Владыка Севера - Максим Шторм

— А ловко у вас система осведомления работает, — вынужден был признать я. — Неужели князь заранее просчитал, что вернется обратно со мной?

Леонид вместо ответа уклончиво пожал плечами.

— Он не зря столько лет занимает свой пост. Мне до него далеко. И, пока не забыл, не удивляйся, если вдруг с тобой заговорят стены.

На этой странной фразе Леонид, сухо мне кивнув, вышел из комнаты. Магистр Сафонов, чуть замешкавшись, выразительно посмотрел мне на грудь и простуженным голосом буркнул:

— На весь дворцовый комплекс наложены мощные чары. А после смери Верхового Магистра усиленны вдвойне. Твой камень связи, пока ты внутри двоца, работать не будет.

Чёрт! Вот почему Рокоссовский разрешил мне его оставить. Хитрый сукин сын.

— Если что, я за дверью. Не думаю, что ты здесь надолго задержишься.

И волшебник вышел. А ведь подчиняющиеся Светлому князю люди, начиная от его сына и заканчивая рядовыми бойцами, не задавали совершенно никаких ненужных и лишних вопросов. Даже толком на зная всю обстановку, просто выполняли то, что должно. Полностью доверяя своему начальнику и действуя как чёткий и отлаженный механизм.

За закрытой дверью загромыхали мощные стальные засовы, и я остался в полном одиночестве. А в окно уже стучались первые робкие лучики восходящего над просыпающимся огромным городом холодного хмурого негостеприимного солнца. Внезапно я почувствовал себя заключённым в одинокой и постылой камере, словно узник, приговоренный к скорой смерти.

Хм, не хотелось бы, спустя сто лет, повторить судьбу своего прадеда, Владимира. Да вот уж хрен вам всем.

Я присмотрелся и прислушался. Весь насторожившийся и затихший как мышка Грифон осторожно повел клювом. Ничего. Здесь мне ничего не угрожает. Пока. Единственное, что меня смущало, так это стены. И вскользь брошенная Леонидом фраза. Что он имел в виду?

Как я уже сказал, комната была скромная. Скорее всего гостевая. Незаженный камин, стол, пара табуретов, низкая и застланная солдатским одеялом чистая кровать. В углу умывальник и таз с водой. Располагать с особым шиком меня точно не собирались. Голые каменные стены, на двух крюках висят потухшие масляные фонари. Затёртый дубовый пол. На столе кувшин и письменные принадлежности. Для чего? Пока сидишь взаперти, составить завещание или накатать признание?

Комнату потихоньку заливал рассеянный утрений свет. Я снял плащ, уселся на кровать и прислушался к внутренним ощущениям. Оглянулся на стену позади себя. Ну что, помимо прочего осталось дождаться, когда заговорит камень? Я усмехнулся. Кажется, я понял, что имел в виду сын престарелого князя.

Я добровольно оказался в том месте, где вся моя жизнь могла и закончиться. Вот только я собирался заканчивать не свое бытие, а одну историю. Давнюю и невероятную. Берущую свое начало почти сотню лет назад. И я точно знал, чем она должна завершиться. Каков будет финал. Граф Владислав Перумов умрёт.

Глава пятнадцатая.

Оставив на страже Грифона, я растянулся на кровати, накрылся плащом и задал знатного храпака. А что вы ожидали? Что я буду маяться вынужденным бездельем и бегать по комнате в томительном ожидании, пока важные люди решают без меня все вопросы?

Лучший лишний раз урвать время для сна и отдыха. Я уже давно привык к тому, что в любой момент снова придётся бежать, драться и спасать свою жизнь. И тогда уже будет не до всего остального. Знаем, проходили. И пробегали.

Когда я проснулся, солнце уже не светило в выходящее на восток окно. В моей то ли узнице, то ли спальне стало гораздо темнее. На город надвигались низкие тяжёлые раздутые тучи. Не исключено, что ближе в вечеру они обрушат на Столицу проливной дождь.

По моим внутренним часам уже перевалило за полдень. Я посмотрел на запертую дверь. Интересно, кормить меня вообще собираются и есть ли кто-нибудь с той стороны? Пока что мой статус оставался совершенно непонятен. Гость я или заключённый.

Внезапно я почувствовал, как мне в спину будто кто посмотрел, а острые коготки тревоги пробежались по затылку. Грифон, тем не менее, не подавал никаких сигналов о вероятной опасности. И почти сразу я услышал приглушенный, доносящийся из-за стены совсем рядом со мной голос. Ну что ж, вот и камни заговорили.

— Бестужев, это Валентин. Сиди где сидишь и слушай.

Я прижался спиной к шероховатой поверхности стены и вытянул ноги. Похоже, князь решил перестраховаться. Это правильно. Старик не доверяет никому даже на собственной территории. Ни тогда, когда на кон поставлено слишком много.

— Князь доложился Императору, — едва слышно продолжал шептать из потайной скрытой ниши помощник Рокоссовского. — Его Величество, рассмотрев все предъявленные доказательства и выслушав Князя, изменил свою позицию… Если честно, как сказал мне Его Светлость, Император за несколько часов словно прожил две жизни. Успел родиться и умереть, а затем все повторить. А затем пришел в такую ярость, что князю удалось лишь с огромным трудом его успокоить, и отговорить от скоропалительных действий. Граф Перумов ни в коем случае не должен уйти. Его необходимо схватить. И желательно живым. И с поличным. Император не может отправить на эшафот такого человека, как Перумов, без решения государственного Большого совета. А в Совете у графа много сторонников которые ему верят. Нужно нечто большее, чтобы Перумов уж точно не смог отвертеться.

Я вполголоса выругался сквозь сжатые зубы. И этот туда же! Не в первый и не во второй раз я задумался о несовершенстве нашей государственной системы…

— У графа хватает во дворце своих людей. Пока о твоем присутсвии никто не знает, кроме определённого круга лиц. Император хочет с тобой увидеться. Поэтому, как стемнеет, я снова должен прийти за тобой. И провести секретным ходом прямо в кабинет к Рокоссовскому… Император будет уже там.

Нахмурившись, я продолжал молчать. Мне нисколько не нравилось то, что происходит. А Валентин продолжал говорить. И даже смог следующей фразой меня удивить.

— Но Светлый Князь не хочет до определённого момента сводить тебя с Государем. Дело в том, что… Мы не знаем, настоящий царь разговаривал с князем или демоническая кукла? Рокоссовский опасается, что страшная подмена уже могла была осуществлена. И прежде, чем вести тебя к Кореневу, необходимо убедиться, что Император настоящий.

Я едва не застонал сквозь стиснутые зубы. Да вы что там все, издеваетесь, что ли⁈.

— Времени на это совсем мало. Выяснилось, что самого графа Перумова