Макс Кроу - Ключ Эдема

Спрятав свиток за пазуху, она закрыла сундук, вернула замок в исходное положение, и, убрав все следы своего пребывания в комнате, вылезла через окно.

До утра она не сомкнула глаз, но когда рассвело и дверь заскрипела, девушка притворилась спящей.

— Поешь, умойся, и идем за мной, — сказал вышедший на порог дома Натан бен-Исаак. Он протянул ей свиток, — а это ты отдашь султану лично в руки.

Элиана с трудом заставила себя проглотить угощение. Ей казалось, что похищенный свиток заметен под одеждой, что старик обнаружил пропажу, что он убьет ее, а султан получит поддельное послание. Но этого не свершилось. Когда солнце взошло достаточно высоко, но еще не достигло зенита, Натан бен-Исаак повел ее во дворец. Они шли пешком через весь город, как простые люди, хотя горожане по-прежнему расступались перед стариком. От него не требовалось ровным счетом никаких усилий для этого: хватало величавой поступи, дорогой одежды и чего-то еще, что Элиана не могла объяснить словами. Так обычно расступаются перед владыками. Подобное обращение она видела только к ее спасителю. Перед Салах ад-Дином все склоняли головы и уважительно отходили в сторону, даже когда он не был визирем.

Они приблизились ко дворцу. Элиана в изумлении смотрела на сооружение, грозное и утонченное одновременно. Его купола устремлялись к солнцу, его стены были высоки и надежны.

Стража приветствовала Натана бен-Исаака, и они вошли через дверь во двор. Оттуда направились к самому дворцу. Элиана боялась поднять голову, заметив, сколько стражи вокруг. Ей казалось, что достаточно оступиться, чтобы десятки стрел пронзили ее сердце, а мечи разрубили на части.

Султан Нур ад-Дин, а точнее аль-Малик аль-Адиль Нур ад-Дин Абу аль-Касим Махмуд ибн Имад ад-Дин Занги, встретил их в кабинете. Он находился там с несколькими людьми, все были преклонного возраста, с мудрыми спокойными лицами, но попросил их выйти, едва на пороге увидел старика, который привел Эмилию.

— Мой добрый друг, — суровое лицо правителя лишь на мгновение прояснилось, будто солнце показалось среди густых туч перед грозой. — С какими вестями ты пришел?

Девушка затаила дыхание. Из-за плеча старика она рассматривала султана, которому подчинялся ее владыка. Амиру Дамаска было пятьдесят три года, в его черной густой бороде появились седые волосы, но больше их было на висках. Нур ад-Дин стоял с непокрытой головой, как простой воин, и его одежда больше походила на воинскую, нежели на султанскую. У него были глубоко посаженные глаза, выпирающие скулы и тяжелые надбровные дуги, что придавало лицу хищное выражение. В его присутствии смелость покинула Эмилию. Она сомневалась, что сумеет проронить хоть слово. Но все же девушка не забывала о своей миссии.

— Приветствую тебя, великий амир, — Натан бен-Исаак склонился в пояс. — Я осмелился прервать твои думы лишь с одной целью: порадовать тебя.

— Порадовать? — лицо владыки не изменилось, но голос выражал удивление. — Чем же сытый еврей может порадовать правоверного мусульманина?

— Твой верный подданный Юсуф ибн-Айюб, тот что Салах ад-Дин и ныне визирь Египта, прислал письмо.

— «Визирь»! — пророкотал Нур ад-Дин, обходя круглый стол. — Этот дерзкий юнец ослушался моего приказа! Он сговорился с приспешником крестоносцев — халифом аль-Адидом! Клянусь, лишь неотложные дела вынуждают меня не отправить армию немедля, чтобы проучить его.

Элиана сжалась. Ей было горестно слышать такое о своем владыке, а к тому же она понимала, на кого выльется гнев султана в этом случае.

Натан бен-Исаак спокойно выслушал сердитые речи повелителя, снова поклонился и указал рукой на стоящую за ним девушку:

— Вот гонец, которого он прислал.

Нур ад-Дин скользнул взглядом по Элиане и обратился к двери, думая, что, вероятно, тот, о ком ему говорят, сейчас же войдет. Но никого более не появилось, и он снова посмотрел на Эмилию, на этот раз внимательнее. Под его тяжелым черным взглядом у нее отнялись ноги.

— Ты смеешься надо мной, проклятый? — почти шепотом спросил амир. — Это девчонка, к тому же твоей поганой крови! Кто посмел так оскорбить меня? Ты или этот лживый пес Салах ад-Дин?

Элиана упала ниц, коснулась лбом пола и быстро пролепетала:

— Не гневайся, великий амир, прошу, выслушай меня.

— Как ты смеешь ко мне обращаться без разрешения?! Стража! Избавьте меня от этой…

— Прошу тебя, мудрейший амир, дай ей слово, — вступился старик. — Если я хоть раз оказался тебе полезен, то поверь, что и на этот раз я не стал бы занимать твое драгоценное время понапрасну. Эта девушка моя ученица.

Элиана лежала с закрытыми глазами, всем телом ощущая дрожь пола от шагов амира. В это время решалось, жить ей или умереть.

— Ты испытываешь мое терпение, — прорычал владыка, но из его тона ушли угрожающие ноты. — Что там у тебя?

Элиана поняла, что обращаются к ней. Сев на колени, она протянула из-за пазухи тот свиток, что ночью украла из сундука. Когда послание оказалось в руках амира, она почувствовала невероятное спокойствие. Ей не было известно, сколько придется прожить, когда старик раскроет подмену, не представляла, в каких муках найдет свой конец, но была счастлива, что не позволила оклеветать имя своего повелителя. Теперь не было страшно умереть, она отважно принимала свою судьбу, как принял судьбу Басир, оставшись в пустыне, чтобы задержать напавших.

Амир тут же сломал печать и раскрыл свиток. Забыв о посетителях, которых не считал важными, он углубился в чтение. А спустя несколько минут бросил свиток на стол. Его лицо было мрачным, но злость бесследно исчезла, оставив разве что сожаление и огорчение. Салах ад-Дин умел найти ключи к любому сердцу, его слова могли успокоить бурю.

— Уходите, — сказал он.

Склонившись в пояс, старик и девушка, пятясь, покинули кабинет. В коридоре, когда дверь за ними закрылась, Натан бен-Исаак распрямился и, не оглядываясь, пошел прочь. Элиана поспешила за ним.

— Ты что-то хочешь сказать? — спросил он.

— Вы обманули султана, — Элиана не спрашивала, но ожидала пояснений.

— Не обманул, — хитро улыбнулся старик, — а опередил события. Я и впрямь подумываю об этом. Пока что ты показала себя с наилучшей стороны. Преданная, внимательная, любопытная, упрямая. У тебя есть необходимые навыки. Да, да, это хорошая мысль.

Он шел, бормоча под нос, будто обращаясь к самому себе.

— О чем вы говорите? Я не собираюсь ничему у вас учиться.

— Разумеется, нет, — Натан бен-Исаак остановился и повернулся к ней, заложив руки за спину. — Разумеется. Кстати, верни мне тот свиток, что оставила под рубахой.