Виталий Крыръ - Гоблины дальнего космоса

  Да, если мы хотим воплотить свою Империю в металле и пластике, то много крови еще предстоит пролить. И своей, и чужой, - подумал я и стих завершился:

  Я прекратил декламировать и только тут заметил, что Киска смотрит на меня с таким странным выражением, которое я никак не мог классифицировать. Мое сиятельство конечно изволит увлекаться психопатологией, даже успело поработать некоторое время по специальности, но в реале все всегда гораздо сложней, чем на обучающем видео или в книжках.

  - Берсерк, это ты сам сочинил? - поинтересовалась она, явно имея ввиду что-то еще.

  - Да, только что как-то в голове сложилось, - почему-то несколько смутился я.

  - То есть ты понимаешь насколько это все опасно, и все равно идешь за Максом? - это она императора Келума так обозвала.

  Но вот так девка-то, а? Я тут ее поведение анализирую, а она тем временем мне по моим же стихам чуть ли не диагнозы ставит! В тот день мне, к счастью, не пришлось ей отвечать. Тяжело рационально объяснять нерациональное (иррациональное, если по-научному). А позже она к своему вопросу не вернулась. Видно, все ждала удобного момента, а тот все не наступал. И лишь года два спустя Киска снова меня спросила, но уже не так: почему я последовал за Келумом, хотя шансов на успех почти не было? И я ей ответил: потому что моему подсознанию очень хотелось, остальные причины были неважны.

  Но это было два года спустя. А тогда заиграла видеосвязь и, после моего отклика, на экране показалось довольное лицо Келума:

  - Берсерк, а Сетер уже наш! -он широко улыбался.

  - Это как? - я удивился: вроде б то никаких спецопераций на эту ночь вчера вечером еще не предвиделось.

  Рядом с императором появилось смуглое лицо Проныры в обрамлении черных как вороново крыло волос. Раскосые глаза блестели радостью как у объевшегося сметаной кота.

  - Вы же пускали почти все, что происходит, в планетный эфир, - вместо приветствия сказал он. - Так что, когда 'жабы' ушли из нашего города к вам в гости, я убедил местных, что танкам Империи альтернативы нет. Это было тем более легко, что от Республики у них не было никаких вестей. Некоторые даже начали подумывать, что она уже не существует, так вы уверенно действовали, ренкинэ тут заводите, - и Проныра подмигнул мне. - Мы пришли в город. Оглушили шокерами двух 'жаб' и добили их ножами. Восстановили Барьер - еле успели вовремя. И вот, когда от вас остатки 'жаб' стали возвращаться к себе домой, то мы их резали Барьером.

  Да, Проныра вынырнул в последний момент. Пронырнул, так сказать. Еще немного и мы бы о его роли в игре 'Гоблины' и думать забыли. А он возьми и убеди целый город горожан к нам присоединиться. Да еще и Сéтер занял.

  - А что это за две с половиной ʼшивки у тебя, Проныра, на рукаве? - таких знаков отличия в Империи я не знал.

  - Ну, против того, чтобы присвоить ему графа, Плывун, пожалуй, будет возражать, - ответил за Проныру Келум, - возможно и не только Плывун. - Келум внимательно посмотрел на меня, но я сейчас уже не был уверен, стал бы я возражать или нет. - Слишком долго наш друг с нами воссоединялся. И, если никто сильно спорить не будет, я предлагаю титуловать Проныру посередине между бароном и графом. В порядке исключения. А до графа пускай риск выслуживает.

  - Выслужу, выслужу, пусть никто не переживает по этому поводу, - усмехался Проныра, он был явно настроен оптимистично.

  Да, если даже Проныра теперь с нами, значит и впрямь шансы на успех есть. Ведь Проныра всегда старается нос по ветру держать. Да и мозгами он не обижен. Правда, может он какую более глубокую интригу удумал? Смотрю на Киску, а она тоже недоумевает, лобик морщит. Что, думаешь, или Проныра тоже с ума сошел, или ошибочка с оценкой наших перспектив вышла? Но она ничего не сказала. А я не поинтересовался. Хотя и очень подмывало спросить.

  В день проводов внезапно похолодало. Солнце пряталось за облаками и дул порывистый ветер. Небольшая группа, состоявшая в основном из гоблинов, стояла в ожидании отлета на импровизированном космодроме посреди города. Отлетающие и провожающие. Почему вдруг посреди города? 'Птички'-брандеры все еще были в добром здравии. Но выше лучей Барьера они видимо не залетали. Так что стартовать мы собирались из города под защитой.

  Готовились к полету дольше, чем к любому из предыдущих событий нашей имперской жизни. Площадь переоборудовали, домики вокруг частью снесли, частью укрепили. Высоту полета 'птичек' проверили - воздушные шары запускали. А Р-р-рита разрисовала танк графа Серого цветочками разными - тюльпаны, там, розочки, лютики. Рисование, правда, в подготовку не входило. Танк мы на орбиту отправлять не собирались. Да и цветочки мало на маскировочный окрас смахивают. Просто Р-р-рите так захотелось, а его сиятельство не возражал.

  Келумова Лиля тоже танк цветочками нарисованными украсить хотела, только уже танк императора, но Келум не разрешил. Сказал, что позволено графам, не позволено императору. Почти как в древней латинской пословице. Но в ней на месте слова 'император' стояло бы слово 'бык'1. [А пословица звучит так: 'Что позволено Юпитеру', - было идолище такое у древних - 'не позволено быку'. - Прим. императора Келума.] Вот и пришлось Лиле на танке императора черепа рисовать, по числу 'жаб' убитых. Много черепов вышло. Правда, все разноцветные почему-то. Совсем как цветочки. А Старик так прокомментировал: 'Это потому что у них уже конфетно-букетный период в отношениях закончился. Вот если бы еще продолжался, как у Серого с Р-р-ритой, то нарисовала бы и Лиля цветочки. А Келум бы не возражал'. Да, видать обиделся Старик на Келума. Но а чего же Старик хотел? На Келумову мечту покусился, а теперь обижается, что отбрили. А вот Серый и впрямь с Р-р-ритой сам на себя не похож. Не так он себя обычно с женщинами ведет, не так.

  В общем, еще мы от неожиданных встреч подстраховаться решили. По сенсорам выходило, что вся электроника на вожделенных нами космообъектах мертва. Но вдруг там все же внутри кто сидит? Обжегшись на молоке - защите пульта Барьера - мы теперь дули на воду. Так что Старик наколдовал у себя в мастерских некий ультрасовременный сплав и изготовил из него лезвия для боевых топоров. А рукояти сделал из композита.

  Почему топоров? Как мы знали еще по довоенным республиканским новостям у негуманоидов абордажные команды - правда, как раз собственно абордажем эти команды и не занимаются - не из роботов, как в Республике, а из живых солдат в 'зеркальном' доспехе. 'Зеркальную' броню выстрелом сложно пробить, рикошетят заряды пехотного оружия от нее за милую душу. Хотя, пожалуй, слово 'рикошетят' здесь и не совсем точным будет. Скорее уж 'соскальзывают', 'скользят' по зеркалу энергоимпульсы и пули. Потому в корабельных переходах, если уж приходится драться, то больше штыками колют, чем стреляют. Отчего удар лезвием лучше выстрела? Тонкостей не знаю. Кажется, дело в 'доводке' руками и низкой скорости. Говорят, когда связанный со скоростью парадокс открыли, несколько законов механики уточнять пришлось. А приданный к доспеху 'зеркальный' щит стали дополнительно усиливать обычной фемтокомпозитной броней - лишняя защита против холодного оружия не помешает. Весь же доспех, если по образцу щита укреплять, слишком тяжелым выходит. Потеря скорости не стоит получаемых преимуществ.