Джон Рэкхем - Угроза с Веги

Хэдли недоуменно поднял брови, но Торп был настолько удручен, что не потрудился объяснить. И тут до него долетело одно словечко из лексикона Шкоды и колоколом грянуло в мозгу: мощность! У жриц Хатар есть только батареи на растительных кислотах и пластины. Так говорил радист. С другой стороны, Сестры умеют делать медную проволоку, а старуха упоминала, что они научились использовать силу падающей воды. Водяные мельницы… Медная проволока… Если бы только у них нашлись магниты!

Он подмигнул Хэдли:

– Пойдем со мной. Я только что придумал, чем им помочь. И хочу, чтобы ты очаровал дежурную радистку.

На сей раз у рации сидела другая девчушка. Она испугалась, но Хэдли ее успокоил и расположил к сотрудничеству меньше чем за пять минут разговора. Звали ее Лайри, и она была счастлива услужить великим инопланетным мастерам. Да, женщины знают, как обрабатывать сталь, чтобы к ней липла другая сталь или железо. Да, эта технология распространена широко и, несомненно, известна металлургам племени шелла. Что-нибудь еще угодно мужчинам с Земли?

Похоже, Лайри огорчило, что ей пришлось подвергаться опасности так недолго. Торп, уже научившийся улавливать подобные нюансы, вспомнил слова

Матери Хатар о том, что ее паства начинает забывать свои клятвы. Оно и понятно. Одно дело - проклинать мужчин, когда сталкиваешься только со свирепыми извергами, и совершенно другое - когда ситуация в корне меняется. От этих мыслей голова шла кругом, и Торп решил на время их выбросить. Он обратился к Хэдли:

– Для нас с тобой есть работа. Пускай Шкода обучит женщин всему, что, по его мнению, им следует знать о мощных передатчиках. Сейчас тут нет приличных источников энергии, кроме наших аккумуляторов, и для остальных святилищ, разбросанных по всей планете, проку от них мало. А мы научим женщин добывать энергию без батарей. Здесь есть водяные или ветряные мельницы, и медная проволока, и магниты, и кое-какие знания…

– Я понял! - обрадовался Хэдли. - Пара пустяков! Когда начнем? Утром?

– Утром. То есть спать мы сегодня ляжем рано. Лично я - прямо сейчас. Хоть разок высплюсь как следует.

Джереми с наслаждением растянулся на кровати и закрыл глаза, а раскрыл, казалось, через секунду. Его разбудил шум - это Шкода устраивался на ночлег. Радист был выжат, как лимон, но торжествовал.

– Разбудил? Извини. Ты, наверное, не меньше моего вымотался. Но я должен сказать, что девочки - прекрасные ученицы, схватывают на лету. Они бы меня и не отпустили, если бы не вахтенное расписание… Бдение, так они это называют.

– Ну да. - Торп улыбнулся своим мыслям, перевернулся на другой бок и сонно подумал, кто сегодня будет караулить на крыше. И снова провалился в сон, и снова не проспал, как ему показалось, и мгновения, как его очень осторожно потрясла чья-то рука. Он сел на кровати с недовольным рыком, однако тотчас умолк, увидев, как отпрянула знакомая фигурка.

– Шенн! - прошептал он, глядя на дрожащую девушку. - В чем дело? Беда?

– Похоже на то. Джереми Торп, ты очень устал?

– Ну, не так уж. Могу чем-нибудь помочь?

– Сейчас мое дежурство. Ты… не поднимешься поговорить со мной?

– Пожалуйста, если надо. Может, мне дождаться колокола?

Шенн кивнула и бесшумно ушла. Когда ее соблазнительные изгибы таяли во мраке, он вспомнил слова Хэдли о минном поле. А еще - завуалированные намеки старухи. Насчет пустых надежд ее паствы.

Джереми подстегнул удар колокола. Он завернулся в юбку, накинул жакет и вышел из комнаты. Когда поднялся на крышу, девушка сидела в той же позе, что и вчера. При виде него встала и шагнула навстречу. Она сильно нервничала, до дрожи.

– Веления долга разрывают меня надвое. Я все тебе расскажу - и суди сам. Я верю, что ты ответишь искренне.

– Попытаюсь. Но при чем тут веления долга?

– Я жрица, Сестра Хатар. Мать Хатар - верховная жрица. А ты обладаешь сокровенными тайнами Хатар, о каких мы только мечтали, и значит, ты по рангу выше ее. Правильно?

– Шенн, это слишком трудный вопрос. Да, я кое-что знаю, чего не знает она, но если речь идет о выборе, кому из нас подчиняться, я ничего не смогу сказать, пока не пойму, в чем дело. Я ведь не жрец.

Она отвернулась, сделала шаг, затем резко повернулась к Торпу.

– Вчера ночью я бдила здесь, с тобой. Ты и сам знаешь. Я была беззащитна, но ты не причинил мне вреда. Ты до меня дотронулся, и я испугалась, но ты был добр. Тебя растрогал мой рассказ о зле, которое спустилось на нашу землю. - Она потупилась. - Все это было так странно, так непривычно, что утром я отправилась к Матери Хатар и исповедалась. Передала ей все, что ты сказал. Слово в слово.

Торп затаил дыхание, напрягся, но постарался, чтобы на лице не отразилось ничего. Так вот на что намекала старуха!

– И что она ответила?

– Рассердилась. Сказала так: хоть ты и с Земли, и этого нельзя не учитывать, ты все же остаешься мужчиной. А мужчин мы должны бояться и подозревать.

– Ну, тут она права. Но продолжай. Что вынуждает тебя сомневаться?

– Сегодня ты с остальными мужчинами показал нам, что вы не только великие знатоки Хатар и других тайн, но и работаете точно так же, как мы, потеете точно так же, как мы. И даже на шелл это произвело впечатление. Поэтому я подумала: а что, если Мать Хатар ошибается? Что, если она попросту завидует вашей великой власти?

Шенн смотрела на Торпа во все серебристо-зеленые глаза, искала отклика в его взоре. Он бы, наверное, рассмеялся, не будь ситуация так насыщена угрозой. Что ни говори, Хэдли прав в отношении инстинктов. Природа не терпит насилия над собой. Нельзя ли как-нибудь извлечь из этого пользу?

Задав себе этот вопрос, он вспомнил о другом насилии над природой, и в мозгу сразу возник дерзкий замысел.

– Ты присядь, - предложил Джереми. - Мне придется кое-что объяснить. Только сначала позволь задать один вопрос. Тебе известно об исследованиях, которыми занимается Мать Хатар? Я имею в виду определение пола еще не родившегося ребенка.

– О да, - кивнула девушка. - Над этим работают все Старшие Сестры.

– То есть об анатомическом различии мужчин и женщин ты знаешь все. И ты сама мне сказала, что Сияющие делают женщин беременными, значит, и это явление для тебя не тайна.

Он следил за девушкой краем глаза и заметил, как она напряглась и задрожала. Тема затронута опасная.

– Ты ведь не очень счастлива, правда? Шенн, глубокая взаимная привязанность между мужчиной и женщиной - одна из самых великих радостей на свете. Но Матери Хатар об этом ничего не известно, потому что она была ребенком, когда из вашей жизни исчез последний настоящий мужчина. Мы - трое землян - обыкновенные мужчины. Сейчас я говорю от лица всех нас. Говорю, что ты красивая, очень привлекательная девушка. И любой мужчина, увидев тебя, испытал бы те же чувства, что и я. То есть любой настоящий мужчина. Меньше всего на свете мне хочется причинить тебе зло.