Леонид Андронов - Принц из ниоткуда. Книга 3

– Да, – кивнул я, – даже противно. Давайте, хоть восстановим текст. Похоже, нам удалось их пристыдить.

– Хорошо, спорить не будем, – согласился Вому.

– Отец Виктор, – обратился преподобный к настоятелю, – у вас в библиотеке случайно нет моей книги «Война и Небо»?

– Сейчас посмотрим, – отец Виктор дал задание одному из монахов.

Когда тот вернулся с книгой, отец Элиас быстро нашел в ней стих и зачитал его нам:

Восстань и гряди, Лучезарный.

Когда ты отправишься на Небо,

Я выйду к тебе навстречу

И протяну тебе руку.

Ты восходишь, окуриваешь себя ладаном.

В священном озере Гадеса

Ты очищаешь себя приношениями,

Ты плаваешь по небу

И совершаешь привал на вершинах гор,

Окруженный звездами.

Гряди светлоокий!

Я возвращу тебе своё сердце.

Кровь растопят лучи солнца

И воссияет правда над миром.

Когда отец Элиас читал эти строки, мурашки пробежали у меня по спине. Но не его голос, уверенный и ровный, не смысл этих строк привели меня в такое возбуждение, а то, что именно эти слова произнес Нингирсу, когда я встречался с ним. Какой же я был дурак, что перебил его и не дал ему договорить! Сейчас бы нам было во сто крат легче. Ясно одно, в этом отрывке заключено всё: и великий смысл, и тайна, и разгадка её. Как только отец Элиас закончил читать, я сказал своим друзьям так уверенно, как только мог:

– Господа, похоже, это именно то, что мы искали в этом храме. Больше нам искать здесь нечего. Мы уже всё нашли. Их лица вытянулись.

– Почему вы в этом так уверены? – отец Элиас поднял на меня глаза.

– Да, действительно, – поддержала его Лира.

– Называйте это как хотите, интуицией или откровением свыше, – ответил я, – но я абсолютно точно уверен, что этот стих имеет практический смысл. Наша задача – понять, в чем он заключается.

– Ну, иначе, как откровением, это действительно не назвать, – усмехнулся Вому. – Пять минут назад вы даже не помнили, что мы обсуждали этот текст у меня дома, а теперь вы четко уверены в его значимости.

– Тем не менее, это так.

– Но Лео, ведь этому должно быть какое-то объяснение, иначе это больше похоже на прихоть, – сказал мне Нейш.

– Похоже, – согласился я. – Но сейчас я понимаю, что этот стих именно то, что нам нужно было найти здесь. Нужно только понять, что значат эти строки.

– В любом случае, делать это мы будем не в храме, – подытожил Вому. – Отец Виктор, благодарим вас за этот чудесный завтрак.

Как я ни старался, похоже, произвести впечатление на моих спутников мне не удалось. По пути в отель они всё время переглядывались друг с другом и тайком поглядывали на меня. Мы решили продолжить наши обсуждения в холле отеля. И по пути молчали как рыбы. Меня это немого выводило из себя, но так как я был уверен в своей правоте, я скоро перестал об этом думать. Когда же мы прибыли к месту и поднимались по ступеням гостиницы, Вому задержал меня и шепотом спросил:

– Лео, в конце концов, вы когда-нибудь будете делиться со мной своей информацией? Мы же договаривались с вами!

– Арчибальд, – ответил я, – поверьте мне, я никак не мог предположить, что это окажется важно.

– Лео, вы постоянно говорите загадками, – раздраженно ответил он. – Если вы что-то знаете, прошу вас, делитесь этим с нами, тогда наша работа будет куда результативнее, чем сейчас

– Арчибальд, – произнес я сквозь зубы, – если я вам скажу, что об этом мне поведал великий пророк, вы поверите мне? Он посмотрел на меня, как на шизофреника.

– Нет? Тогда чего вы от меня хотите?

Мы сели в холле вокруг стеклянного столика. Все без исключения уставились на меня.

– Я понимаю, что это выглядит несколько странно, – начал я свою речь, – но прошу вас отнестись к моим словам серьезно. При всей кажущейся простоте этого отрывка, в нем заключено какое-то указание для нас.

– Игнатий, – произнес отец Элиас, – я думаю, настал момент выразить наше с Клаусом отношение к сложившейся ситуации. Мы понимаем, насколько важна и секретна та информация, которой располагаете вы и члены вашей экспедиции. Мы понимаем, что исследуемый нами вопрос чрезвычайно важен и любая утечка информации потенциальна опасна. Тем не менее, я считаю, что, поскольку вы проводите исследования совместно с нами, мы в той или иной степени должны располагать исходной информацией, которой располагаете вы. Не скрою, нам бы хотелось видеть большую открытость с вашей стороны. Конечно, настолько, насколько это возможно, – он посмотрел на меня. – Боюсь, что излишняя конспирация может навредить нашему с вами сотрудничеству. Я покраснел до кончиков ушей.

– Господа, я никак не хотел вас обидеть, – с запинкой ответил я. – И со своей стороны хочу вас заверить, что стараюсь максимально информировать вас об известных мне моментах данного предмета. К сожалению, та информация, которой обладаю я, и пути её получения не всегда имеют логическое объяснение. Поэтому иногда некоторые мои утверждения кажутся странными. Но поверьте, я сознательно стараюсь всегда обсуждать все свои мысли с вами, – я перевел дух. Все молчали и внимательно смотрели на меня.

– Насколько я понимаю, я должен объяснить, почему я настоял на тщательном рассмотрении этого отрывка? – я обвёл их глазами.

– Да, было бы нелишне, – заметил Нейш.

– Повторяю, что объяснение может выглядеть нелогичным, но, тем не менее, я прошу отнестись к нему со всей серьёзностью, – они закивали. – Этот отрывок зачитывал один… – я замялся, – человек, которого можно назвать пророком и пророчества которого абсолютно точно сбываются. Это надежный источник, которому мы можем довериться. Эти самые слова он произнес в моем присутствии. И не случайно. Он просто так ничего не делает. Повисла пауза.

– Вот собственно и всё, – сказал я, – до того момента как мы нашли эту надпись, я не относился к его словам серьёзно, но сейчас я твёрдо уверен, что это было подсказка с его стороны.

– Но… – Мериголд развел руками, – в каком контексте были произнесены эти слова? Я опять покраснел.

– В том-то и дело, что я не помню.

– Лео, скажите, – поинтересовался Ларвик, – а концовку стихотворения Йорина вам тоже подсказал пророк? Я заколебался.

– В общем-то, да, – соврал я. А что было делать? – Кстати, к вопросу об открытости, – я посмотрел на Леридо и Элиаса, – меня зовут не Игнатий Эррана. Я Лео Гонгурф – советник Его Величества короля Вандеи Томаса Вагойского.

– Мы это уже знаем, – кивнул отец Элиас.