Михась Южик - Ледник
Таким образом, побродив после обеда с женой и детьми по городу, посетив баскетбольный матч, покатавшись на аттракционах, господин Ленди отвел жену и детей в гостиницу на Потцдамштрассе и сказал, что пойдет на часок, до наступления комендантского часа, в ближайший бар промочить горло. Однако в бар он не пошел, а сел на маршрутный автобус и проехал две остановки до Инвалидштрассе.
Выходя на тротуар, Ленди обратил внимание, что на огромных стрелочных часах, висевших на угловом здании, было двадцать минут двенадцатого. Времени оставалось мало. И если бы целью Стивена было выпить рюмку-другую в каком- нибудь злачном месте, то он успевал в обрез, потому как без пятнадцати полночь движение общественного транспорта прекращалось.
Но Стивен Ленди не собирался сегодня ночевать дома, с семьей. Повернув направо на Инвалидштрассе, он решительно зашагал в сторону знаменитого берлинского публичного дома, стоявшего третьим от угла. Семиэтажное, новой архитектуры здание дома разврата под названием «Вунштрам», высилось над приземистыми старыми зданиями улицы. Дом венчал, впрочем, сделанный на старинный манер остроконечный купол со шпилем. «Вунштрам» был освещен разноцветными огнями, за окнами, как было видно, кипела жизнь. Лился свет, мелькали фигуры и тени.
Стивен по прошлым своим посещениям неплохо знал устройство этого дома. На каждом этаже здесь находились просторные танцевальные залы, где можно было воочию оценить достоинства многочисленных проституток, выбрать себе по вкусу, уединиться либо сначала в ресторанную комнатку, либо уж сразу в номер, где ожидала постель. Для более сложных услуг предназначалась специальная комната, где опытный служитель предлагал, живописуя, разнообразные наслаждения, демонстрировал примеры на слайдах, показывал фотографии проституток как женского, так и мужского пола. Оплата происходила на месте, а номера для сложных интимных услуг располагались на седьмом этаже. Там были комнаты с саунами, банями, со спортивными тренажерами. Номера на несколько постелей или с огромной постелью на несколько человек для группового секса.
Пятый же этаж, как известно Ленди, был почти целиком предоставлен любителям подглядывания, где в специальных кабинках показывали махровые порнофильмы или живые сцены совокупления за стеклом. Там же находился зал, где читались профессиональные лекции по теории совокупления, прелюдий, оргазма и прочее. Там на полном серьезе, во внимательной тишине объясняли, как правильно совершать то или иное действие, подводя подо все научную основу. Это было занимательно. Стивен Ленди не однажды слушал здесь лекции и, надо сказать, значительно повысил свой образовательный уровень.
Но на этот раз, войдя в здание «Вунштрама» через парадный подъезд, где толпилось много народу и охраны, Стивен, оплатив в кассе начальный взнос, отправился к лифту, который в компании нескольких отдыхающих отвез его на седьмой этаж. На седьмом этаже, как и на первом, было весьма многолюдно и оживленно. Даже непривычно оживленно. Это объяснялось, видимо, тем, что многие, как и Ленди, спешили сюда до наступления комендантского часа, чтобы провести в колыбели разврата всю ночь. Ведь выпустят отсюда только в восемь утра, когда «рассветет», то есть когда под куполом вовсю загорятся лампы дневного света.
Зайдя в кассу седьмого этажа, Стивен долго изучал услуги и тарифы, присматривался, прикидывал, внимательно подбирал проституток. Спрашивал у служителя об их достоинствах и характере. Он решил не зря потратить деньги и время. Выбор пал на двух совершенно разных девиц. Одна — тридцатидвухлетняя блондинка мощного телосложения, выше Стива, рост которого был всего 170 сантиметров. Сусанна, так звали эту крутобедрую барышню. Широкие плечи, огромные, но не рыхлые ляжки, сильные полные руки, довольно тонкая талия, оттеняющая мощные бедра, крутые обильные, колыхающиеся при ходьбе ягодицы, груди величиной с небольшой арбуз каждая.
Другая барышня, Ромина, двадцати одного года, была выбрана как бы в противоположность первой — довольно миниатюрная брюнетка 158 сантиметров ростом с некрупными, но выразительными формами тела. Относительно классических пропорций таз ее был чуть узок, а плечи широковаты. Ленди сказали, что в связке эти дамочки способны творить чудеса.
Поскольку заказываемые услуги носили несколько садомазохистский характер, то господин нотариус подписал документы, где указывалось, что публичный дом не несет ответственности за причиненные клиенту незначительные увечья. Незначительные в том плане, что это не переломы костей, не ушиб или разрыв внутренних органов, не оторванные уши и разодранный нос, а всего лишь синяки, растяжения, ссадины и царапины, которые при данных видах услуг неизбежны.
Когда Стивена Ленди провели в соответствующий номер, проститутки были уже там — в длинных, скрывающих прелести бежевых кимоно, в одинаковых розовых шапочках. Служитель представил нотариуса дамам, проинструктировал тех, пожелал хорошего отдыха и удалился, ухмыляясь лукаво.
Комната представляла собой довольно большой квадратный зал с наполовину зашторенными окнами, с блестящим паркетом, со столом у одного из двух окон, где сгрудились фрукты, напитки и прочая снедь. Левый угол комнаты занимала широкая кровать с балдахином, который был пока разобран. Вдоль левой стены, расписанной прекрасными цветами на фоне неба, лежали, похоже, маты шириной метра в два. Это, предполагал Ленди, для бурных сцен на полу, чтобы мягче было кувыркаться и избежать травм. В левом дальнем углу, прямо на матах и на стене, лежали, стояли и висели различные специальные приспособлении. Как то: кандалы, наручники, плетки, веревки, кляпы, цепи, резиновые дубинки и прочее, назначение чего господин Ленди пока не понял.
Все это чрезвычайно возбудило нотариуса, изголодавшегося по бурному сексу за полгода, которые он провел в лоне семьи. Когда же дамочки сбросили халаты и остались почти в том, в чем на свет родились, Стивен едва мог сдерживаться. Спешно сговорившись с проститутками о ролях на первую сцену, он занял позицию посреди комнаты. Ромина села в правом углу, на маты, в позе лотоса с безразличием на лице. Сусанна заняла позицию в четырех метрах от нее, где-то посередине стены, томно упершись в нее вытянутыми вверх и вперед руками, соблазнительно изогнувшись в спине и выпятив свое великолепное место в сторону Стивена.
Последнее, что помнил нотариус, по сигналу бросающийся на Сусанну, это боль в напряженном разрывающем тесные трусы органе.
Зверем подскочив к соблазнительной дамочке, которая обернувшись, весело смотрела через плечо на Стивена, он ухватил ее символическую полоску трусов и не сорвал, а прямо-таки с треском разорвал эту материю на кусочки. Сусанна эротично и деланно застонала. В крайней степени возбуждения, спеша не ослабнуть раньше времени, Стивен обхватил партнершу за талию и властно потянул, дернул на себя. Томная женщина опять деланно застонала.