Алексей Мезозой - Страшнее Зомби

Перед ним затормозил автомобиль. Открылась дверь, справа выбрался майор, дошел до генерала, попросив разрешения обратиться, начал докладывать ход выполнения задания по транспортировке медицинских материалов.

Как вы нас нашли?

Баранов подсказку подкинул – под ковриком записку оставил, товарищ генерал. Несмотря на гибель рядового Гундеева, потерю служебного автомобиля, наиболее важные медикаменты доставлены.

Майор указал на скрепленные мешки, торчащие из неплотно закрытого багажника автомобиля.

Отлично выполненная работа, майор! Нам пришлось срочно эвакуироваться перед лицом превосходящего в огневой мощи многочисленного противника, сейчас мы скрытно направляемся к секретным складам, расположение которых вы узнаете в ходе инструктажа.

Генерал распорядился сдать медикаменты на склад, огромный многоосный автопоезд, стоящий сразу за одним из заправщиков. Через несколько минут был отдан сигнал об отправлении и огромная автомобильная колонна, автомобиль за автомобилем выезжающая в строго южном направлении, в ночь выехала в сторону неизвестности. Бабка, Семен, Вика и Погарыш, пополнив на оружейном складу боезапас, продолжили движение в своем автомобиле. Они ехали еще в относительном комфорте еще два часа, прежде чем у них кончилось горючее и им пришлось пересесть в забитый до верху железный ящик с окнами. Майор, рану которого перевязали, уже спал сидя, держа автомат вертикально между ног обеими руками и склонив к нему голову. Погарыш, выглянув в окно, заметил освещенную фарами надпись на указателе “Скургаевка”. Поплыли темные окна бесконечных одноэтажных домов, выстроившихся вдоль дороги на многие километры.

22 мая 1993 года, суббота. 22:50. День третий.

Вблизи пос. Ясашная Ташла.

В дороге, освещенной светом фар идущего впереди тягача мелькали брошенные, перевернутые и сожженные автомобили. Но скопления в несколько машин тягач раскидывал, практически не сбавляя хода. Попалась одна длиннющая пробка, которую пришлось аккуратно объезжать в течении получаса, съехав с дороги на свежую едва только появившуюся и поэтому очень зеленую в свете фар траву вдоль полотна дороги.

Вполне живые, не зомбированные суслики прыснули из под колес машин, которым пришлось вдвое снизить скорость, чтобы объехать пробку.

Дальше пошла бесконечная, без единого пятна света дорога, то поднимающаяся на гребень очередного холма, то спускающаяся вниз, в лощины, покрытые сгущающимся туманом. Рев моторов оглашал окрестные поля и посадки.

Уже давно личный состав страдал от жажды. Еще в городе, утром перестал работать водопровод, накопленная в емкостях жидкость постепенно подходила к концу.

Генерал распорядился при подъезде к сверкающему темными стеклами первых к дороге домов селу отправить группу фуражиров на УАЗе, доверху забитом пустыми алюминиевыми бидонами к ближайшему роднику, находящемуся на другой стороне села. УАЗ и грузовик с Бабкой отделились от вставшей колонны, тут же окруженной хмурыми патрульными, вырванными из сладких объятий сна. Разгоняя сумрак мертвого села, которое находилось слишком близко к крупному городу, фары грузовика и УАЗа освещали брошенные в спешке вещи, разбитые окна домов, трупы людей и животных, лежащие прямо на дороге, либо в нелепых позах повисшие на заборе, куски внутренностей и лужи крови. К счастью, шатающихся зомби нигде не было видно, только один раз собака, бросившаяся под колеса автомобилю, была сбита, отброшена с нечеловеческой силой о стену избы, но вновь попыталась подняться даже с переломанными костями. Собаке это не удавалось, но она ползла, в наступившей темноте за уже уехавшими автомобилями, оставляя на дороге жирный темный след и волоча отказавшие задние лапы словно ненужную вещь, от которой не так легко отделаться.

Проехав последний дом, и ферму, из которой пахло совсем не навозом, автомобиль, согласно указаниям бывавшем в этих местах рядового остановилась у едва заметного в свете фар мостка, нависающего над ручейком. Начало ручья давал родник.

Заглохли моторы, но фары, направленные на родник высвечивали отблески бегущей сквозь кусок трубы воды.

Погарыш, разбуженный майором, вынужден был пополнить группу охранения, так как наотрез отказался таскать тяжелые фляги и возможно, искупаться в ледяной воде родника. От ручейка поднимался туман. Тут же озябшие Бабка, Семен и Вика с Погарышем почувствовали, как к ним под одежду, стремительно теряющую тепло, забираются ледяные руки холода. Кутаясь в джинсовую куртку и стараясь ее запахнуть посильнее, Вика проверила оружие, которое после проведенной в условиях автомобиля чистки было очень скользким от излишков оружейной смазки. За последние сутки следы ударов, царапины и слезшее воронение украсило ствол и приклад так, как ни что иное за последние несколько лет, которые он провел в пирамиде оружейной комнаты.

Четверо автоматчиков, в том числе Погарыш и Вика окружив полукругом чашу родника, внимательно всматривались в недалекие кусты. Кряхтящие курсанты, закинув оружие за спину, скрипя промокшими сапогами, с усилием тащили наполненные водой из родника фляги в УАЗ. Фляги наполнялись недолго, но их было много, журчание воды в темноте не заглушало звуки тихой весенней ночи. Уже проснувшиеся насекомые пока небольшой стаей вились над фуражирами, намериваясь попить свежей кровушки. Курсанты, приглушенно матерясь, чесали покусанные шеи и руки. Погарыша внезапно опять понесло.

Послушай, Вик

Затараторил он, опуская автомат стволом к земле и вцепившись сестре в рукав куртки.

А ведь комары кусали зомби, наверняка они теперь и для нас заразны.

Отцепись, клещ, давай лучше за своими кустами следи, дались тебе эти комары. Меня вчера раз шесть кусали, и не обратилась, как видишь. Ты сам подумай – где ты видел, чтобы комары трупов кусали? А зомби ведь и есть трупы, да и вместо крови, как сказали нам на занятиях, у них плазма обедненная. Выходит, что комары не переносят вирус. Да и случаев до этого времени подобных заражений не было.

А ты видела, какие здесь комары огромные? Видела? Это же летающие упыри! Да он и труп запросто укусит и не подавится!

Отвали, слышишь, достал уже

Вырвала наконец свой рукав из загребущий пальцев Погарыша Вика.

Тем временем, пока они спорили, половина фляг было заполнено и уставшие водоносы, на всякий случай попросившие сменить их, сели перекурит. Менять добровольно никто, конечно, не согласился, а командный состав в это время отошел в кустики.

Затянув сигареты, пара водоносов уселась на крышки фляг, и когда вынырнул в круг света фар майор, то его гневный рык явился для всех полной неожиданностью.