Уильям Форстен - Сигнал сбора

Калинке удалось сохранить спокойствие. Но Таня и Людмила уставились на Эндрю с безграничным ужасом, услышав слово «тугары».

Калинка лихорадочно думал, что ему теперь делать.

— Их нет, — наконец выдавил он. — Думаю, что нам пора уходить.

Поднявшись, он отвесил Эндрю церемонный поклон, коснувшись правой рукой пола. Его примеру последовали жена и дочь.

Выйдя из-за стола, Эндрю проводил их до двери.

Положив руку на плечо Калинки, он вышел вместе с ним. В ночном небе ярко сияли звезды.

— Я расстроил тебя вопросом о тугарах? — ласково спросил он.

Калинка испуганно посмотрел на полковника:

— Ни перед кем, а особенно перед Ивором или Раснаром, не произноси этих слов. Это опасно.

— Но если они изгнанные древние боги, вроде нашего дьявола, чего же ты боишься?

— Все не так, — прошептал Калинка. — Будет очень плохо, если они узнают, что ты слышал это слово.

Эндрю видел неподдельный страх в глазах Калинки и ободряюще похлопал его по плечу:

— Завтра мы с Ивором плаваем на корабле, помнишь?

Калинка кивнул в ответ и, взяв за руки дочь и жену, направился к домику, который предоставил им Эндрю. Эндрю вернулся к застолью и увидел, что все пытливо смотрят на него.

— Ну, и что это еще за тугары такие? — ворчливо спросил Тобиас, сидящий на другом конце стола.

— Хотел бы я знать, — ответил Эндрю, усаживаясь обратно на свой стул.

— А парень-то насмерть перепугался, — заметил О’Дональд, дымя сигарой.

— И девушка тоже, — вставила Кэтлин.

— Пожалуй, стоит спросить об этом Ивора, и мы все узнаем, — громко заявил Тобиас.

— Нет!

Все смолкли, озадаченно глядя на него. Его собственные размышления и слова Калинки были как-то связаны. Как именно, он еще точно не знал. Но задавать сейчас вопросы будет очень опасно.

— Я приказываю вам всем забыть об этом разговоре. Если я услышу, что вы или кто-то из солдат произносит слово «тугары», наказание будет суровым. Калин сказал мне, что говорить о них опасно, и я ему верю.

— Деревенские суеверия, — фыркнул Тобиас. — И кроме того, о каких это наказаниях вы говорите, полковник? Я в полном праве говорить все, что захочу.

— Можете говорить все, что хотите, капитан, если это не противоречит моим приказам, — медленно роняя слова, произнес Эндрю, — но до тех пор, пока мы не вернемся домой, здесь всем распоряжаюсь я. А я приказываю, чтобы никто из присутствующих никогда не произносил вслух слово «тугары».

Раздраженно засопев, Тобиас откинулся на спинку стула. Эндрю подождал ответной реплики, но капитан промолчал.

— А сейчас поговорим о делах. Строительство лагеря в основном завершено, и корабль на плаву. Так что с завтрашнего дня я разрешаю увольнительные в город, сначала по одной роте в день.

— Тебе не кажется это неразумным, Эндрю? — спросил Эмил.

— С какой стати?

— Это место рассадник заразы. Не думаю, что следует отпускать туда солдат. Не удивлюсь, если там разразится эпидемия чумы или еще что-нибудь в этом роде.

Это был сильный довод, и Эндрю уже думал об этом. Ему хотелось бы не выпускать солдат из лагеря и свести их контакты с населением к минимуму до тех пор, пока они не определятся с координатами и не поплывут домой. Но они ведь живые люди, и настроение у них было далеко не радужное. В первые недели они были заняты вопросами выживания и строительства лагеря. Но Ганс не спускал с них глаз и докладывал Эндрю, что боевой дух неуклонно падает.

Большинство все еще не могли отойти от шока, вызванного крушением в чужих краях. Почти четверть солдат имели жен, и именно они громче других жаловались на судьбу и умоляли вернуть их домой. Он должен был позволить людям выйти из лагеря, дать посмотреть на этот новый мир, чтобы они подружились с его обитателями и выпустили пар. Он надеялся, что Эмил сможет удержать ситуацию под контролем, если кто-нибудь из них заразится.

— Извини, Эмил. Я взвесил все за и против. Нам придется пойти на этот риск. Ребята у нас молодцы. Ты только вдолби им в головы насчет воды и болезней. Пусть никто не приближается к их церквям, и, клянусь небом, они будут пьяны от счастья, что выбрались отсюда.

— Кто пойдет первым, полковник, дорогуша? — нетерпеливо спросил О’Дональд.

— Можешь отпустить половину своей батареи, — разрешил Эндрю. — Дадим завтра залп из корабельного орудия, когда повезем Ивора обратно в город. После этого они свободны на весь день. С вами может пойти в увольнение первая рота. Капитан, — повернулся он к Тобиасу, — вы вольны распоряжаться своими людьми, как вам заблагорассудится.

Тобиас утвердительно кивнул в ответ.

— А как же женщины?

Эндрю озадаченно уставился на Кэтлин.

— Э-э, видите ли…

— Полковник Кин, — резко сказала Кэтлин, — благодарю вас за участие, но я способна сама о себе позаботиться и не собираюсь оставаться пленницей в этом лагере.

— Это бунт, — добродушно усмехнулся Эмил.

Эндрю, смутившись, безуспешно искал подходящий ответ, пока наконец на губах Кэтлин не заиграла легкая улыбка. Было видно, что медсестру весьма забавляло замешательство обычно столь уверенного в себе командира.

— Сочту за честь, если вы позволите мне завтра сопровождать вас, — почти робко произнес Эндрю.

— Я подумаю над этим, — улыбнулась Кэтлин.

— Э-э, ну да, — откашлялся Эндрю и снова замолчал. Его друзья знали, что он всегда был молчалив в присутствии женщин, и обменивались понимающими улыбками.

Полковник перевел взгляд на Эмила, сидящего рядом с Кэтлин. Доктор явно наслаждался его мучениями. Наконец Ганс сжалился над ним и, прочистив горло, склонился к плечу Эндрю.

— Если мне будет позволено заметить, полковник, — заметил он, — вы хотели обсудить важные дела.

— Да, конечно, сержант, — встрепенулся Эндрю, с трудом отводя взгляд от завораживающих глаз Кэтлин. — Спасибо, что напомнили.

Вновь обретя хладнокровие, он обратился к своим ротным командирам и штабным офицерам, которые с улыбкой взирали на его смущение.

— Перейдем к другим делам, джентльмены. Начнем с идеи Хьюстона.

— Мои парни хотят начать работу над лесопилкой, сэр, — поднялся Трейси Хьюстон, невысокий командир четвертой роты.

Хьюстону было всего девятнадцать, а из-за всклокоченных светлых волос и веснушчатого лица выглядел он и того моложе. В нем никак нельзя было заподозрить закаленного боями офицера, который получил свой чин за доблесть, проявленную в битве в Уайлдернессе.

— Начинайте прямо завтра, после церемонии с Ивором. Место уже выбрано?

— Да, отличное место. Примерно в четверти мили на восток от форта. Там ручей сужается, так что не возникнет сложностей с постройкой плотины. Один из моих людей, Фергюсон, — это настоящий клад, он нашел это место и говорит, что за месяц сможет сделать черпаковое колесо диаметром пятнадцать футов, если вся рота будет ему усердно помогать. Рядовые Айви и Олсен участвовали в строительстве плотины в Вассалборо. Главное, что нам нужно, — это горн и хорошее железо, чтобы сделать пилу.