Капитан Немо - Играя с судьбой (СИ)
Незаметно прикусив губу, я отогнала неуместные воспоминания. Это было давно. Тот летний день не вернуть. Тогда я упустила возможность повлиять на ситуацию. А сейчас…
Подняв взгляд, я посмотрела в лицо Доэла.
— Что связывает Дона с дочкой Ордо? — спросила я резко.
Доэл невесело усмехнулся.
— Ни-че-го, — произнес негромко и по слогам. — Ничего, кроме старой дружбы.
Наверное, я все же усмехнулась — иронично и недоверчиво, потому что муж пожал плечами и отошел к столу: налил в стакан воды, медленно выпил и только потом заговорил снова.
— Твои уроки даром не прошли, Фори. Дон здесь, в порту, у меня под рукой. Я делаю все, чтобы с дочкой Аториса он мог встречаться как можно реже. У Ордо в планах выдать Лию за главу одной из Гильдий Торгового Союза. Так что нечего Дону мельтешить у Ордо перед глазами. Аторису не по нраву, что Лия всегда рада нашему сыну. Это мешает его планам. Но только эта девочка сможет организовать тебе встречу в обход всех формальностей, — Доэл вздохнув, потянулся к селектору.
— Ладно, — кивнула я, обдумывая услышанное — пусть будет так, раз по-другому не получается.
Заставив себя подняться на ноги и запахнув шаль, я отошла к окну. Прислонившись лбом к прохладному стеклу, прикрыла глаза, вслушиваясь в мерный стук озябших капель, тщетно пытавшихся преодолеть преграду окна.
— Мама? — удивленный оклик заставил меня обернуться.
Глядя на стремительно вошедшего в кабинет и приближавшегося ко мне молодого мужчину, я не могла поверить своим глазам. Где тот мальчик, каким я его помнила? Дон еще вырос, раздался в плечах. Он стал выше Доэла. Детская мягкость окончательно исчезла из его лица, как и наивность из взгляда.
С моим сыном за четыре года произошла разительная перемена. Теперь я никак не могла назвать его мальчиком. Это был мужчина.
И он не скрывал своих чувств, не скрывал, что безумно рад видеть меня.
Бездна! Как же ему к лицу строгая военная форма, и открытая улыбка… и седина на висках. Дали небесные! Откуда эта седина?
Он, подойдя, подхватил меня на руки, выдохнул порывисто:
— Я так рад тебя видеть!
А мне не хватало слов, что бы сказать ему о том, как я рада видеть его. Мне не хватало дыхания: я задыхалась, как выброшенная на берег рыба — от радости, от гордости, от сжавшей сердце тисками тоски. Эти лишние, не дававшие мне свободно вздохнуть, переполнявшие душу чувства, невозможно было взять под контроль, задавить, чтоб очистить разум. Они сами выплеснулись — слезами, смехом, нервной дрожью.
— Дон! — только и смогла выдохнуть я.
— Дон, — требовательно произнес Доэл, заставив парня обернуться. — Твоей матери необходимо встретиться с Аторисом Ордо. Попроси Лию устроить им встречу. Это важно. Увольнительная готова, возьмите мой флаер, он полностью готов к вылету.
Сын, сдержанно кивнул, подхватив меня под руку, направился к двери. Я задержалась в дверях, обернулась, посмотрела в лицо Доэла, отметив, как он беззвучно прошептал мне вслед лишь одно слово: «удачи».
Губы задрожали и вновь слезы выступили на глаза, от одной случайной, неприятной мыслишки: Увижу ли я вновь мужа? Согласится ли Аторис меня выслушать? Прислушается ли к моим словам?
Раньше я и Ордо были друзьями. Но это было давно. Осталось ли от этой дружбы хоть что-то теперь? Сохранилось ли в характере Ордо хоть что-то от того капитана, который с жаром рассказывал мне о найденном и снова потерянном флоте Странников?
Я надеялась и боялась этой скоропалительной встречи. У меня не было времени к ней подготовиться. И я опасалась, что все надежды напрасны.
Стиснув зубы и вскинув голову, я направилась за сыном, чувствуя, как немилосердно кружится голова и ознобом колотит все тело. Мне бы в постель, отлежаться немного, но это роскошь, которую я не имею права себе позволить. От слабости капельки пота выступили на висках. Покачнувшись, я вцепилась в руку сына.
— Тебе плохо? — услышала я обеспокоенный голос, прозвучавший со стороны, словно его пропустили через слой ваты.
Я слабо кивнула.
— Я неважно себя чувствую, Дон, — признаться в этом оказалось проще, чем в том, что от страха у меня совсем замерзли пальцы. — Я не успела оправиться от ранения.
Сын остановился, посмотрел на меня сочувственно, и не позволив возразить, подхватил на руки, да так донес до самого флаера.
Уверенно подняв машину в небо и прорвавшись через густую пелену облаков, Дон повернул на запад. Облачное море уходило все глубже вниз, и где-то вдали, за его краем проступала морская синь.
— Расскажи, что творится на Рэне, — попросила я у сына, вспомнив слова Доэла.
Дон на мгновение повернулся ко мне, одарив удивленным взглядом.
— А ты не знаешь?
— Не знаю.
Мой ответ прозвучал достаточно резко, и я услышала, как горько и устало вздохнул сын, прежде чем ответить мне.
— Вся планета в руинах, мама, — произнес он дрогнувшим голосом. — Торговцы вывозят остатки ценностей. Ничего толком не работает, и год от года становится только хуже. Лига бросила нас.
От его слов внезапно запылали щеки. А ведь совсем недавно я верила в то, что Лига своих не бросала. Что шла на выручку каждому из попавших в беду, не пугаясь трудностей, не считая затрат. Четыре года назад я и подумать не могла, что из-за бунта планету, сотни лет входящую в состав Лиги, переведут в статус закрытого Сектора, даже не пытаясь вмешаться в ситуацию.
А самое противное, я ничего не могла ответить Дону, не могла отрицать очевидных вещей, но и согласиться с сыном безоговорочно я не могла — слишком острые края оказались у его слов.
Вспомнилась беседа с шефом, состоявшаяся за пару дней до отлета с Ирдала. Элейдж был хмур, более чем обычно, и серьезен. Несколько минут он стоял возле моей кровати, сложив руки на груди, и молчал, глядя сверху вниз. Больше всего в тот миг я боялась слов, что мой бессрочный отпуск отменен, что Разведке не хватает людей, и потому мое возвращение на Рэну откладывается на неопределенный срок. Спорить с шефом мне вряд ли бы хватило сил и решимости.
Заметив мой страх, Элейдж в задумчивости прошел по комнате, придвинул стул, присел рядом и заговорил. Против обыкновения он не приказывал, просто говорил о том, что за четыре истекших года все посланные на Рэну агенты разведки словно канули в воду: ни один не сумел выйти на связь, не смог передать данные о том, что творится на планете. Что информация, которой владеет Разведка, обрывочна и крайне скупа. И что мне придется очень нелегко, если я не откажусь от мысли вернуться на родину.
Отчего-то шеф не осмеливался просить меня о содействии и об активном участии, даже не заикнулся о том, что для него была бы ценна моя помощь. Но засыпая под убаюкивающие мягкие нотки голоса, я понимала, что именно о поддержке Элейдж хотел меня попросить. И мысленно я пообещала шефу сделать все от меня зависящее, не сумев дать ответ вслух: помешала всеобъемлющая ватная слабость.