Блейн Пардоу - Рев чести

– Мы всего лишь звезда преследования, – отозвался Стоун. – Скорость наш величайший союзник. Когда мы сцепимся с ним, звёздный полковник Радик заплатит за свою волчью наглость.

Цзэн скрестил на груди руки.

– Звёздный капитан, наши люди готовы, насколько это только для нас возможно. Но, может, нам спросить Нэку, не было ли у неё каких видений насчет судеб, ожидающих нас.

Отчасти насмешливо, отчасти всерьез.

Анжела, впрочем, холодно его оборвала.

– Довольно говорить гадости о Нэке и её верованиях, командир звезды. Я в них верю, как бы странно это не выглядело. Ещё до того, как мы узнали о прибытии Волков, она уже предсказала их появление. Можете что угодно говорить о мистицизме Нова Котов, но здесь её интуиция не ошиблась и уже по этой причине я в неё верю На несколько тягостных мгновений Цзэн потерял дар речи, но затем ответил:

– Если вы в неё верите – мне этого достаточно.

– Каждый из наших людей привносит в подразделение что-то своё, особенное, и вскоре мы все увидим, как уникальности работают воедино, – по очереди она пожала им руки, используя в этом обе свои. Сперва Константу Цзэну, затем Стоуну. – Удачи вам обоим.

Стоун не сказал ничего, лишь почтительно склонил голову, а Цзэн тихо сказал:

– И вам, звёздный капитан.

Мужчины развернулись, чтобы присоединиться к их звездам, уже поднявшихся по машинам, и готовящихся к отбытию.

Командная звезда Анжелы уже стояла, ожидая её, и она, наконец, направилась к ним. Нэка и Спрэнг выглядели наиболее расслабленными. Они уже бывали в бою, хотя не вместе, для них единственной разницей во всем испытании были лишь способ его проведения.

Бридфелт выглядел напряженным, с выражением лица, зависшим где-то на полпути между усталым и обеспокоенным. Анжела, подходя, постаралась встретиться с ним взглядами, надеясь успокоить его. Бетани же, с колючим взглядом, и вызывающе скрещенными руками она проигнорировала. Бывает время, когда бунтарство уместно, заметила про себя Анжела, а бывает, как, к примеру, сейчас, когда от него больше проблем, чем пользы.

– Какие-либо вопросы, прежде чем мы начнем? – спросила она. Большинство помотали головами, Спрэнг улыбнулся, и это её подбодрило, а Бетани заерзала и затем открыла рот.

Анжела попыталась не закатывать глаз, когда воин-новичок заговорила, но была уверена, что другие заметили её жест – У меня просьба, звёздный капитан – Продолжай, – отозвалась Анжела, хоть и страшилась услышать…

– Звёздный капитан, я прошу права на патрулировании идти первой.

Анжела была изумлена ее просьбой.

– Вообще-то мы будем чередоваться, однако, ты получишь честь первой занять данную позицию.

Бетани удовлетворенно кивнула.

– Если это всё, то по кабинам, и давайте отправляться.

И пока воины направлялись по мехам, Анжела коснулась руки Спрэнга.

– Спрэнг, можно тебя? – произнесла она так, чтобы никто не мог её слышать.

– Слушаю, звёздный капитан?

– Бетани и её странная просьба возглавить патруль, я что-то не понимаю…

Он улыбнулся.

– Мы поговорили с нею, всей звездой. Она против вашей стратегии в этой операции, но мы убедили её, что это ключ к победе. Она поняла, но полагает, что если на патрулировании будет идти первой, то, скорее всего первой сцепится с врагом.

– И чем это ей поможет?

– Если она первой вступит в бой, то возможно достигнет победы прежде, чем вы прикажете отступать. Мы понимаем ход её мыслей, и если бы вы не выбрали её, то сами бы передали ей этот пост.

– Ты помогаешь ей пройти через все это, воут?

– Утвердительно. Но это пустяки. Вы тоже помогли мне годы назад. Другой воин бы бросил меня умирать, чтобы достичь своей цели, но вы не стали. Я не считаю, что мой долг чести перед вами можно искупить, но иду в этом направлении.

Улыбнувшись, Анжела тихо хихикнула:

– Я была права, избрав тебя для своего подразделения.

– И я рад, что вы так и сделали.

– Благодаря тебе, Бетани учится приноравливаться. Урок, что я надеялась ей преподать.

– В некоторой степени, и преподали.

Она улыбнулась, уловив намек.

– Она изыскала способ обойти инстинкты, призывающие её встать и драться против того, что я требую от неё… и тебя.

– Она плохо контролируема, и не прислушивается к доводам рассудка. – заметил Спрэнг. Но в своё время все мы были такими же. Вся разница – опыт.

– Истинно так, старый мой друг, – Анжела похлопала его по плечу. – А теперь давай, разделим еще один опыт – удовольствие изгнания с Тоффена Волков.

Спрэнг кивнул, и Анжела направилась было к «Экзекутору», начать долгий подъем по ступенькам вплоть до кабины, как вдруг тень поглотила её. Повернувшись, она увидела возвышающийся над нею горой костюм элементала. Каким-то образом он подкрался к ней незамеченным.

Через открытую лицевую панель силовой брони она видела рубленные черты лица Дольфа.

– Могу я поговорить с вами на пару слов, звёздный капитан?

– Если это касательно боевых вопросов, то обратись по командной цепочке, если же твое дело личное, то я всегда готова тебя выслушать.

– Я не могу говорить об этом с командиром звезды Стоуном, поскольку это включает в себя его смерть.

Анжела задрала голову, чтобы глянуть ему в глаза, не понимая, к чему он клонит.

– Не поняла?

Придвинувшись чуть ближе, Дольф наклонился вперед, так, чтобы голос его далеко не ушел.

– Вам известно мое прошлое, звёздный капитан. По нормам кланов я стар. Наше верховное командование наверняка отправило бы меня в соламу, если бы вы не взяли меня в тринарий.

Вам также ведомо, что я трижды был единственным выжившим из моей звезды, единственным, кто переживал битвы.

Она помнила его кодекс, помнила слишком хорошо. Некоторые бы назвали это невезением, некоторые удачей, для Дольфа это было карой, означало, что он не заслужил славной смерти воина, прежде чем стать слишком старым для того, чтобы быть воином.

– Мне известно твое прошлое, но для меня оно не имеет значения. Важно не то, что происходило тогда, но то, кто ты сейчас. Ты отличный воин, Дольф.

Он кивнул головой внутри силовой брони.

– Спасибо, звёздный капитан. Но я пришел попросить об услуге.

Теперь Анжела знала в точности, чего именно он хочет, но не прерывала его.

– Я не желаю повторения прошлого. Если моя звезда будет уничтожена, и я останусь единственным выжившим, я требую, чтобы вы убили меня, так, чтобы мне не пришлось жить со смертями других на мне.

– Дольф, – сказала она, тщетно выискивая слова, – То, что ты просишь, для Призрачных Медведей на грани бесчестного.