Алексей Кривошеин - Самоучитель для бога

Он сорвал газету. Под ней обнаружилась обнаженная девушка, улыбающаяся во все тридцать два зуба. Егор вздрогнул и поспешно стал к ней спиной.

— Вась! А тебе не кажется, что их у тебя слишком много? — осторожно спросил он.

— Красоты много не бывает! — важно заметил Фекла. — Какой-то ты странный сегодня!

— Да я так! — смутился Егор.

Фекла вошел в комнату. Егор услышал удивленное восклицание. Все стены были завешаны газетами.

— Ты чего, обалдел?! — Фекла покрутил пальцем у виска. — Зачем ты их спрятал?

— Они смотрят! — Егора передернуло. Фекла потянулся сорвать газету, но Егор схватил его за руку: — Н-не надо! Пока я здесь, пусть побудет так! Хорошо?

— Ну ладно! — пожал плечами Вася. Егор облегченно вздохнул и спросил:

— Как прошел вечер?

— Потрясно! — Странности Егора тут же вылетели из головы. На лице Васи появилась мечтательная улыбка. Он закружился по комнате. — Сегодня у меня с Галюхой годовщина встречи! Я провел с ней незабываемый вечер!..

Через пару минут они сидели на кухне, и Вася разливал водку в рюмки. Егор резал колбасу.

— За них! За женщин! — Вася был необычайно серьезен. Егор молча подхватил рюмку. Выпили.

— Настюха у меня всем хороша… красивая, ласковая, добрая. Одна проблема… — задумчиво говорил Егор.

— Какая?! — глянул на него Фекла. Его руки проворно схватили рюмку Егора, забулькала жидкость, рюмки наполнились.

— Есть у нее теория одна! — вздохнул Егор. — Вот не было бы ее — золотой был бы человек!

— Какая такая теория? — Фекла глядел заинтересованно. Мол, говори свою теорию, разобьем в пух и прах.

— Теория козлизма! — поднял указательный палец Егор. Фекла подавился колбасой. Егор придвинулся и культурно постучал по спине.

— Что-что? — прохрипел Фекла. Егор от греха подальше взял из его рук бутылку и принялся разливать сам. — Козлизма?

— Да! У нее целая теория, — начал разъяснять Егор, оживленно жестикулируя бутылкой. Фекла слушал, глаз не спускал с горлышка. Егор объяснял: — Дескать, все мужики одинаковые и все исключительно козлы.

Вася осторожно протянул руку, забрал бутылку у Егора. Слишком уж оживленно размахивает, подчеркивая важные моменты. Чего доброго, расплескает ценную жидкость. Егор удивленно глянул на него, но бутылку выпустил. Фекла поставил ее на стол.

— Я понимаю, что каждая теория подразумевает под собой научный фундамент. Аксиомы, теоремы… — горячился Егор. — Но аксиома у нее есть! Причем единственная! Все мужики — козлы!

— Это же хорошо! — обрадовался Фекла. Лицо его сделалось таким счастливым, что Егор рассмеялся в ответ. — Значит, нас Гринпис защищать станет!

— Ты уверен? — пробормотал Егор. Язык отчего-то перестал слушаться, цеплялся за зубы. Словно после каждой рюмки во рту вырастало еще по два зуба. Егор прикинул про себя: «Еще пара рюмок — и я буду как акула. Хотя у акулы три ряда? Тогда как крокодил!»

— В этом что-то есть! — Егор все же выдавил слова сквозь частокол лишних зубов. — Давай! За Гринпис!

— Гип-гип ура! — прокричал Фекла. Звонко соприкоснулись рюмки, Егора передернуло. Он поспешно закинул в рот колбасу. — Я бы на твоем месте отрастил бороду! — Глаза Феклывозбужденно блестели. — Козлиную!

— Не хочу козлиную! — сказал Егор.

— Ну хорошо! — Фекла на секунду задумался. — Как у Троцкого! Хочешь бороду как у Троцкого?

— Не хочу как у Троцкого! Троцкий — политическая проститутка! — заявил Егор. — А я не хочу бороду как у проститутки.

— Гм!.. — растерялся Фекла. — Не знал! Как же он так? Ведь тогда Боря Моисеев еще не демонстрировал свои нижние полушария!.. Тогда как у старика Хоттабыча!

— Тох-тибидох! Дудух! — изобразил Егор старика.

— Слушай! — встрепенулся Фекла. — А тебя она тоже за козла держит?

— Мне иногда кажется, что я для нее не просто козел, — погрустнел Егор, — Я для нее всем козлам козел! Самый главный и самый…

— Рогатый! Ха-ха-ха! — засмеялся Фекла.

Егор вздрогнул. Больная мозоль дала о себе знать даже сквозь винные пары. Он помрачнел еще больше. Фекла оборвал смех:

— А… ну гм… Извини, я забыл!

Какое-то время сидели молча. Слышны были лишь резкие выдохи. Фекла поглядел на Егора. Тот сидел сгорбившись, лицо мрачное, глаза неподвижно уставились в окно. Васе стало до слез жалко друга. Он шмыгнул носом, проговорил:

—Да ладно тебе! Женщины хоть и говорят, что все мужики одинаковы, но ведь мужа выбирают нормального!

Взгляд Егора несколько оживился.

— А ты знаешь, — медленно проговорил он, — об этом я как-то не думал…

В ответ Фекла молча поднял рюмку. Выпили. Помолчали.

— Эх! Тяжела доля бабская! — схватился за голову Фекла.

— Ты чего? — удивился Егор. — Это же страшно! — Фекла глядел на него широко раскрытыми глазами. — Кругом одни козлы! Это что же получается, приходится им регулярно с козлами… грешить! И замуж они за козлов идут! И живут всю жизнь с козлами! И рожают от них потом козлов и…

Фекла замер. Егор глядел на него расширившимися глазами.

— Ага! — закричал Фекла. — Если мы козлы, стало быть, они все тоже козы… Потому как откуда бы им еще взяться, как не от козлов! А?! Как я их! Так Насте и скажи при случае!

— Боже упаси! — Егор испуганно отпрянул. — Вот уж спасибо! Знаешь, у нее какие рога острые? А копытом если навернет — неделю потом сидеть нельзя… Не-е… Я не смертник. Пускай остается в приятном неведении! Женщин беречь нужно! В том числе и от правды!

— Точно! — согласился Фекла. — Бум… бречь! За них! За козу…

Фекла поспешно закрыл рот руками, прыснул. Огляделся воровато:

— Тс-с-с! — приложил он палец к губам, — За женщин!

— За лучших женщин! — согласился Егор. Звон рюмок.

Утром Фекла вскочил ни свет ни заря. Бодрый и веселый, словно не выпил вчера почти бутылку водки. Егор позавидовал молча и повернулся на другой бок. Пускай встает, коли ума нет. А он поспит.

Когда часов в десять поднялся, Феклы уже не было. Умчался на очередное свидание к своей Галюхе. Егор продрал заспанные глаза, прошлепал босыми ногами в ванную. Прохладная вода освежила, придала бодрости.

Через несколько минут сидел на кухне, грел руки о большую кружку кофе, по кухне разлился бодрящий аромат. В голове вяло ползали мысли. Вчера даже не пытался прислушаться к квартире Бориса. И не вспомнил о своей главной цели. Эх! Какое счастье наступило бы тогда… если б водку не придумал Сатана… Все-таки аппаратура надежнее. С ее помощью можно записать все разговоры, и совсем не обязательно самому сидеть и слушать. Мне же придется торчать здесь круглые сутки и слушать, слушать, слушать.

Днем Бориса дома не оказалось. Егор, помаявшись от скуки, уселся писать стихи. Обещал Миле, а обещания нужно выполнять. Едва вспомнил Милу, как на душе потеплело. Грех не выполнить просьбу такой славной девочки. Да и Мишку бросать не стоит. Таких застенчивых нынче раз-два и обчелся. Их нужно холить и лелеять, как животных из Красной книги.