Юлия Лукова - Прах земной [СИ]
– Рич, а человек умрёт, если с такой высоты упадёт? – поинтересовалась я, увидев, что по правую сторону от нашей новой тропки идёт простая горная "стена", а вот по левую – крутой склон, чья длина может сровняться с высотой трёхэтажного дома.
– Смотря как падать будет.
– Мы с Филькой умрём?
– Вы – да.
Ну, что же, ожидаемо, хоть и не утешительно.
– О, а что это там такое? – присев на корточки и прищурившись, чтобы получше рассмотреть лежащее у подножья склона животное, с умеренным интересом спросила Рича. Ответ меня поразил.
– Это кеша.
– Кеша? Попугай Кеша? – первая пришедшая на ум ассоциация оказалась не очень умной, но это я поняла лишь после того, как высказала её вслух.
– Какой ещё попугай? – не понял прикола Ричард.
Ну, конечно, он-то, в отличие от меня, навряд ли увлекался просмотром древних, советских мультиков с озвучкой на чистом русском языке.
– Да нет, то я сама с собой разговаривала… Так что там за Кеши такие?
– Животные, строением тела больше всего напоминают медведя, но морда у них почти полностью кошачья. Умеют повторять человеческую речь, ростом редко превышают один метр…
– А почему этот кеша такой… тощий? – не смотря на то, что свернувшийся в клубок и невиданный мною ранее зверь, выглядел большим и достаточно безобразным, смотреть на его выпирающие рёбра было дико. Я имею в виду, чтобы такая здоровая тварь и не смогла бы найти себе нормальную еду?
– Он же мёртвый, каким ему ещё быть? – спросил Рич уже без прежних учительских интонаций.
– Мёртвый? Я думала – он спит, – сглотнув, взволнованно ответила. – А отчего он умер? Ты же сам мне рассказывал, что на Пепелищах все всех всегда съедают, поэтому и трупов нигде не валяется, а этот лежит, и даже падальщиков рядом с ним не видно.
– А ты посмотри вниз. Там вся земля ровная, больших камней и деревьев нет, тени которую они могли бы дать – тоже нет. По сути, для гор, это настоящая сковородка. Когда солнце основательно припечёт, все те, кто в ней сидят, зажарятся, из их организмов испарится вся вода, а внутренние органы просто расплавятся.
– Как расплавятся?
– Если найдём труп, до которого сможем дотянуться, я тебе покажу "как".
– Сдурел? Не надо ничего искать. И мне потом ещё всякую гадость показывать, фу!
Ну всё, обидела ты нашего шизофреника. Ишь как у него взгляд потемнел, и губы сжались.
– Ты сама об этом разговор завела.
– Да, но искать я тебя ничего не просила… ой.
– Что?
– Ничего, в глазах просто потемнело. Резко так, – вздрогнув, пробормотала я, а по спине тотчас прополз неприятный холодок. Ещё бы, тут только что день был, солнце яркое светило, а через секунду уже поздний-поздний вечер, окрашенный, к тому же, в тёмные бардовые тона.
– Пошли вперёд. Нам, пока жара не началась, нужно успеть ещё до леса добраться. Он не такой большой, как первый, но от солнца защитит.
Блин, точно! – запоздало осенило меня. – Если солнце убивает таких здоровых животных, как эти кеши, то почему оно не может убить человека?
Признаюсь, дальше я сглупила. То есть… виной всему, конечно, был страх изжариться на солнце, но мне тоже следовало хоть немного подумать головой, а не лететь поперёд неприкасаемого вниз, чтобы быстрее оказаться в лесу. Скажу лишь в свою защиту, что даже Рич не ожидал тогда подвоха, иначе не разрешил бы мне идти первой.
Рич.
Достав из сумки таблетку сафитина*** и тщательно её измельчив, я высыпал получившийся порошок на металлическую ложку, капнул туда немного воды и поднёс полуготовую смесь к разведённому недавно костру.
Где-то через полминуты пальцы стало неприятно жечь, а от ложки потянулся слабый запах спелых яблок. Помешав спичкой мутную, зеленоватую жидкость, я взял заранее наготовленный шприц и осторожно набрал в него лекарство.
Невольно вспомнилось, почему я всё это сейчас делаю и для кого…
В том, что Элена внезапно захотела идти впереди меня, нет ничего ни удивительного, ни мистического. Ведь я сам умышленно рассказал ей о скрытой опасности солнечных лучей, дабы увеличить скорость нашего передвижения, а вид высушенного солнцем кеши всего лишь закрепил результат моих слов.
Это сейчас я понимаю, что лучше бы мне было не пускать девчонку вперёд себя или вообще заставить её идти с десятиметровым отставанием, а тогда… тогда я сглупил. А если бы пошёл первым, то не пропустил бы появления молодого кеши, перегородившего своим телом половину тропы, и не допустил бы, чтобы он покалечил кого-нибудь из нас.
Что ж, расслабился, виноват. Вот и приходиться сейчас из-за своей ошибки готовить лекарство, которое поможет Элене справиться с ядом не в меру прыткого зверя, успевшего полоснуть её когтями по бедру. Не сильно, но полной уверенности в том, что она выживет, у меня нет.
В аптечке, которая досталась нам от военных, собраны далеко не все существующие в мире противоядия. А средство, что гарантированно помогло бы Романовой справиться с ядом кеши, среди них так точно нет. Да и сомневаюсь, что такое вообще где-либо найдётся, ведь учёные, не смотря на всю фанатичность и любовь к своей профессии, стараются не лезть на Пепелища без особой надобности. Соответственно, откуда им знать о новых видах животных, возникших здесь, в том числе и о кешах?
Закончив набирать лекарство в шприц, я подождал, пока оно остынет, и повернулся к сидящей на пеньке, в полуметре от меня, девушке. Волосы у неё порядком растрепались, одежда измазалась в крови и земле, от правого кроссовка отклеилась подошва. Жаль, я не додумался утром взять Элене что-нибудь из одежды Джейн, тогда бы она не выглядела сейчас так печально и несуразно.
Вот, кстати, и ещё один повод считать, что не нужно мне было уступать ей дорогу в тот раз. Ведь такой помятый вид девушка приобрела не от одной встречи с мелким кешей, нет. Такой она стала после того, как на предсмертный рёв убитого мною медведоподобного монстра пришло четверо его сородичей, и нам в скором порядке пришлось спасаться от них бегством. Чего вполне можно было бы избежать с помощью двух-трёх кинжалов, пущенных из-за угла, которые не дали бы гаду и пасти раскрыть!
Пф, но до чего же гадкое, тяжёлое чувство возникает в груди, скажу я вам, когда бежишь, схватив полуслепую идиотку за руку, а у неё ещё и ребёнок сидит за спиной и орёт, и думаешь, как бы тебе не свалиться вниз, в объятья солнечной ловушки, той самой "сковородки". Когда оглядываешься на следующих по пятам тварей и мечтаешь, чтобы на противоположном конце тропы тебе не встретилась остальная часть кешьей стаи, которая может состоять и из одного, и из двух десятков взрослых особей.
Повезло… повезло нам всего этого избежать. Также как повезло в том, что дальше границы леса звери за нами не сунулись. Знают, наверное, что со своим слабым обонянием просто заблудятся здесь, среди множества посторонних резких запахов, а жертв так и не догонят. После пятиминутного бега по горной местности мне стоило огромных усилий совладать с собой и успокоиться, вытряхнуть из сердца весь страх и перестать обращать внимание на громкий звон в ушах.