Виктор Гребенщиков - Гибель Третьего Рима
Она была готова лететь с ним хоть к далеким звездам, Дарк загнал в бортовой процессор программу старта, отсчет пошел, раздвинулись створки выхода из ангара прямо в темное небо, усыпанное сверкающими звездами, все это было четко видно сквозь многослойное ударо- и термопрочное стекло передних ромбообразных окон кабины экипажа, и они стартовали. Силой перегрузки их слегка вдавило в кресла, но это продолжалось только на разгонном этапе, пока аппарат не набрал достаточную высоту и скорость, далеко внизу автоматика сдвинула на прежнее место створки на входе в ангар, выключила все стартовое оборудование и перевела скрытую калужскую базу в режим ожидания, там наступила полная тишина, даже собаки из окрестных дворов ничего не поняли, тявкнули пару раз для профилактики и снова уснули в своих будках, уткнувшись мордами в хвосты.
Шаттл набрал высоту и на крейсерской скорости двинулся в сторону Москвы, земля была темна, только внизу изредка мелькали одинокие огоньки деревень или паровозов идущих параллельным курсом, вокруг мерцали звезды, словно они летели в открытом космосе, через некоторое время к северу у горизонта полыхнуло и приблизилось зарево большого города, это была Москва. Город был еще предвоенный и мирный, и почти никто внизу не заметил пролетающий без всякого шума черный диск, невидимый на фоне такого же цвета черного неба и лишь иногда на мгновение исчезали и снова загорались звезды, перечеркнутые его траекторией, на борту царила полная тишина, Дарк был полностью занят приборами радиолокационного контроля за пространством, а Наталья с тихим восторгом наблюдала за картинами, проплывающими внизу, сильно увеличенными и приближенными мониторами внешнего наблюдения.
На них как на ладони лежал весь город с гирляндами огней, суетой машин и вечной жизни в ночи, но это спокойное созерцание обширной панорамы вскоре закончилось, и все-таки глазастые часовые со столичных постов воздушного наблюдения засекли странную летающую штуковину и очень быстро подняли в воздух по тревоге эскадрилью тупорылых поршневых истребителей. Конечно тарахтелкам вышел облом, шаттл дал последний прощальный вираж и на сверхзвуке двинулся в сторону юга, лишь на прощанье по ушам часовым с постов в пригороде дала ударная волна от скачка при переходе звуковой скорости, теперь курс шаттла лежал прямо на побережье Черного моря, и когда аппарат подлетал к горам Кавказа, на востоке начала заниматься заря, пока еще не видимая с земли. Шаттлу хоть бы что, однако экипажу явно требовался отдых после этой длинной бессонной ночи, и посему было единогласно принято единогласное решение приземлиться среди скал, в этой безлюдной гористой местности недалеко от побережья. Посадку шаттла и проделал Дарк со всей виртуозностью пилота имперского космического флота.
Потом экипаж слегка вздремнул, а далее слегка подкрепился, оседлал скутер и полетел на море поплескаться в теплой соленой водичке и немного погреться под теплым и ласковым южным солнцем, и вволю насладились свободой от цивильной суматошной жизни, здесь Дарк Виктор наконец рассказал о своем странном происхождении и изложил Наталье все что ему известно о ее звездной родословной. И казалось, что на нее этот рассказ почти не произвел впечатления, словно она проснулась и все уже знала, гораздо больше ей нравилось просто находиться рядом с Дарком и чувствовать рядом его присутствие, а все остальное только внешнее приложение счастья. Весь день и часть ночи они провели на берегу моря, затем пересели со скутера на шаттл и стартовали в сторону Средиземного моря, но на этот раз Дарк разогнал шаттл до режима гиперзвуковых скоростей и аппарат послушно выскользнул из пределов атмосферы в космос, такое зрелище Наташа видела впервые и восхищенно взирала на эту бесконечность и вечность внешнего пространства. С замиранием сердца она смотрела на проплывающий внизу земной рельеф, словно такую копию большого школьного глобуса, на звезды, светящие без мерцания ярко и прямо, она без слов вбирала в себя все это пространство, и ее душа словно устремлялась в эти дали на свою далекую настоящую звездную родину, было слегка грустно и странно ощущать себя ринадлежащей этому огромному миру.
Шаттл снаружи весь осветился выплывающим из-за горизонта ослепительным шаром ближней из звезд, Солнцем, сразу автоматом включились светофильтры и вот через некоторое время диск пошел на снижение над Средиземным морем, затем скользнул в сторону Аравийской пустыни и очень плавно приземлился среди скальных выступов, торчащих с незапамятных времен из этих песков, — картина слегка напоминала Дарку марсианский пейзаж. Здесь он уже бывал ранее, еще во времена, когда начинал свою жизнь на Земле, потому и нашел так быстро безлюдный уголок в этой не менее безлюдной местности, где лишь изредка отваживались появляться бедуины на своих «кораблях» пустыни, то есть верблюдах, и они не рискнули бы приблизиться к этому упавшему с неба черному диску, это табу для диких пустынных кочевников.
Здесь Дарк снова выкатил из грузового отсека летающий скутер, и они вместе с Наташей направились к пирамидам в Гизе, ну а там приземлились прямо недалеко от аэродрома немецкой экспедиции, потрошившей древние захоронения в поисках своего святого Грааля. Однако похоже безуспешно, но по плану и педантично, как и должно быть положено настоящему немцу, так что никто и не обратил на них особого внимания. Разве что смурная пара немецких летчиков из люфтваффе, испытывавших здесь самолеты в условиях местного жаркого климата, надеясь здесь отработать методики полетов для завоевания в дальнейшем превосходства над английскими летунами и французскими пилотами, базировавшимися в северной Африке. Эти немцы с интересом, не очень назойливо и издалека, щелкали затворами фотоаппаратов и тщетно пытались понять принцип работы странной бесшумной летающей штуковины, они вначале предполагали что это русские, в чем почти не ошиблись.
Потому они слегка побаивались приближаться, чтобы не назрел раньше времени международный конфликт, ведь в воздухе явно витал дух надвигающейся большой войны, тогда уже бодались в Испании боевые тупорылые русские истребители с немецкими обтекаемыми летающими акулами, скоростными фокке и вульфами, но все равно было интересно, и хочется, и колется.
Ну а Дарк с Наташей, оделись в прикид вполне подходящий для археолога или туриста, но в те времена последних можно было по пальцам перечесть, это сейчас их как собак нерезанных, и плюнуть некуда вокруг пирамиды Хеопса, обязательно попадешь в группу глазеющих американцев или в крайнем случае в кучку японцев, беспрестанно щелкающих мегапиксельными камерами мобильников. Дарк нанял араба, местного извозчика, такси на верблюдах, и они благополучно добрались до настоящего сфинкса, уже тысячи лет стерегущего, и вполне безуспешно, покой фараонов, и здесь они потерялись среди этих величественных надгробий, — одна пирамида Хеопса чего стоит, и все настоящее и древнее. Наталья с восторгом носилась среди артефактов, и в то же время иногда с восхищением бросала очень красноречивые взгляды на Виктора, устроившего такой незабываемый подарок, похоже ее сердце окончательно растаяло под его обаянием и этими египетскими горячими лучами верховного бога солнца Ра, собственной персоной.