Александр Горобец - В лабиринте "Ведьм"
— Здравия желаю, Василий Васильевич, Китяж беспокоит, — в телефоне послышался радостный голос, но Кирилл перебил его, — Отлично, но мне срочно нужна ваша помощь. Я тут попал в историю. В городе-герое Орле… Очень неприятную… — за окном раздалась милицейская сирена, — Со стрельбой… Никак нет. Всё, в рамках закона… Необходимая оборона… Да не в этом дело, я тороплюсь очень…
— СТОЯТЬ!!! РУКИ НА ГОЛОВУ!!! — снова раздалось за спиной у Китяжа, и лязгнул автоматный затвор. Кирилл медленно поднял руки и, не выключая телефона, положил их на голову… «Главное, чтобы успели запеленогвать…» — успел подумать он перед тем, как на его затылок опустилось что-то тяжёлое и он потерял сознание…
* * *— Вы уж извините моих парней, Кирилл, — Тяжин сидел перед начальником милиции Орла… В его кабинете… В его кресле… — Ну, сами поймите. Четвёртый налёт за неделю. Вот и погорячились парни. А уж когда позвонили… Ну, сами понимаете… Мы же проверить должны…
Кирилл, с забинтованной головой, не обращал внимания на пустой звон полковника. После шести часов «допроса с пристрастием» и ещё двух часов ожидания в «обезьяннике» ему безумно хотелось спать. Но он понимал, что поспать ему не удастся.
Он смотрел видеозапись налёта. И анализировал. Всё ли правильно он сделал? Когда дело дошло до его действий, он даже удивился своей скорости. «Такого не может быть! Или может? Мозг может забыть. Тело — никогда!»
— Да, ладно вам, товарищ полковник. Что случилось — того не изменить.
— Эх, Кирилл, — вздохнул полковник, — Таких бы, как ты, к нам побольше.
Кирилл ничего не ответил полковнику. Он просмотрел запись и встав из мягкого кожаного кресла, подошёл к нему.
— Надеюсь, я теперь свободен?
— Конечно! — закивал полковник, — Правда, вам придётся приехать к нам. Ну, там… в следствие.
— Давайте, решим этот вопрос по телефону, — видя, как полковник перед ним прогибается, он решил его «дожать», — Или мне сделать звонок другу.
— Нет, нет, — поспешил согласиться с ним полковник. Видать звонок из министра внутренних дел, подействовал на него очень правильно, — По телефону, так по телефону. Ещё раз, спасибо за помощь.
— В таком случае, удачи вам, товарищ полковник.
— Я вам машину сопровождения выделил и с коллегами созвонился из Курской и Белгородской. Вас проводят до самой границы.
— Благодарю вас, — сдержанно ответил ему Тяжин, — но это — лишнее. Я собираюсь заночевать в Белгороде. В гостинице.
— Значит, проводим до гостиницы, — не унимался полковник, — Гостиница «Харьков» вас устроит?
— Не знаю, — пожал плечами Китяж.
— Вот и славненько. Проводят до неё.
— Ещё раз, благодарю, — Кирилл понял, что проще согласиться. К тому же, сопровождение ему не помешает.
Выйдя на улицу, Кирилл увидел свою машину прямо у крыльца. Перед ней стоял старенький мерседес «С» класса, в котором сидели два весёлых гаишника.
«Тоже мне… Два весёлых гуся» — усмехнулся про себя Китяж. Он подошёл к машине и постучал пальцем по стеклу, — Парни. Давайте вы меня до Курска проводите, а дальше, по ВЧ прокините, чтобы меня не трогали?
Перспектива не переться в Белгород «гусям» понравилась и через полтора часа они уже прощались на «выездном» посту из Курска.
А ещё через два часа, Кирилл уже раскладывался в номере гостиницы «Харьков», что на «Хар-горе» в Белгороде. Время было — половина пятого утра…
* * *29 апреля 2002 г.
город Белгород
Спал Кирилл долго — почти двенадцать часов, а проснулся, будто с бодуна. Голова раскалывалась, как орех под молотком. Он ощупал затылок и пошёл в душ. Там он снял повязку с головы и долго стоял под горячей струёй воды. Наконец, голова стала болеть меньше.
Выйдя из душа, он не стал лепить на голову новую повязку, а повязал на голову банданку, оделся, сдал ключи и поехал в сторону границы. По пути, на выезде из Белгорода Кирилл заскочил в аптеку и купил себе «ноотропил» — хороший препарат для стимулирования мозговой деятельности и восстановления при тяжелых травмах головы и инсультах.
Поехал он не через центральную таможню, а через маленький городок Шебекино. Конечно, у него получался серьёзный крюк — около ста километров, но на Шебекинской таможне почти никогда не было народа, а весь переход границы занимал не более получаса на обоих рубежах.
Российским погранцам и таможенникам, кроме паспорта и документов на машину было продемонстрированно удостоверение ветерана спецназа ГРУ и Кирилла даже не стали проверять.
А с «Самостийными» было ещё проще. Пограничнику на шлагбауме был дан паспорт, в котором тот «нашёл» тысячу рублей. Такую-же тысячу нашёл таможенник. Взяв паспорт он зашёл на таможенный пост и вышел оттуда через пятнадцать минут с заполненными бумагами.
— Кирилл Александрович, — он протянул документы Китяжу в открытое окно, — вам надо будет только заполнить место пребывания. Всего доброго.
— А багаж смотреть не будете? — удивился Китяж.
— А надо? — таможенник удивился ещё больше Китяжа.
— Да мне, в принципе — параллельно.
— А мне — тем более, — усмехнулся таможенник, — Езжайте, господин Тяжин. Не мешайте честным людям футбол смотреть.
— А кто играет?
— Динамо Киев с Шахтёром.
— И, за кого болеете?
— Конечно, за наших! — немного оскорблёно и обиженно заметил таможенник, — За Шахтёр!
— А я — за Зенит, — улыбнулся Китяж, — Спасибо тебе, лейтенант.
— Нэ мае за що, — ответил парень, — Заедьте только вон к той будке и оформите грин-карту.
— А у меня оформлена, — парировал Китяж, — Вся Европа и страны СНГ.
— В таком случае, «Ласково просимо», в смысле, добро пожаловать В УКРАИНУ…
— Спасибо, дружище, — подмигнул ему Кирилл и выехал с поста. Выехал и сразу припарковался, и, выйдя из машины, отошёл отлить.
Он стоял на обочине и оправлялся, глядя в ночное небо. «Вот вроде и люди те же, и небо, и воздух… А страна — другая. Парадокс…»
А потом, он сел в машину и поехал дальше. Ему предстояло проехать ещё восемьсот километров…
Глава 3
— Хо-ро-шо живёт на све-те ВИ-НИ-ПУУУХ. Никотин, время! — Китяж бежал трусцой, практически упёршись в спину Сынко, — От того поёт он эти пес-ни вслууух, — Кириллу почему-то вспомнилась эта песенка. Только в его голове её пел не плюшевый медвежонок, а молодой лейтенант-разведчик из старого, ещё советского боевика.
— Шестнадцать, пятьдесят! — раздалось с хвоста колонны.
— Добро! Не растягиваться! — воды, а точнее, болотной жижи было чуть ниже колена, — Сынко, как вы здесь ходили?