Госпожа чародейка - Ольга Юрьевна Богатикова
— Значит, бабушка приехала к нам зря? — спросил Копервельд. — Раз ее дело не по магической части?
— Да. Поэтому ваша задача — либо максимально корректно объяснить, что никакой нечисти у нее нет и перенаправить в службу санитарного контроля, либо продать заговоренную отраву от грызунов, дабы ее визит не был напрасным ни для нее, ни для вас. Но если вы, не выяснив подробностей, рванули бы в Равскую впадину и обнаружили там не мелкую нечисть, а крупных крыс, то вместо денег имели бы зря потраченное время и, возможно, репутацию колдуна-крысолова у своих коллег.
Штрафники усмехнулись. А я просмотрела на часы.
— На сегодня все. Можете быть свободны.
ГЛАВА 2
Кирия, Кессель
Домой я возвращалась в приподнятом настроении. Первый мой факультатив прошел неплохо, студенты оказались вполне адекватными и сообразительными, в лаборатории я успела сделать необходимую работу — все просто отлично. Немного, правда, огорчал тот факт, что импровизируя на занятии со штрафниками, я немного перегнула палку. Что поделать, времени подготовиться у меня не было. Спасибо, успела хоть примерно обдумать то, о чем буду им рассказывать. «Детишки», конечно, скоро зададутся вопросом — откуда простой лаборантке известен способ создания объемных материальных иллюзий, и откуда она знает, о чем нужно спрашивать деревенских старушек.
Врать я им не буду, но и всей правды, разумеется, не расскажу. Зато смогу продемонстрировать на собственном примере, как повернулась жизнь одной из лучших выпускниц зарубежного магического университета. Чтобы уяснили — дар волшебства не убережет от кульбитов судьбы.
Возле дома меня ждали. Рядом с калиткой мелькала рыжая шевелюра соседки Клариссы Бамс — моей постоянной покупательницы. Что ж, официальный рабочий день закончен, начинается неофициальный.
— Лора, дорогая, наконец-то ты пришла! — громко обрадовалась госпожа Бамс, когда я показалась из-за угла. — Я жду, жду, а тебя все нет и нет. На работе задержали?
— Ага, — ответила я, щелчком пальцев открывая магический замочек на калитке и жестом приглашая соседку войти. — Здравствуйте, Кларисса.
— Здравствуй, милая, здравствуй. Ох уж эта работа! Нет бедным женщинам от нее никакого спасения! Ты что же, опять похудела? Совсем тебя заездили в этом твоем колледже, скоро уж тень отбрасывать перестанешь. А я к тебе по делу, моя хорошая. Мне бы капелек для мужа моего… ну тех самых, понимаешь, да? А мне бальзама для волос, того, после которого они кудряшками ложатся.
— Так ведь вы же у меня покупали бальзам на прошлой неделе, — удивилась я, пропуская говорливую соседку в дом. — Уже закончился? Так быстро?
— Ну что ты! Я его золовке отдала. Она, знаешь, как довольна? Необыкновенно! Так что ты мне два флакона дай, моя хорошая. Я ей в запас подарю. А там пусть сама к тебе приходит.
Вот и замечательно, теперь у меня на одного клиента больше. Маленькая торговля косметическими и лечебными снадобьями собственного приготовления, которой я занимаюсь уже месяцев восемь, отличная прибавка к моему небольшому жалованию. Да что там, без этой подработки мне пришлось бы туго. А так хватает и на еду, и на кое-какую одежду, и на то, чтобы снимать половину небольшого дома в трех кварталах от работы. Правда, дом этот — ветхая хибара, зато у меня есть отдельный вход, и даже маленький огородик, в котором можно выращивать некоторые травы для моих зелий.
То, что я живу на самой окраине города, рядом с дикой частью разросшегося главного городского парка, даже хорошо. Во-первых, действительно удобно добираться до колледжа — он на отшибе и я — на отшибе, во-вторых, в парке можно собирать то, что не удалось вырастить в огороде, в-третьих, здесь я веду тихую незаметную жизнь, и найти меня в этом хитром лабиринте стареньких частных домов, к счастью, очень непросто.
В Кирии я живу неполный год. Все это время я старалась как можно реже заводить знакомства — не больше, чем нужно для того, чтоб не прослыть нелюдимой злюкой. Скажу честно, с моим характером это было нелегко — общение мне нужно, как воздух. Но раз надо, значит, надо.
Правда, хм, нелегальная торговля значительно расширила круг моих знакомых, но я стараюсь больше слушать своих клиентов — соседей и их родственников, нежели рассказывать им что-то о себе. На всякий случай.
Вручив госпоже Бамс коробочку с флаконами, я вежливо проводила ее до двери. Потом заварила себе чаю и уселась в потертое кресло у окна ждать оставшихся покупателей. Каждый день ко мне приходят два-три человека. Да я и сама уже примерно знаю, кто конкретно должен прийти, поэтому снадобья всегда готовлю заранее. В этот раз кое-что пришлось варить в колледже во время перерыва на обед, потому что из-за моего внезапного повышения после работы времени на это совсем не осталось.
Клиенты, между тем, приходить не торопились. Я уже допила чай, помыла чашку и даже набросала примерный план факультативных занятий со студентами, но никто так и не объявился.
Когда же я уверилась, что этот вечер можно посвятить самой себе, в дверь нерешительно постучали. На пороге вместо очередного соседа обнаружилась незнакомая старушка в простеньком платье и с корзиной в руках — вроде той, которую я сегодня показала своим штрафникам.
— Добрый вечер, — вежливо сказала она. — Мне нужно лекарство от радикулита. Говорят, у вас есть такое, которое помогает.
За что люблю бабушек, так это за прекрасные формулировки. Хотя, конечно, ничего особенного эта старушка не сказала. Магические снадобья стоят в разы дороже обычных лекарств и далеко не всем старикам они по карману, а то, что продается в простых аптеках, помогает не всегда. Собственно, поэтому мои зелья и пользуются спросом — они магические, но стоят недорого. Строго говоря, они вообще ничего не стоят, ни на одно из них нет определенной цены. Клиенты сами решают платить мне за них или нет, а если платить, то сколько. Я помогаю всем, кто ко мне обратится, и от благодарности покупателей не отказываюсь.