Город гоблинов - Марко Лис

— Не отвлекайся! — ещё до того, как я открыл рот, старик почему-то указал пальцем на труп Золида.

Я даже не успел толком удивиться подобной странности, когда рычание за спиной раздалось совсем близко — так близко, что я буквально ощутил тёплое, зловонное дыхание где-то у самого затылка.

Только теперь, с запозданием, до меня дошло, что увлёкшись новой руной, я совершил величайшую глупость — беспечно повернулся спиной к опасным хищникам.

Нельзя закрыть дверь, пока кто-то стоит в проходе. Не из-за чёртовых манер, а просто потому что этот «кто-то» физически мешает двери закрыться.

Так произошло и с сумеречным волком.

В надежде мгновенно избавиться от возникшей угрозы, я попытался сразу же захлопнуть проход меж мирами. Но тварь никуда не исчезла. Впрочем, хвала богам, она оказалась «зажата» и не смогла выиграть даже несколько дюймов пространства, чтобы дотянуться клыками до моей шеи.

Ощутив холодное прикосновение — похоже, тварь таки лизнула меня через теневой покров, обтягивающий её морду, — я резко крутанулся и со всей дури врезал кулаком прямо ей в морду.

Удар получился что надо.

Громыхнуло добротно. Яркая вспышка на короткий миг ослепила, я даже испугался, что могу лишиться руки. Молния, что по идее должна была протянуться на полтора-два десятка шагов вперёд, полыхнула прямо в узком промежутке между кулаком и волчьей мордой, разрядившись почти в упор, оттого и меня самого зацепило, задев волной жара.

Заскулившего волка снесло, и он провалился под землю, обратно в теневой мир. Меня тоже отбросило в сторону, и я плашмя упал на землю, выбив из лёгких остатки воздуха. Уже сидя на заднице посреди примятой травы, я с изумлением смотрел, как покрасневшая от кончиков пальцев и до самого локтя кожа правой руки дымилась, словно её на холодном воздухе окатили кипятком. Но боль, как ни странно, оставалась терпимой — куда меньше, чем можно было бы ожидать при взгляде на подобные ожоги.

— Каждый раз удивляюсь, как ты до сих пор умудрился не помереть, нэк.

— Уж точно не вашими стараниями, — огрызнулся я, морщась от покалывания в обожжённой руке.

— Да что ты говоришь, — покачал головой старый гоблин с наигранным сожалением, поднимаясь с камня и неспешно приближаясь ко мне.

— Вместо того чтобы предупредить, наоборот, только отвлекли, указывая на труп орка.

— Не отвлёк, а дал подсказку. И только потому что тебе ничего не угрожало из-за моего барьера.

— Какого ещё барьера?

— Я рунный щит между тобой и зверем поставил. Или ты думаешь, почему у тебя только часть руки обгорела?

А ведь действительно, ожог обрывался ровной полосой, будто его ножом отсекли. Значит, учитель с самого начала всё контролировал, просто решил проверить, как я себя поведу в неожиданной ситуации. Вот же хитрый лис — устроил испытание.

— Я бы сказал, что нужно учиться на чужих ошибках, а не совершать собственные. Но какой в этом смысл, если вы всё равно никогда меня не слушаете и творите что вздумается, — старик покачал головой с видом существа, повидавшего на своём веку слишком много подобных упрямцев.

— Наставник, я вас всегда слушаю, нэк.

— Конечно, именно потому ты мой любимый ученик, — в ответ на явную лесть старик ласково потрепал гоблина по щеке, чем изрядно того смутил, заставив попятиться на полшага назад.

После такого Арах, ожидаемо, счастливым не выглядел.

Где-то глубоко внутри, на уровне подсознания, он понимал, что подобное поведение Зуг’Гала — сигнал о надвигающейся буре. Но он пока не знал, что я успел разболтать старику про наш откровенный разговор о трагическом прошлом учителя, потому и не понимал, что именно не так, отчего его тревога казалась ещё более острой — беспокойство без ясной причины всегда неприятнее.

— Менос, так о чём ты хотел спросить?

— Что?

— Ты ведь повернулся ко мне, чтобы что-то спросить, или просто так подставил волкам спину?

— А, да, хотел, — я вновь переключился на волнующий меня вопрос, отвлёкшись от разглядывания обожжённой руки. — Молния ведь тоже отчасти свет. Не станет ли из-за этой руны деградировать моя сцилла?

— Если коротко, то не будет. Так что пользуйся.

— А если немного подробнее?

— Отрадно, что хоть один из вас задаёт правильные вопросы, — старик одобрительно кивнул мне, а затем смерил Араха выразительным взглядом.

Арах встрепенулся, даже открыл было рот, явно чтобы возразить, но вовремя одумался. Хватило-таки ума понять, насколько нелепо будет выглядеть, если вдруг заявит, что тоже хотел попросить старика поделиться мудростью, но чуть-чуть не успел, и я его опередил.

— Я бы уже не прочь и подкрепиться, нэк, — неожиданно заявил наставник, меняя тему со свойственной только ему лёгкостью.

— Но у нас совершенно ничего нет, — ответил я, разводя руками.

— После недавнего боя и появления здесь целой своры волков охотиться бесполезно, — добавил Полуухий, кивая куда-то в сторону деревьев. — Живность со всей округи разбежалась.

— Ну так проверьте седельные сумки, — закатил раздражённо глаза шаман. — Эльфы же должны были чем-то питаться, не воздухом же они насыщались всю дорогу.

Мы с Арахом переглянулись и, не сговариваясь, направились к лошадиным тушам.

Находки превзошли все ожидания.

Судя по всему, эльфы, в отличие от нас, не привыкли экономить на дорожных удобствах — в сумках обнаружился целый небольшой склад провизии. Аккуратно упакованный, туго перевязанный мешочек с крупой, ещё один — с сушёными травами и кореньями, пахнувшими чем-то остро-пряным, незнакомым, явно привезённым откуда-то издалека, а не собранным по пути. Полоски вяленого мяса, завёрнутые в промасленную ткань, несколько плотно закупоренных бурдюков с чистой водой и даже вином, а на самом дне — небольшой кожаный мешочек с солью, ценность которой в наших нынешних странствиях трудно было переоценить. Нашлись даже несколько лепёшек хлеба, мягких и пахучих, словно их только недавно из печи достали, да маленький, туго свёрнутый свиток с какими-то заметками, написанными изящным, витиеватым почерком — судя по всему, личные записи кого-то из погибших солдат.

— Ничего себе, — присвистнул Арах, деловито перебирая находки одну за другой, будто сразу же оценивая их. — Не то что мы. У остроухих и в походе всё как у знатных господ.

Меж тем, пока мы обыскивали мёртвых лошадей, а Полуухий тут же принялся сосредоточенно разводить костёр из подобранных поблизости веток, учитель