Наталия Валуева - Контракт на выбывание
В результате всех подергиваний и метаний, мне даже удалось немного передвинуться в сторону. Теперь я почти упиралась бедром в конвульсивно подергивающегося Лома, но это никак не могло мне помочь. Не смотря на мои вопли, сталкер все еще не приходил в сознание. Да и что бы он смог сделать? Лом тоже был прикован. Но он хотя бы мог вопить вместе со мной.
Убийца придвинулся ко мне вплотную и с неожиданной силой надавил на нижнюю челюсть, захлопывая распахнутый в ужасе рот. Я задергалась, не переставая мычать, но он не давал мне освободиться.
— Что ж ты так, Старуха, — голос говорившего искажался противогазом, но все равно в нем звучали знакомые нотки. — Я был о тебе лучшего мнения. А как же стихи? "Солдат, зарежь меня"… Извини, не помню, дословно. Не волнуйся, я выну сердце вполне профессионально. И вынесу твое тело мутантам. Все так, как ты просила.
Каракурт отпустил мою челюсть и одним ловким движение распорол ворот куртки.
Я снова взвизгнула, но сразу закашлялась — вопли посадили связки, так что теперь у меня получалось только хрипеть.
— Ну вот, — Каракурт укоризненно покачал головой, неторопливо расстегивая на мне защитный костюм. — Еще и голос сорвала. Как же ты будешь отвечать перед Хозяином Тьмы?
— Мне еще рано, — просипела я. Каждое слово отдавалось сильной болью в горле, и мне пришлось перейти на жалобный писк. — Рано отчитываться перед Хозяином.
— Вовсе нет, — Каракурт распахнул мою куртку и теперь рассматривал свитер, словно думал, вспороть и его, или резать меня вместе с грубой вязкой. — Ты избранная. А избранные угодны Тьме.
— И вовсе не избранная, — прохрипела я.
Мне совсем не хотелось обсуждать с опасным сумасшедшим спорные моменты, пока он будет вынимать у меня сердце и печень. Или от второй жертвы ему надо что-то другое?
— Меня Лом порекомендовал, а кто он такой, чтобы определять избранных? — так как Каракурт и не думал останавливаться, я сбилась на торопливый визг. — Вот Лом — точно избранный! Клянусь! Его Мещеряков сам выбрал, безо всякой подсказки. А-а-а! Прекрати!
Не смотря на все мои вопли, Каракурт деловито разрезал свитер и приступил к камуфляжным штанам.
— Постой! Постой! — я верещала как перепуганный кролик. — Вдруг ты ошибешься? Вдруг принесешь в жертву не того? Сам подумай, Хозяин не обрадуется! Я тоже ему служу! Тьма не любит, когда убивают ее слуг!
Каракурт остановился. Мне показалось, что мои слова пробились сквозь пелену в его мозгу, но похоже, не в достаточной степени. Или мне не удалось настроиться на его волну?
— На твоем теле нет ни одной отметины, — придя к какому-то умозаключению, безумец бесцеремонно задрал на мне куртку, так что рукава гармошкой собрались на запястьях, и придирчиво осмотрел мои руки. — Если только под бюстгальтером…
Он снова взялся за нож. Как не странно, даже при перспективе быть заживо освежеванной, мне не очень-то хотелось сверкать голой грудью. Почему мне аппендикс не вырезали? Был бы хоть какой-то шрам…
— На спине! — выкрикнула я. — На пояснице!
Отложив нож, Каракурт бесцеремонно крутанул меня на бок, при этом, едва не вывернув руки из суставов. Некоторое время он молчал.
— Видишь, — прошептала я, отчаянно надеясь на удачу. — Там метка.
— Родимое пятно, — с сознанием дела констатировал упрямец.
— Это метка дьявола! — забывшись, я попыталась крикнуть в полный голос и снова сорвалась на хрип.
— Отметина избранного, — согласился Каракурт, опять переворачивая меня на спину. — Подтверждение моей правоты.
— Нет, нет, нет, — заверещала я.
Мне срочно требовалось сосредоточиться, но в ушах до сих пор стоял предсмертный вопль Тархуна. Я не могла думать. Мысли, как испуганные пескари в присутствии матерой щуки разбегались в разные стороны. В голове царил полный хаос.
— Замолчи, — неприязненно буркнул Каракурт, почесывая противогаз на затылке. — Я пытаюсь понять, что означает твоя метка.
— Что я служу Тьме! Разве не понятно? — у меня вновь появилась надежда, но безумец снова грубо захлопнул мне рот.
Он склонился к моему лицу так, что я смогла рассмотреть за пыльными стеклами противогаза его воспаленные глаза. Не такой уж он молодой, как казалось вначале. Обильный грим и выражение вечной наивности скрадывали у него добрый десяток лет. Каракурту не меньше тридцатника, возможно тридцать пять. Взрослый мужик, косит под гота и приносит жертвы Тьме. Что же с ним случилось?
Я вывернулась из его захвата и как можно спокойней спросила:
— Как тебя зовут на самом деле?
Хотела испробовать роль психотерапевта, но попытка не удалась.
— Деминос, — раздраженно бросил безумец, а я имела в виду совсем не это. Не очередную его вымышленную кличку. — Скорей всего, раз метка находится возле почек, мне придется вырезать именно их. Только, что это значит?
Каракурт вновь крутанул меня на бок и попытался перекатить на живот, но натянувшиеся цепи наручников не позволили ему этого сделать. Он ворочал меня словно куль с мукой, и только недостаток сил не позволил ему вывернуть мои конечности из суставов.
— Нет! — завопила я. Голос вновь вернулся, и можно было снова орать во всю глотку. — Нет! Возьми Бека или Момента! Они избранны еще раньше нас, к тому же Момент и так скоро подохнет!
— А вот это не правда, — Каракурт понял, что не сможет меня развернуть, и к моему облегчению решил перестегнуть наручники, а не отрубить мне руки. Возможно, ему просто не было чем. — Они простые наемники. Я и раньше их встречал. Ничего особенного они из себя не представляют. А вот Тархун может находить тайные пути. Вернее мог, а теперь это смогу и я. Вечный Жид отодвигает Зону. Он точно избранный, но как ты понимаешь, я должен принести его в жертву в последнюю очередь. Вдруг с его смертью здесь сплошняком раскинутся аномалии, а я еще не буду готов им противостоять? Ты тоже избранная, так тебя взяли в последнюю очередь, несмотря на то, что ты не напрашивалась и не вызывалась добровольцем.
Вот именно!
Как я догадалась, Каракурт не знал о моих слабых способностях в поисках аномалий, а это значит, еще не все потеряно.
Не смотря на все мое сопротивление, щуплый сталкер без проблем перецепил наручники, так что теперь я лежала на животе с неестественно перекрещенными ногами. Краем глаза я заметила, что Лом пришел в себя, но меня это ничуть не смутило.
— Это была случайность! — выкрикнула я, торопливо. — А Лом за свою жизнь столько мутантов перебил, что тебе и не снилось! Он настоящий охотник! Убей его! От меня тебе пользы не будет! Я ничего не умею делать! Не трогай, не трогай! Нет! — заверещала я, чувствуя, как пальцы безумца деловито ощупывают мою поясницу.