Ян Миклашевский - Куклы

- И где она находится?

- А не указано. Вскользь упомянуто, что дескать поступили какие-то материалы с неё на Третью Базу. Что за материалы - тоже не указано.

Удальцов о чём-то задумался. Коля терпеливо ждал. Думалось ему, что в данном случае речь, скорее всего, идёт о какой-либо из первых попыток Института осесть на Аномальных, скорее всего неудачной, с дальнейшим вывозом чего-то ценного.

- Не припоминается мне что-то База с таким индексом, - прервал своё молчание Удальцов через некоторое время. - Хотя, кто знает. Может кодовое обозначение, но... не похоже, не похоже. Копни в этом направлении.

Многого накопать Коле не удалось. Точнее сказать, не удалось накопать вообще ничего - кроме того документа, упоминаний о Базе с номером 0 более не встречалось. Удальцову он заявил, что либо имеет место неполнота архива, либо же, и что скорее всего, это банальнейшая опечатка. Ну шмякнул кто-то ноль вместо единицы или двойки, а переправить не удосужился. Удальцов почесал переносицу и выдал, что нелишним было бы прокатиться до Третьей Базы. Дескать, может там что по этому поводу есть. Коля упомянул, что вообще-то зима на носу, и если ехать, то по весне, потому что с дорогами там сейчас даже не плохо, а совсем никак. Однако, невзирая на колину контраргументацию, Удальцов отдал команду на подготовку к экспедиции, и в начале декабря колонна из трёх бронетранспортёров вошла на Аномальные Территории.

Вот только уже на подходе к Третьей Базе колонна была вынуждена остановиться - фон пси-излучения, исходящего со стороны одного из бывших институтских форпостов, вырос до неприличных величин, и дальнейшее пребывание в этих краях становилось небезопасным. Удальцов был вынужден отдать команду на возвращение.

Уже при выезде с Аномальных Коле подумалось, что коль скоро Удальцов так зацепился за эту идею, то, возможно, он что-то знает, но делиться информацией не спешит. Попутно промелькнула мысль, что, по большому счёту, ему вообще ничего не известно о целях своего руководства, но её Бузыкин отмёл как вредоносную: придёт время - всё узнаем. Спешка в этих краях до добра редко когда доводит.

***

Поутру спящего с компом Гвоздя в руке Колю растолкал Якушев, из слов которого следовало, что за дверью бункера явно слышны голоса и шум каких-то транспортных средств. Коля выматерился: незаметно для себя самого он умудрился уснуть, так и не прочитав заметок, оставленных Гвоздём в своём дневнике. Времени на перекачку данных в свой комп уже не оставалось, да и не было у них с Артёмом такого уговора.

Деревенька преобразилась. Вчерашние заброшенность и тишина исчезли, а на их месте возникли суета и весь тот гвалт, который способна производить научная группа, вставшая на привал. Кто-то даже развёл костёр и повесил над ним видавший виды чайник, от чего происходящее стало напоминать утро на туристической стоянке.

- Ну хотя бы отоспались? - глумливо поинтересовался у вышедших на свет Коли и Якушева Удальцов, гордо восседавший на башне броневика с походным котелком.

Матрас демонстративно зевнул.

Глава 4.

Дима сидел на скамейке, смотрел на васькин кунг и курил. Рядом с ним стояла наполовину опорожненная бутылка местной настойки, и на этом он останавливаться не собирался. Делать было нечего. Общение стариков, в какой-то момент перешедшее в воспоминания о прошлом, наскучило достаточно быстро, а нажираться с компаниями вернувшихся из выхода и вновь прибывших у него не было никакого желания. Впрочем, это не означало, что нажираться не хотелось вовсе: увидев среди прибывших того, кого не видел больше полугода, а именно - Колю Матраса, в сознании Димы как будто вспыхнуло солнце, и забытые воспоминания хлынули мутным потоком. Поняв, что сейчас его накроет, он изобразил из себя перебравшего, и под этим благовидным предлогом убрёл к себе в комнату, откуда так же быстро переместился уже на улицу - чем был вызван приступ непонятно откуда возникшей клаустрофобии, он не знал, знать не хотел, однако в помещении при подобных обстоятельствах находиться было невозможно - как и куда можно убежать от воспоминаний и себя самого?

Начиналось-то всё весьма пристойно: главный от прибывшей научной группы, назвавшийся Удальцовым, увлечённо рассказывал, сколь долго планировалась эта первая за долгое время экспедиция и в какую цену она встала. Борщевский неподдельно удивлялся, что при выделенных материальных средствах на снаряжение и оборудование, весьма значительных причём, вышестоящие столь безответственно отнеслись к созданию перевалочной базы, сформировав её персонал исключительно из прошедших курс реабилитации. Впрочем, - добавил затем Удальцов, - если верить словам её бывшего начальника, - Дима про себя отметил, что сидевший рядом лейтенант заметно напрягся, - то результат был бы тот же самый, даже если б там стояла видавшие виды элита этих мест.

Присутствующие в знак согласия закивали головами. Удальцову оставалось в своё окончательное оправдание добавить, что погибшая часть вообще формировалась не им и без его участия вовсе, и его просто поставили перед фактом, что дали, дескать, кого могли. Застолье явно задавалось. Абсурд торжествовал.

***

Михалыч, когда всё началось, в отличие от ушедшего на север Якушева, рванул на юг, где и был подобран удальцовскими. Сам же Удальцов, оценив в бинокль то, что осталось, а точнее сказать, возникло на месте Перевалочной, принял решение следовать дальше, при этом не забыв передать по радио указание выслать "спасателей". Впрочем, даже увиденное не повлияло на характер отповеди, устроенной им Михалычу, который в момент своего спасения был вдрызг пьян. Перебранку, плавно переросшую в состязание двух нашедших друг друга демагогов, прервал Коля, заявив, что впереди он видит бредущее тело, и якобы что-то с этим телом не так.

- Начальник, а пусти-ка меня одного, - обратился Матрас к Удальцову.

- Коль, ты с ума сошёл, или молодость вспомнить захотел? - нехотя отвлёкся от диспута с медленно, но неуклонно трезвеющим медиком Удальцов.

Матрас пальцем ткнул в экран своего компа, где обозначалась зелёного цвета точка, в графе имени у которой стоял прочерк, но в комментарии было обозначено "Гвоздь". Удальцов нахмурился. Коля хищно сощурился.

- Один пойду, - тоном, не приемлющим возражений, заявил он. - Нутром чую, так лучше будет.

- Может, парочку людей всё же с собой возьмёшь? - отпускать Бузыкина одного Удальцов не хотел.

- Не, тут мне именно что одному надо идти, - Матрас был непреклонен. - Заодно местность разведаю. Знаю я, куда его тянет - всех туда по первости ведёт, живых-то точно. Утром вот сюда подъезжайте, - ткнул он пальцем в точку на карте, где когда-то давно находилась небольшая деревенька.