Диана Торнли - Звездный Тарзан

Серис Чесни, коммодор сферзахов, сощурилась, проложила курс проникновения в систему и, хлопнув по ноге папкой с надписью «Боевая задача 891», сказала:

— Ну, Неуловимый, похоже, нам доведется убедиться, насколько хороша новая система, делающая «Сторожевой» невидимым.

— В этом можешь не сомневаться, — сказал Лухан и грустно улыбнулся. — Но все-таки, находясь на орбите в зоне действия радаров, тебе придется избегать систем наблюдения трех спутников. Их астрономические таблицы ты найдешь в папке.

— Прекрасно, — Чесни откинула назад светлые, длиной до плеч волосы и нахмурилась: — Почему же командный пункт на Исселе-II посылает свои радиосообщения отражением от другой луны? Они так и напрашиваются на радиоперехват.

Лухан объяснил:

— Она используется как релейная трансляция связи для межзвездных систем с целью избежания помех, создаваемых при радиообмене в шахтных комплексах, при переговорах во время отгрузки. Главным источником информации для тебя станет Иссел-I, но, кроме того, ты будешь также получать сообщения от наших людей с командного пункта и на Исселе-II.

Чесни вопросительно посмотрела на него.

— Многие из наших сверхсекретных агентов с некоторых пор работают в звездной системе Иссела, — пояснил Лухан. — Твой позывной — «Эхо». Необходимые шифры и рабочие частоты получишь на инструктаже непосредственно перед выполнением задания. Вопросы есть?

Она нерешительно взглянула в его глаза, прежде чем спросила:

— Я вот тебя хотела кое о чем спросить, Неуловимый. А что будет с Тристаном?

Главнокомандующий сферзахами потупил взор, хотя знал, что все прекрасно понимали, насколько это его волнует, и от Чесни этого нельзя было скрыть. Он глубоко вздохнул и ответил:

— Тристану опасность не угрожает, пока, во всяком случае. Любая попытка прийти ему на помощь сейчас поставит под угрозу и его жизнь, и жизнь Дарси. Более того, мы рискуем развязать конфликт, который пытаемся предотвратить.

— Но если ситуация будет способствовать этому?

Лухан посмотрел на Чесни.

— Для выполнения задачи твоему кораблю дадут роту сферзахов. Кроме того, наши люди будут оказывать поддержку и в стане противника. Если что, Чес, ты знаешь, что я полагаюсь на твои способности, на то, что ты примешь единственно правильное решение.

Реактивные двигатели, переведенные в режим торможения, растопили лед на посадочной площадке. Шаттл типа «корабль — земля» сел. Прожекторы высветили яркие столбы пара и ослепили пассажиров. Когда он рассеялся, к кораблю с грохотом задним ходом приблизилось закрытое транспортное средство для перевозки пассажиров, и его экипаж в защитных костюмах и перчатках из изоляционных материалов подсоединил к челноку переходной рукав. Тристана все еще трясло от неприятных ощущений, вызванных посадкой, но он заставил себя резко подняться с кресла и последовать за Лариэль и губернатором.

Зрелище за окнами самоходки привело его в изумление: все вокруг было белым.

Раньше, на Ганволде, ему приходилось видеть участки прерии — белые, желтые, синие или красные от весенних полевых цветов. Но такой белизны, лежащей толстым пушистым слоем, как мех пейму, он не встречал. Ошарашенный Тристан бросился к ближайшему окну и потер заледеневшее стекло рукавом, чтобы получше рассмотреть необыкновенное явление. Он не обращал внимания на Пулу, подошедшего к нему и кутавшегося в покрывало. Юноша не мог оторвать взгляда от бесконечной белизны.

Снаружи было темно, и огни космопорта освещали большие, белые, похожие на перья ломо хлопья, падающие с ночного неба. Внизу по белому покрывалу на земле сновали люди. Когда одна пушинка опустилась на стекло, Тристан увидел, что это шестиугольная фигура, а ее замысловатый узор похож на кружева одного из платьев Лариэль. Он рассматривал ее, пока она съезжала вниз и таяла.

— Это что, маленький брат? — спросил Пулу, глядя через плечо.

— Снег, я думаю. Моя мать рассказывала мне о нем. Она говорила, что Ганволд расположен слишком близко к югу, поэтому у нас снега нет.

Пулу часто заморгал и больше не проронил ни слова.

Экипаж отсоединил переходной рукав от шаттла и убрал трап. Самоходная машина для перевозки пассажиров стала удаляться от стартовых площадок и огней. Урча двигателями, она вгрызалась в буйную метель.

Скоро она уже карабкалась на холм с деревьями, которые ветвями, похожими на костлявые руки, цеплялись за снежную мглу. Резиденция губернатора находилась на самой вершине и представляла собой сооружение из консольных блоков в виде башни, напоминавшей розу ветров. Вся белая, она, казалось, была построена изо льда, Тристана вдруг зазнобило. Они вышли из пассажирской кабины перед зданием прямо в бушующую метель. Под ногами заскрипел снег. Юноша остановился и выставил руки под ветер. Мороз стал кусать за пальцы, и Тристан поспешил спрятать их. Пулу, идущий сзади, поторопил его:

— Не останавливайся, маленький брат, — он осмотрительно шагал за другом след в след.

Ганианец подошел к порогу, стряхнул с гривы снег и… замер, раздувая ноздри. Он широко раскрыл глаза, сморщил нос, сжал губы. Тристан отряхивал снег, но, заметив реакцию товарища, остановился.

— Что случилось?

Пулу не ответил. Вместо этого он завыл и заскулил. Тристан услышал звук стучащих по полу когтей и, когда в вестибюль вбежали три покрытых шерстью зверя, сам оскалился, согнул пальцы, приготовившись к отражению нападения. За его спиной стоял, плотно прижавшись к нему, шипящий и рычащий Пулу.

Звери уткнулись широкими мордами Тристану в пояс. Он с опаской посмотрел на слюнявые губы, на маленькие красные глазки и уши, едва видимые в чубарой шерсти, такой же длинной, как и волосы Пулу. Юноша отступил на шаг назад.

— Джаусы! — прошипел Пулу. — Джаусы!

Звери обошли вокруг них, ударяя виляющими хвостами по ногам и ткнулись мордами в руки губернатора.

Реньер улыбнулся, наклонился, чтобы потрепать их по головам, и заговорил что-то на непонятном Тристану языке.

— Мои любимцы, — объяснил Реньер. — Порода сибирских медвежатников почти исчезла. Мне не очень хочется оставлять их здесь, но в резиденции на Исселе-II держать их возможности нет.

Губернатор щелкнул пальцами и жестом указал на Тристана. Самая крупная собака повернула голову в его сторону. Юноша начал пятиться, но Реньер успокоил его:

— Протяни к нему медленно руку. Медвежатники не особенно радушно встречают незнакомых людей. Эту породу хорошо использовать для охраны.

Тристан почувствовал, как когти Пулу впиваются ему в плечи, услышал у самого уха шипение. Ему показалось, что Пулу собирается залезть ему на спину. Юноша заскрежетал зубами и протянул руку к зверю. Собака холодным как лед носом коснулась ладони Тристана. Он отдернул руку.