?
– Какая разница?
– Может там еще есть?
– Там больше ничего нет.
– А… Бледные всегда так – и последнее отдадут… Тебе же колбасу те бледные дали… Они мою
мать кормили и сестру, когда она хворала. Это бледные, да? И шинель из музея они тебе дали… Ты
ведь в музее еще не был?
– Не могу позволить себе такое удовольствие.
– Да, я понимаю, тебе сейчас нелегко – ты всех своих друзей-соратников потерял…
Тень отчаяния подошла сзади и закрыла мне глаза когтистыми лапами. Дождется у меня этот
Кот…
– Слушай, Кот, ситуация действительно хреновая, так что молчи.
– Почему тебе бледные шинель Коршунова отдали, а его награду нет?
46
– Ты так мародеров из первого поколения называешь?
– Почему мародеры?
– Потому, что они разграбляют наши базы, пользуясь тем, что идет война.
– Что нам ваши базы? Они здесь недавно живут, необщительные, но никого не трогают, даже
крыс, а ты…
– Крысы нашептали?!
– Ну крысы…
– Ты чего добиваешься?! Добьешься же!
– Жду, что ты признаешься. А то ведь совесть замучает.
– Что? Откуда вы этого набрались?!
– Отец меня так учил.
– Мир рухнет через пару недель! Я не знаю, что делать! Я себя чувствую просто ужасно. Я
облучился, меня все время тошнит, голова раскалывается! Я еле стою на ногах! Я голодный! Не
знаю, когда у меня бред начинается! А ты еще ждешь, чтобы я сходил с ума от раскаяния, что
застрелил мародеров из первого поколения?!
– Какая бы ситуация не была – все это не повод, чтобы убивать бледных. А ты их не просто
убил, ты убил их из-за куска колбасы!
– И что? Ты тоже жрал эту колбасу!
– Не пропадать же зазря жизням бледных. Теперь я сожалею об этом, и меня тошнит.
– Ну иди и промойся! Первое поколение списано на ликвидацию. Они – не люди. Ты
понимаешь?
– Ты думаешь, что только жизни людей имеют значение?! Думаешь, что только люди имеют
право на жизнь?!
– Кот, кто может взять право, тот и берет, а кто берет, тот и имеет.
– Я знаю, люди так делают. Поэтому у вас все рушится!
– Бывает, что мы берем лишку – тогда не мы имеем права, а они нас.
– Это не похоже на сожаление.
– Факты не похожи ни на что, кроме самих себя.
– Вы думаете, что все существует только для вас.
– Сказал, хватит! Нарвешься!
– Вы все разрушаете!
– Разрушаем, но и создаем!
– Для вас все окружающее не больше, чем ваша собственность! Я знаю, что это –
собственность. Вы делаете с ней все, что захотите, переделываете, как вздумается. Только люди так
поступают, и воюют так только люди! Правда ведь? Мне так отец говорил.
Что правда, то правда. В этом мире только люди бьют по цели войной. Никто другой не
способен объединить усилия и согласовать действия на таком уровне. Мы исходим из понятия –
сила организации в организации силы. Война – результативное средство достижения всего или
ничего. Применение силы неизбежно… Ну а как по-другому?.. Выживает тот, кто может выжить, а
масштабы агрессии и противостояния – это уже другой разговор.
А нет, не мы одни такие – муравьи тоже – организованное сообщество. У муравьев тоже
бывают войны. Этих насекомых восстановили одними из первых – живучие они… практически,
как мы… Мы с ними похожи – неукоснительно четко исполняем свои функции в своем
муравейнике в соответствии с иерархией и подразделением. Правда, их войны не несут таких
глобальных деструктивных последствий для всего окружающего… Эти насекомые просто не
имеют средств на то, чтобы попутно пустить в расход что-то, что после ударит по ним
неподъемным кризисом. Ими управляет природа – она решает их конфликты, регулирует
численность и территории, когда мы делаем это сами.
Люди существа деструктивные – никуда не попрешь. Мы сражаемся за свое существование не
только друг с другом, но и со всем миром – перестраиваем его посредством технологий, и это дает
осложнения. Никто другой не способен так повлиять на окружающее. Одни мы можем применить
47
силы, превосходящие наши. Такую возможность дает нам разум, но он не всегда дает нам
возможность оценить, насколько эти силы превосходят наши.
Странно, что кот о таких вещах думает – вроде глупый, а что-то да понимает…
Представил себе трех разумных существ, сидящих на пыльных половых плитах старого
темного тоннеля, вернее, двух существ и машину, между которыми треугольник мысленной связи.
Они никогда не поймут друг друга, но пытаются это сделать… Для чего?..
Кот подобрался ко мне еще ближе…
– Как я тебя называть могу?
– Можешь Фридрих Айнер или S9 – на выбор… Только не – лейтенант.
– Почему?
– У тебя звания нет.
– А ты меня назначишь…
– Хочешь быть моим бойцом – рядовым?..
– А что это значит?
– Значит, что ты будешь моим подчиненным. Будешь приказы исполнять.