Джоанна Болтон - Звездные коммандос

- Понятно. Спасибо за предупреждение, - Дэвид допил бренди и встал, чтобы налить еще. - Я успею свыкнуться с этой идеей. Я думал, что моя нога никогда больше не вступит на Гилер.

Он говорил это, стоя к Винтер спиной.

- Ты мне там нужен, Дэвид. Я не имею ни малейшего понятия, чего можно ожидать в лабораториях. Я даже не знаю, что там искать. Мне нужна твоя помощь.

Дэвид закрыл бутылку и вернулся на свое место.

- Что я могу сделать?

- Расскажи мне про лаборатории. Расскажи все, что может мне помочь.

- Разве ты не читала информацию, которая есть в памяти компьютера?

- Да, все данные, что там есть. - Она подняла свой стакан. - Почему они не закрыли лаборатории, когда во второй раз дела стали идти хуже?

- Потому что работа, которая там ведется, слишком ценна для Правящих Домов, - стал рассказывать Дэвид. - Далеко не все результаты опытов противоречивы. Некоторые достижения - новое слово в науке: регенерация тканей, доброкачественный вирус, не дающий отторгаться трансплантированным органам, и множество менее известных преимуществ в медицине. Все это было разработано на Гилере. Если тебе нужны свидетельства, то поговори с жителями Сесара. Они в долгу перед лабораториями за то, что благодаря физическим изменениям смогли жить в таком уникальном мире.

- Ты говоришь, что, несмотря на две огромные промашки, работа лабораторий выгодна?

- В некотором смысле - да.

- В таком случае, как могли случиться эти промашки? Как, по твоему мнению, столь влиятельные и опытные люди могли создать таких монстров?

Дэвид смотрел в стакан с бренди.

- Я не знаю. Пойми, не все ответственны за подобные инциденты, только некоторые из ученых были привлечены к этой работе. Может быть, они просто не смогли противостоять тем силам, тем возможностям создавать жизни в любой форме, и это поразило их воображение.

- Они хотели поиграть в Бога, - подвела итог Винтер, и в ее голосе слышалась насмешка.

- Что-то вроде этого.

Винтер решила попробовать новую тактику.

- Как ты думаешь, что подозревает Федерация на этот раз?

- Не представляю себе, - ответил Дэвид. - Мое знание о последних работах на Гилере исходит из докладов, опубликованных ими. Ничего нового за последние четыре года я не видел.

- И ты не имеешь никакого понятия, чем они могут сейчас заниматься?

Дэвид покачал головой:

- Нет. А в твоих приказах не было уточнений?

- Мне приказали хорошенько все посмотреть и доложить обо всем подозрительном. Боюсь, больше мне рассказать не о чем. И потом, я не думаю, что Командование знает, что оно ищет.

- Поэтому они хотят, чтобы я поехал с тобой и взглянул на все профессиональным взглядом?

Дэвид глядел на пол, и в его памяти всплывали картины.

- Они считают тебя лучшим человеком, кто способен определить, все ли там в порядке. - Винтер зевнула. - Мы будем там уже завтра.

- Тогда у меня достаточно времени, чтобы перечитать последний доклад из лабораторий. Хотя бы узнаю, чем они должны заниматься. - Дэвид посмотрел на Винтер, безвольно развалившуюся в кресле. - Почему бы тебе не поспать? Ты выглядишь неважно.

Она улыбнулась, но не пошевелилась.

- Тебя еще что-нибудь беспокоит?

- Да. Меня беспокоишь ты.

- Я? - не веря своим ушам, переспросил доктор.

- То, что ты мне сказал, - объяснила Винтер. - Про то, как сильно я изменилась.

Она сделала глоток.

- Я подумала над твоими словами. Не могу понять, что заставило тебя сказать это.

- Если ты ничего не замечаешь, то дело еще более серьезно, чем я предполагал, - решительно сказал Дэвид.

Винтер выпрямилась.

- Дэвид, как ты можешь мне это говорить? Я думала, мы друзья.

- Мы друзья. Именно поэтому я и говорю. И поверь мне, я очень беспокоюсь.

- Хорошо, тогда скажи, какие изменения ты заметил во мне?

- Может быть, будет лучше, если я промолчу.

- Ты не можешь мучить мое любопытство, - запротестовала Винтер. Теперь продолжай, раз начал.

Дэвид сосредоточился на напитке, не решаясь продолжать разговор.

- Мне кажется, ты потеряла что-то очень важное в себе. Или совершенно разрушила это.

- Что именно?

Доктор подыскивал нужное слово.

- Давай назовем это сочувствием.

- Сочувствием?

- Сочувствие, сострадание... что-то вроде этого. Способность чувствовать других людей. Не знаю, сама ли ты сделала это или что-то заставило тебя... - Он некоторое время смотрел в стакан, а затем встретился с ней глазами. - Мне кажется, винить нужно Флот.

- Флот?

- Да, твою любимую работу.

Винтер вздохнула.

- Дэвид, ты даже не догадываешься, что значит - управлять кораблем. Я отвечаю за каждого на корабле, не говоря уже о дорогой аппаратуре. И вдобавок мне нужно следить за успешным выполнением задания. Я жонглирую жизнями, ответственностью, заданием. И мне кажется, у меня чертовски хорошо получается. Что еще можно ожидать от меня?

- Я не знаю, насколько это трудно, но я говорю о другом. Можно быть отличным космическим капитаном и чувствовать людей вокруг себя.

- Нет, ты ошибаешься. Невозможно иметь личные чувства в моем положении. Они только мешают, это может привести к беде. И если ты до сих пор не заметил, скажу - идет война. Что с нами сталось бы, если бы я останавливалась посочувствовать людям каждый раз, когда нас атакуют?

- Винтер! - попытался сказать доктор, но она перебила его.

- Мне приходится все время выбирать и принимать решения. И люди все равно будут умирать, что бы я ни делала и как бы о них ни заботилась. Война означает только борьбу, убийства и смерти.

- И злость? - добавил доктор.

- Да, и злость.

- Ее ты и испытываешь сейчас? - заметил Дэвид. - Ты злишься потому, что знаешь - я говорю правду.

Винтер горько рассмеялась.

- Я думала, что ты считаешь меня бесчувственной. Злость - это чувство.

По ее голосу Дэвид понял, что дальше продолжать упреки нельзя. Он встал и снова наполнил стаканы.

- Ты пришла сюда потому, что тебе не наплевать, считаю ли я тебя бесчувственной.

- Я вспоминала Карт, - тихо произнесла Винтер. - В последнее время мне часто снятся сны. Я не знаю, долго ли я продержусь, если они не прекратятся.

Дэвид подал ей наполненный стакан.

- Принимая во внимание то, что ты говорила о Карте, я бы подумал, что это хорошие сны.

- Да, я видела свой дом, свою семью. Но сны порождают воспоминания, а я не хочу вспоминать.

- Почему ты не хочешь вспоминать Карт?

- Потому что жизнь закончилась, - твердо сказала Винтер. - Я не могу вернуться или думать о возвращении - это пустая трата времени.

- Для человека, который заявляет, что не хочет вспоминать о Карте, странно собирать информацию о планете.