Андрей Булгаков - Герои небытия. Сказание 1: Пробуждение бездны.

— Скотина ничтожная! — в ярости закричала Зула, смотря на мёртвого штурмовика злобными глазами. — Такой момент испортить! Потом закончив говорить, она снова повернулась к Такеру лицом, и с тяжестью вздохнула.

— Так на чём мы с тобой остановились? — молвила она.

— Я тебя люблю! — ответил он, не задумываясь. Потом он достал из-за барной стойки бутылку с красным вином, и сделав несколько глотков, забросил её в сторону выхода, и снова повернувшись к Зуле лицом, ехидно улыбнулся.

— Видимо что выхода, у меня явно нету!

— И? — спросила она, ехидно оскалив свои острые как лезвие зубы. Такер обхватив её за талию, приблизил её к себе, и смотря ей в глаза, с облегчением вздохнул.

— Я женюсь на тебе, и ты станешь моею женою, на веки вечные! — и после этих слов, он с силою впился в её губы, и разжав свой страстный поцелуй он снова посмотрел ей в глаза. Она протянула ему свой бластер и тихо произнесла.

— Возьми-ка мой бластер, милый мой суженный, ибо он тебе пригодиться, и беги со всех ног отсюда, пока мой брат не узнал, что ты на планете! Взяв из её рук бластер, и запихнув его за пояс, он двинулся к выходу, но остановился в метре от него, потом он медленно повернулся к девушке лицом и ехидно улыбнулся.

— Мы же ещё встретимся? Та радостно кивнула, и невольно махнула рукою, и тот сломя голову, помчался прочь. А она же всё стояла и смотрела, ему вслед, держа свою правую руку, у своих губ.

— Мы обязательно встретимся, по другому быть просто не может, — проговорила она, и тут же по её щекам потекли слёзы радости…

Огромные массивы флагмана федерации, парили среди ржавых обломков, давно отлетавших свой срок космических кораблей. И как яркие светлячки, крутились вокруг корабля, десятки астронавтов челноков, облачённых в защитные скафандры. Несколько ремонтных челноков, похожих со стороны на гигантских стальных блох, держащих в своих стальных клешнях стальные пластины. Весь корпус корабля сиял сверкающими искорками, медленно, но ремонт корабля всё же шёл по графику, некоторые части корабля повреждённые во время битвы отсоединяли, и на их место присоединяли новые. А старые выбрасывали в открытый космос. Так как Фритиевый реактор, был отключён, то в целях экономии резервной энергии, на корабле присутствовал полу мрак. И многим членам экипажа, приходилось ходить с портативными фонариками.

Герхард молча сидел за столом, мрак окутывал его небольшую каюту, сквозь иллюминаторы были видны обломки кораблей. На против него, на столе лежал его шлем, но благодаря мраку его лица не было видна, и только его зелённые глаза сверкали во мраке. В руках своих он держал мини компьютер, похожий со стороны на стальную пластину, внутри которой всё время проносились буквы. Скорость была очень быстрая, и всё же он с лёгкостью успевал всё прочитывать и тут же анализировать. Из-за двери послышался приглушённый голос техника. Устало вздохнув, своими биомеханическими лёгкими, Герхард отключил свой мини компьютер и бросил его на стол. День сегодня вышел очень утомительным даже для такого Андроида как Герхард. Хотя слово Андроид было тут не допустимо, ведь он же всё таки Субоид, биомеханическая форма жизни. Снова тягостно вздохнув, он взял в руки свой шлем, и как следует его осмотрев, не спеша надел себе на голову, потом нажал на небольшую кнопку, и на шлеме захлопнулись замки, сопутствующие следом тихим писком выходящего воздуха. Потом поднялся из-за стола, и посмотрев в сторону стальной двери, сконцентрировал все свои сканеры, желая понять, кто именно стоит за дверью; в глубине души он надеялся, что на сей раз это не суетливые техники. Которые как всегда что-то напортачили и прибежали к нему за помощью. И к счастью для Герхарда, так и оказалось. Не успел он прийти в себя, как стальная дверь отъехала в сторону, и на пороге его каюты появился Максим Селютин.

— Здорово, железный, — кивнул ему Максим, — хотел узнать как твои дела?

— Лучше не бывает, — буркнул в ответ Герхард, не зная радоваться, или печалится, — чего тебя принесло. Командир расслабленно пожал плечами.

— Да вот гулял по коридорам, и вспомнил старый наш разговор, и что-то любопытство меня сковало. Я опять задам тебе этот вопрос, которые я когда-то задал тебе много лет тому назад на той ледяной планете… Кто ты, на самом деле Герхард? — спросил он наконец, — Где ты жил до того, как мы с Андреем обнаружили тебя в тёмных землях. Герхард надолго задумался. Видимо не желая отвечать, много раз и Андрей и Максим пытались узнать у него о его жизни, но он всегда отмахивался.

— Давай в другой раз!

— Нет, давай сейчас, — стоя на своём, сказал Максим. — Ты и так долго уже молчал, и уходил от ответа. И мы соглашались с тобою, мы помогли тебе вступить в состав космического флота России, мы часто тебя прикрывали. И то что сейчас произошло, может лечь на тебя тенью! Герхард не спеша сложил свои руки у себя на груди.

— Обвиняешь меня в измене!? — резко вспылил Субоид.

— Ну что ты, я тебя не обвиняю, но если вдруг, кто-то заикнётся в твою сторону, я хочу быть уверен на все сто что это не ты! — ответил Максим, маша отрицательно своею головою. Герхард глубоко вздохнул, и не спеша присел на свою мягкую кровать.

— Ладно, возможно ты прав, — сказал Герхард. — Я и так уже долго молчал. Я не какой не Андроид, и я не был сконструирован учёными Сириуса, как супер солдат.

— Если ты не Андроид Сириуса, тогда кто же ты? — удивлённо спросил Максим. Тот снова тяостно вздохнул.

— Я «Субоид», по крайне мере так мы себя называем. Мой народ обитает, аж на другом краю галактики.

— Твой народ?!

— Да, мой народ! Наши легенды гласят, что великие Яви, создала нас из космической пыли, дабы мы были их ними помощниками, потом что-то произошло, и великие создатели исчезли.

— Вымерли? — любопытно поинтересовался Максим.

— Возможно, — разводя руками, сказал Герхард, — это было так давно. Максим не спеша подошёл к кровати, и лениво уселся рядом с Герхардом.

— Понятно, а как ты оказался в тёмных землях?

— Я беглец!

— Беглец!? — удивился Максим, — и от чего же ты бежишь? Герхард презрительно фыркнул.

— От всего…

— А конкретнее?

— Долго рассказывать.

— Мне некуда спешить.

— Объясняю примитивно, но коротко, — сказал Герхард, — мой народ практически ни чем, не отличается от других, у нас также есть женщины и мужчины. Мы также женимся, мы также любим, и мы также страдаем. Но когда Субоиду мужчине исполняется пятьдесят лет, он должен отдать свою подсознательную матрицу «Генхаре».

— А кто такой, Генхара? — удивлённо спросил Максим.