Кротовые норы - Сергей Сергеевич Мусаниф

Впрочем, я уже знал, что он на это скажет, и не ошибся в своем предположении.

— Корпорации, — сказал Трехглазый Джо. — Я же объяснял, что все это происходило на условиях полнейшей анонимности, которая защищает не только доноров, но и вас. Почему ты спрашиваешь?

— Ну, это же извечные человеческие вопросы, как я понял. Кто мы? Куда мы идем? Зачем вообще все это?

Я уже пожалел, что спросил, потому что в ответ он разразился очередной заранее отрепетированной речью о всеобщем процветании, к которому мы стремимся, и нашем личном вкладе в дело всеобщего процветания, к которому мы стремимся, и опасностях, которые подстерегают нас по дороге к процветанию, к которому мы стремимся.

Пару недель назад я решил глянуть, как устроена сетевая защита генетического банка «Кэмпбелла» и убедился, что сломать ее невозможно. Ну, то есть, невозможно сделать это, получить нужную информацию и замести следы так, чтобы никто не узнал о проникновении.

За защиту периметра отвечал нейромозг класса Три-А, и еще один был внутри и занимался непосредственной работой с данными. Групповыми усилиями мы могли бы положить внешнего охранника, но за это время тот, что окопался внутри, выстроит новую линию обороны, а отряд мобильного реагирования явится по наши души (при условии, что они у нас в принципе есть) в реальном мире, и если мы не сдадимся добровольно, то случится бойня, по итогам которой нас все равно ухлопают, что будет очень прискорбно как для нас, так и для корпорации в целом, учитывая, сколько ресурсов она вложила в наше производство.

Но в любом случае все это был чисто теоретический сценарий, потому что я знал, что группа меня все равно не поддержит и убедить их рискнуть всем ради какого-то иллюзорного знания у меня не получится.

И это правильно, потому что информация такого риска не стоила. Я и сам никогда не думал о такой атаке всерьез. Может быть, потом, когда я наберусь опыта и стану сильнее…

И то вряд ли.

Перегрузки закончились, когда посадочные опоры «Марго» коснулись бетона посадочной площадки.

Младший действовал по моей инструкции, и перед самой посадкой изобразил небольшой сбой в работе атмосферных двигателей, из-за чего грузовик вынесло из маневрового коридора. Диспетчер вышел на связь и выразил недовольство, что мы не попадаем в предназначенный для нас квадрат, но что-то делать было уже поздно, и Младший посадил корабль на самой границе поля.

Типа, куда смог и радуйтесь, что мы вообще на город не упали.

Я дал Младшему четыре секунды, чтобы заглушить реактор и отдать команду на консервацию (что бы там Гриша не запланировал, я старался сделать все, чтобы он не подорвал половину города), по истечению которых выдрал материнский камень Младшего из гнезда.

«В целом мне понравилось пилотировать», — сообщил Младший. «Жаль, что обошлось без погони, космического боя и попытки прорыва через строй противника, но для первого раза пойдет. Как я справился, босс?»

«Блестяще».

Гриша поднялся из кресла пилота и протянул мне левую руку, другой у него не было.

— Здесь наши пути расходятся, браток, — сказал он.

— Угу, — мы обменялись рукопожатием.

— Будь осторожен, но не слишком, — сказал он. — Катерине от меня привет.

— Обязательно передам, — сказал я, стараясь, чтобы сарказм фразы не пролился на пол.

Времени на долгие прощания не было, так что я подхватил штурмовой карабин и спустился на нижнюю палубу. Гриша вколол себе последнюю дозу боевого коктейля и двинул к основной шлюзовой камере, откуда он собирался морочить голову комитету по торжественной встрече.

У десантной группы полковника Бояринова не было других вариантов, кроме попытки силового прорыва, но у одиночки куда больше возможностей для маневра.

Использовав подсказанную Младшим комбинацию, я открыл технологический люк и посмотрел на раскаленный бетон взлетно-посадочного поля, расположенный в четырех с половиной метрах прямо подо мной.

Щелк.

Добром это точно не кончится.

Относительно Содружества инфопространство Хорезма находилось в прошлом веке, а если сравнивать с технологиями «Кэмпбелла», то в позапрошлом, и Волшебник чувствовал себя так, словно был профессиональным пловцом, оказавшимся в бассейне курортного отеля, где жены толстопузых бизнесменов средней руки выгуливали своих избалованных и по любому поводу орущих детей, пока сами бизнесмены зависали в барах и на площадках для гольфа.

Он взломал систему наблюдения космопорта секунды за полторы, после чего я сразу сделался невидимым для всех камер.

Щелк.

Вмешательство Волшебника было кратким, но ноющая боль в районе затылка усилилась и начала наступление на среднюю часть головы. Я спрыгнул на бетон, приземлился на полусогнутые ноги, откатился в сторону, смягчая удар. Мне предстояло пробежать пятьдесят шесть метров по совершенно открытой местности, и я расценивал свои шансы, как неплохие. Камеры меня больше не видели, от комплекса административных зданий прикрывала громада грузовика, а торжественный комитет по встрече вряд ли будет настолько оперативен.

Люк, ведущий в коммуникационные туннели, оказался на пару метров левее, чем было обозначено на схеме, но это мелочи. Он был закрыт на обычный механический замок (добро пожаловать в прошлое тысячелетие), так что я просто схватился за ручку и выдрал его с корнем.

Спустившись по лестнице, я потянулся наверх и вернул крышку люка в более-менее первоначальное положение. Стало гораздо темнее, но внизу, метрах в трех, тускло горели аварийные лампы. Я спустился в туннель, выбрал левый проход и побежал, борясь с подступающей головной болью.

Прицельный модуль постоянно маячил перед глазами и выискивал потенциальные мишени, чем изрядно меня раздражал, поскольку в ближайшее время стрелять я все равно ни в кого не собирался. Но выходить из текущего профиля сейчас было нельзя. Мне нужно было удалиться от «Марго» на максимально возможное расстояние и найти какое-нибудь относительно безопасное место, в котором я смогу переждать откат.

Младший попытался завязать со мной разговор, но это было абсолютно несвоевременно. Я попросил его подождать и обрубил канал связи. Вышло не слишком вежливо, но что тут поделаешь.

Наверху уже наверняка начали происходить какие-то события, и по времени полковник Бояринов уже вполне мог вступить в огневой контакт с местными бородачами, прибывшими распотрошить корабль и забрать ценный груз, чем бы он ни был, но здесь этого было не слышно.

Я обнаружил небольшой закоулок, предназначенный для подзарядки ремонтных дронов. Судя по отсутствию этих самых дронов и сломанным коннекторам, им уже довольно давно не пользовались, так что я просто заполз туда и стал ждать.

Через шесть минут земля содрогнулась, а с потолка посыпалась бетонная крошка и пыль. Все это дало мне понять, что у полковника Бояринова таки закончились другие аргументы и он пустил в ход свой последний довод.

Хорошая новость заключалась