Ольга Карелина - Эффект Домино

— Как тебя зовут-то?

— Азат Зехьте. А тебя?

— Домино. Кирсте. Ты тут живёшь? Твоих родителей не эвакуировали?

— Мои родители пропали где-то год назад, — Азат неопределённо повёл плечами. — С тех пор шатаюсь по городам, деревням и степям. Видел красных варанов?

— Их же истребили?

— Не, там, в скалах в километре от Семере живёт парочка. И я думаю, где-то ещё кто-нибудь да есть. Слушай, а ты, получается, из этих, кто тут воюет?

— Ну… типа того.

— Круто, круто. Вам мелкие солдаты не нужны? Бедность достала. И эта неприкаянность тоже.

Домино повнимательнее рассмотрел одежду нового знакомого, всю в дырах и грязи, его просящие каши ботинки и сожалеюще сказал:

— Не думаю, что нужны. Они и меня-то никуда не берут.

— Ну ты часть рода, а я так, из подворотни вылез. Ладно, понял, забей. Кстати, ты по улицам осторожнее ходи. Я в этом городе день всего, а эту стаю блоховозок уже четвёртый раз вижу. Они злые, потому что голодные. Я взял неожиданностью, а вот если ты перед ними чем-то стучать начнёшь, они только быстрее кинутся.

— Не люблю собак. Ещё раз спасибо, Азат. Я могу чем-то отплатить?

— Возьми в свой клан, — рассмеялся аурис и хлопнул Домино по плечу. — Шучу, сам справлюсь. Чёрт, холодно тут что-то.

— На, накинь пока, — Домино скинул с себя песчаного цвета плащ и протянул парню. — Ты совсем один?

— Я ж сказал, родители год назад пропали. Небось попались под горячую руку Мйоте, — Азат ненавидяще оскалился и быстро надел плащ, затягивая завязки. — Других родственников у меня нет, так что я остался сиротой. И пошёл куда глаза глядят. Вот как сейчас. Пока!

Махнув рукой, аурис развернулся и поспешил к выходу со двора. Домино часто заморгал.

— Эй, а плащ? Плащ верни! — он бросился вслед вору, но тот припустил со всех ног, и уже во втором по счёту переулке аурис его потерял. Остановившись, он отдышался и махнул рукой: плащ, в конце концов, даже малая плата за спасение жизни. С другой стороны, мог бы просто попросить.

Смирившись с утратой, Домино сунул руки в карманы штанов цвета хаки, на поясе которых висел его собственный, подаренный когда-то отцом, нож, и, насвистывая, пошёл в первом попавшемся направлении. До темноты он не собирался возвращаться домой: пусть Кресс и Сехи поволнуются, может, хоть немного начнут его уважать?..

Азат же, убедившись, что оторвался от погони, вышел из переулков и любовно погладил рукав новообретённого плаща. Вот же простофиля ему попался. Надо было ещё нож увести, но располагался он неудобно, и аурис не стал рисковать. И так сойдёт. Куда этому тепличному мальчику до него, бывалого жителя улиц, он ни за что не сумеет его отыскать. Даже с собаками не смог справиться…

Азат пошёл через проспект, щурясь на неяркое северное солнце, и не заметил, как в ближайший переулок из-под навеса бывшего магазинчика скользнули две чёрные тени. Они выпрыгнули на ауриса как раз в тот момент, когда он проходил мимо их укрытия, быстро отключили точным ударом по голове и, повязав, потащили в полумрак дворов.

К вечеру документальные фильмы Рэксу опротивели, и он занялся решением логических задач из списка тех, что компьютером признавались как задачи повышенной сложности. Для их мира коэффициент аналитического мышления (в обиходе «лого», от слова «логика») много значил в плане устройства карьеры и общего развития интеллектуальности, и по цифрам Рэксу в нём равных не было. В их семье лого в принципе был высок: их предку, первому Страхову, он достался благодаря закрепившейся генетической мутации и с тех пор передавался из поколения в поколение. Среди всех своих бывших и нынешних родственников Рэкс получил высшую форму её развития и потому не упускал случая потренироваться в решении логических задач.

Когда его дядя, Квазар, вошёл в кабинет, Рэкс как раз закончил с первой сотней головоломок и поднял на него глаза. Дядя, дюжий сероволосый хорон, стоял на пороге весь в копоти и крови. На щеке, покрытой жёсткой щетиной, запекалась царапина, явно нанесённая холодным оружием, одна рука была наскоро перевязана, но тёмно-карие, почти чёрные глаза горели живостью и победой. Он приветственно кивнул Рэксу:

— Не заскучал тут, племянник?

— Чуть не умер, — поморщился тот. — Долго я тут девицей в темнице сидеть буду, а? Ты зачем меня вообще с собой брал? Хоть бы на маленькую стычку пустил!

— Посмотрим. У нас ещё две недели есть. Может, найду тебе что попроще. Ты мне пока живой нужен.

— Да, и явно подальше от ГШР и его вечных войн, — с сарказмом отозвался Рэкс. — Ты не ранен?

— Нет, царапины.

— Спасибо, что больше не бросаешься в самое пекло, как это было при моём отце.

— Ну у тебя теперь всего один живой родственник, куда ж я денусь? — зычно хохотнул Квазар. — Ужинать пойдёшь? Отряд Мйоте разбит в пух и прах, так что пока отдыхаем.

— Да пошли.

Пропуская Рэкса мимо себя в дверной проём, Квазар дёрнулся рукой за звонившим сотовым в кармане. Его племянник выжидающе остановился, наблюдая, как с лица дяди пропадает весёлость, пока он включает связь и подносит трубку к уху.

— Да, Айваз, что-то случилось?

Рэкс прислушался, замирая. Из динамика послышался отрывистый голос главы клана Кирсте.

— Квазар, у нас проблема. Кресс и Сехи тяжело ранены, в убежище полно крови, а Домино и след простыл. Телефон у него недоступен, ни записок, ни намёков, что произошло.

— Сейчас буду, — бросил Квазар и отключил сотовый. Рэкс открыл рот, но новый входящий вызов не дал ему заговорить. Дядя ответил: — Эдван?

— Поступило видео от бандформирования, называющего себя Отряд 417. Пересылаю, сэр.

Квазар переключил телефон на видео и сощурился, пристально глядя на экран.

Видео в лучших террористических традициях показывало комнату с задёрнутыми занавесками, посреди которой стоял стул с привязанным к нему пленником в знакомом Рэксу песчаном плаще. По обе стороны от него расположились двое рыжеволосых аурисов в масках и с автоматами наперевес. Правый из них заговорил:

— Приветствую солдатов Генштаба. Как вы можете видеть, у нас здесь, — он ткнул прикладом сидящего на стуле, тот поднял лицо, и Квазар чертыхнулся, — сын главы клана Кирсте, Домино. Хотите увидеть его живым? Наши требования просты. Отдайте нам нашего главаря Сайруса, и никто не пострадает. Устроим обмен военнопленными. Расчётное время — два часа. Приведите Сайруса к Белым Скалам и забудем об этом недоразумении.

Экран погас, и пальцы Квазара, разъярённо сжавшиеся, чуть не переломили телефон пополам. Выдохнув, он начал набирать того агента, который сообщил ему о видео, но Рэкс закрыл ладонью экран.