Ян Серый - Дорога в мир (СИ)
Тем временем пилоты продолжали выполнение манёвра. За несколько долей громада космического корабля была развёрнута, а расстояние до поверхности стало ещё меньше. Диск планеты сместился вбок и частично исчез за краями иллюминаторов - теперь из мостика была видна лишь половина общей его площади. "Энарт" вышел на стабильную орбиту на высоте 2713 кудгов над экватором планеты, как раз над верхней границей радиационного пояса.
- Манёвр завершён. Мы вышли на стабильную орбиту. - доложил Д"мол.
- Хорошо. - ответил капитан, - Что ж, даю двадцать четыре доли отдыха, потом приступаем к сканированию.
Старшие техники кивнули и обратились к помощникам:
- Синно, Ирина, Чен, Мигель, Вильгельм, Николет, Онва, подготовьте модули.
- Будет сделано. - ответили младшие техники.
- Я, Ат"у, Биид и Энтор поможем вам. - добавил К"о.
Младшие техники поблагодарили стражей и вместе с ними отправились к малым бортовым ангарам.
Через двадцать долей они доложили о полной готовности, и капитан вместе с кураторами экспедиции дал добро на выпуск модулей. Старшие техники задали команду, створки ангаров открылись, и шестьдесят автономных платформ покинуло "Энарт", направившись к поверхности планеты. Они аккуратно опустились, постепенно снижая скорость, чтобы плавно преодолеть атмосферу и не допустить излишнего разогрева, и повреждений, вызванных этим - на них стояли генераторы полевых щитов, но они имели относительно невысокую мощность, и были предназначены преимущественно для защиты от турбулентностей, осадков и крупных объектов - и через полчасти достигли южного полюса Анцужа. Благодаря первой, ещё грубой сканограмме градусная сетка для планеты была уже построена, поэтому субинтеллект модулей смог быстро сориентироваться. Платформы сформировали ряд и начали передвигаться вдоль параллелей. Двенадцать аппаратов на каждый градус, перекрывающие друг друга края областей охвата для лучшей интеграции - и так за восемнадцать пролётов вся планета будет отснята. Базы данных пополнятся сканограммами далёкого Анцужа с высоким разрешением в четверть субека. Но всё это - довольно долгий процесс. Съёмка поверхности занимает чуть меньше чем полтора дня, а сканирование глубин - трое с половиной суток. Части мучительного ожидания и долгой монотонной работы...
Сначала приходилось ждать - данные о характере поверхности передавались на мощный компьютер"Энарта", где уже разработанные алгоритмы автоматической дешифровки методично искали приметы искусственных сооружений или их руин. Экипажу оставалось только смотреть на мониторы и ждать результата.
Но вот полтора дня прошли, и бортовой субинтеллект выдал общее заключение о том, что искусственных структур на поверхности материков и дне океана не обнаружено. Они девственно чисты.
Исследователи вздохнули, но не огорчились - они отбросили ещё целый набор вариантов, и теперь могли с высокой уверенностью сказать, что они ищут: подземное сооружение не более максимальных средних масштабов, скрытое гиперподавителями. То, что искомое будет однозначно под землёй, можно было утверждать смело: для более надёжной имитации среда, создаваемая гиперподавителями, должна быть однородной - границы сред создают сложности, приводящие к более заметным искажениям, из-за которых возрастает риск обнаружения. Теперь для того, чтобы найти наконец "Дорогу", необходимо было направить модули на сканирование недр, а самим исследователям засесть за выявление подозрительных особенностей и аномалий структуры геологических пластов. А это значило, что планетологам придётся работать сутки напролёт.
Все специалисты естественнонаучного профиля были усажены в зал мониторинга, куда был организован перевод всех обработанных данных наблюдений. Просматривание всех сканограмм вручную было бы просто бессмысленным и заняло бы огромное количество времени, поэтому сначала данные прогоняли через специальный алгоритм, как раз и выявлявший нетипичные черты, а уж потом передавались планетологам для анализа. Но даже несмотря на все оптимизации, работа шла медленно: выдать искомое могла малейшая аномалия, поэтому число возможных вариантов, отбираемое алгоритмом, оставалось большим. Достаточно было сказать, что модули уже закончили сканирование и были возвращены на борт, в то время как поисковая команда лишь заканчивала обработку данных по южному полушарию.
Конечно, им помогали по мере возможностей: часть данных просматривали военнослужащие и техники, имевшие опыт работы с планетологической информацией, в зале постоянно дежурили Карл, Хитэ, Дизу и Уна, но абсолютное большинство всех работ лежало на плечах восьмерых "естественников": четверых младших планетологах, Стаау и кураторах Рэн и Анби. Джавед как наиболее опытный геолог был выбран главным наблюдателем и куратором. Он был обязан следить за всеми остальными и перепроверять подозрительные варианты, отбракованные другими исследователями. Он был занят почти что двадцать четыре части в сутки и едва мог отлучиться. Будучи родом с мира с низкой силой тяжести, он чувствовал себя нехорошо даже при стандартной облегчённой гравитации, которая была установлена на корабле - сейчас же, когда на него взвалилась вся эта работа, он держался только чудом. Он молился всем богам лишь об одном - чтобы это поскорее закончилось...
И рано утром четвёртого дня после начала поиски были завершены.
Команда изучала данные с тропических регионов северного полушария. Семеро наблюдателей были погружены в работу. Джавед всеми усилиями старался не клевать носом, пытаясь выбраться из пут, которые тянули его в забытие, как вдруг его позвали.
- Джавед, можете подойти? - мягко попросила Стаау.
Геолог, тихо вздохнув, кивнул и подошёл к ней.
- Что тут у вас? - спросил он.
- Подозрительная аномалия в расположении пластов под одним из отдельно стоящих холмов. - Стаау показала на участок сканограммы, - Геология не мой основной профиль, но я точно знаю, что в естественных условиях слои так не распределяются.
- Да, и правда интересно... - проговорил Джавед, глядя на строение холма. В случае отдельно стоящих возвышенностей для их возникновения должна должна иметься выраженная в особенностях самого геологического строения причина - или скальный выступ, или же значительное утолщение в более древних слоях осадочных пород. Здесь же ничего подобного не было: кристаллический фундамент покоился на глубине почти в два кудга, а над ним лежали десятки практически идеальных слоёв морских отложений. Утолщаться пласты начинали несколько выше уровня подножья холма, и выглядели как-то неестественно, также у вершины же имелось четыре отдельных слоя, проявляющихся только на этом холме.