Дмитрий Братусь - Пояс черны

Как и было обещано, за два года он добился всего. Из мальчика на побегушках он превратился, как ему казалось, во «владыку мира» — в самого главного среди самых главных — в президента самой великой, самой богатой страны. Люди на Галеоне традиционно трепетали перед чинами, а система власти здесь была демократической лишь по форме, но авторитарной по сути. Президент на Галеоне был почти всемогущим.

Он стал президентом, и все было бы идеально, если бы не заключенный два года назад договор. Та загадочная колдунья появлялась время от времени, давая указания, с кем и когда встретиться, что кому сказать… Иногда она извещала о событиях, которые должны были произойти, что давало Зэусу тактические преимущества. Колдунья помогала ему, но каждое ее появление превращало Зэуса в трусливого мышонка. Когда она была рядом, когда она говорила с ним, его единственным желанием было — чтобы она поскорей исчезла, но колдунья, как будто чувствуя это, всегда издевательски затягивала разговор — расспрашивала его о всяких посторонних вещах, задавала неудобные вопросы. За два года она узнала о нем все, а он о ней ничего. Зэус был беспомощен перед колдуньей, и чем выше было его положение в обществе, тем сильнее становилось желание от нее избавиться. Однако было уже полгода, как эта женщина исчезла. С тех пор как Зэус стал лидером партии Новый Галеон, все шло своим чередом. Загадочная женщина не появлялась, и Зэус совсем забыл о договоре, но вдруг, у самого выхода, у него на пути встала она, как всегда, вся в черном и как всегда с загадочной, едва заметной, улыбкой, которую Зэус считал издевательской.

— Приветствую вас, моя госпожа, — слегка заикаясь, испуганным голосом поприветствовал ее президент Зэус. Уже давно он называл колдунью госпожой через силу. — «Я — президент. Какая, к черту, госпожа!» — промелькнуло у него в голове, и Зэус испугался этой мысли — как будто колдунья могла услышать ее.

— Ликуете, господин президент? — спросила женщина.

— Да, моя госпожа, — ответил Зэус, как будто отрапортовал.

— Я вот что подумала: вы добились того чего хотели, я — тоже. Я решила не мучить вас больше и предоставить вам свободу.

— Свободу? — удивленно переспросил Зэус.

— Да. Вы больше не подчиняетесь мне. Прощайте, президент Зэус.

С этими словами, колдунья, пройдя мимо него, скрылась в коридорах Башни Империи. У Зэуса как будто земля ушла из-под ног. Сердце заколотилось, в глазах потемнело, и две капли холодного пота скатились по спине. Еще несколько секунд назад уверенный в своем превосходстве над всеми человек стоял побледневший, не зная, что ему делать дальше.

«Что означает это прощание? — думал он. — Неужели я сделал что-то не так и попал к ней в немилость? Что будет дальше? Свобода? К черту свободу! Я не просил свободы. Мы так не договаривались. Слава, деньги, власть, но зачем свобода? Что это означает — свобода?»

Немного оправившись от шока, Зэус достал платок, вытер пот со лба и медленно пошел на трибуну. Его ноги как будто стали свинцовыми. Он шел как немощный старик туда, где в ожидании его на площади бесновалась толпа. Подойдя к трибуне, он остановился, посмотрел под ноги и, как будто пересилив себя, сделал последний шаг.

— Граждане независимого Галеона, — начал он свою речь. — Вы сделали свой выбор… — С отработанной интонацией он произносил пламенные речи о будущем Галеона — о том, каких успехов достигли галеонцы, и какое процветание их ждет. Как всегда, он говорил это уверено и потому убедительно, но в его глазах был страх не заметный толпе. Едва слышно что-то просвистело над площадью, и президент упал. Толпа смолкла. Тут же на трибуну вбежали охранники. Зэус лежал на спине; его грудь была вдавлена; ковер под ним был залит кровавым месивом, а на мертвом лице президента застыла гримаса ужаса. Зэус всегда мечтал о славе. Едва ли на Галеоне чем-то можно было добиться большей славы, чем смертью в прямом эфире пяти крупнейших телеканалов.

С огромной скоростью, но неспеша по космическим меркам, спасательная лодка «Надежда» летела по направлению к Фокосу чтобы, сделав петлю, вернуться домой на Титан. Марчи сидел у иллюминатора, уставившись на млечный путь. Хотя глаза его были открыты, сознание витало далеко — там, у самой границы ядра Пояса черны, где несколько часов назад он впервые столкнулся с демоном. Марчи смотрел на бесконечные россыпи звезд, и они казались ему белыми пузырьками воздуха внутри огромной кипящей амебы, окутавшей всю галактику.

Еще вчера Марчи считал, что в столкновении с демоном нет ничего страшного. «В конце концов, каждый демон — это всего лишь существо со своими сильными и слабыми сторонами. Надежное снаряжение и правильная тактика — все, что нужно для победы над любым демоном», — так думал Марчи всего несколько часов назад. Однако тогда он не учитывал некоторых факторов — страх, непредсказуемые случайные события, ответственность за жизни других людей… Марчи прекрасно знал, что самым эффективным оружием против амеб были гранаты, но из-за банального страха он забыл об этом — Даг помнил, а он забыл. Марчи было стыдно. Он не мог простить себе страха. Он никогда не считал себя трусом, но на поверку оказался им, как ему самому казалось. Больше всего он боялся, что теперь, каждый раз перед боем, он будет вспоминать то, что произошло в том злополучном корабле, и этот страх будет преследовать его.

Ника осторожно заглянула в каюту Марчи и тихо, как будто стараясь не испугать, заговорила с ним.

— Привет.

— Здравствуйте, капитан Пикали, — поприветствовал ее Марчи.

— Ты как?

— Я?.. — Он еще не полностью оторвался от своих мыслей и был немного заторможен. — Я в порядке.

— Не ври. Я же вижу ты не в порядке.

— Нет, правда, со мной все в порядке.

— Это было твое первое боевое столкновение?

— Вообще-то, да.

— Синдром девственницы… Вроде бы все прошло хорошо, но постоянно, кажется, что ты сделала что-то не так. Я тебя понимаю.

— Причем здесь девственницы?.. — возмутился Марчи. Сравнение явно ему не понравилось.

— Ну, прости. — Ника улыбнулась и положила руки ему на плечи. — Не обижайся. Ты молодец. Хочешь, я сделаю тебе массаж?

— Ну что вы, не нужно. — От такого предложения Марчи покраснел. Он даже и не понял — шутит капитан или издевается. В его голове не укладывалось — как офицер может делать массаж рядовому.

— Давай на «ты», — предложила Ника.

— Я не могу, — замялся Марчи, — вы же все-таки мой командир.

— Марчи, мы не в армии, — сказала Ника и разулыбалась. — Мы здесь — одна семья, обращаемся друг к другу на «ты» независимо от звания. Среди космонавтов так принято. К тому же, я еще не такая старая. Снимай комбинезон и ложись на живот.