Игорь Охапкин - Bioshock Infinite. Цейтнот

   - Ну надо же, - сквозь приглушенный смех бормотал он, - они его... Повсюду разыскивают... А он в это время... Сюда...

   Я почувствовал, что моя кожа почему-то вдруг покрылась мурашками.

   - Что? О чем это вы?

   Услышав вопрос, Финк резко замолчал. Словно опомнившись, он перестал хихикать и, посмотрев на меня исподлобья, снова застрочил на клочке бумаге.

   - Что вы там пишите? - не выдержал я.

   - Записку Микаэлю, - как ни в чем не бывало отозвался Финк.

   Я решил, что ослышался.

   - Что? Кому?

   - Микаэлю, - терпеливо повторил Финк. - Надо же сообщить народникам, что ты отыскался, - тут Финк мельком посмотрел на меня и снова хихикнул.

   Загадочное поведение Финка и его непонятные ответы начинали меня серьезно злить.

   - Что? О чем это вы толкуете? - невольно поднимая голос и делая шаг вперед заговорил я. - Что за бред? Какие еще народники? Совсем умом тронулись?

   Я понимал, что не следует разговаривать с Финком в таком тоне, но ничего не мог с собой поделать. И вдруг Финк тоже рассвирепел. Он яростно скомкал клочок бумаги, на котором что-то писал и отшвырнул его в сторону.

   Что-то привлекло мое внимание, какой-то странный треск где-то сбоку. Я обернулся в поисках непонятного звука, и тут перед глазами мелькнула вспышка. Она была такой яркой, что казалось могла и ослепить. Я инстинктивно зажмурился... И вдруг почувствовал страшную боль во всем теле. Она терзала меня в течении двух-трех секунд, а затем резко отступила. Открыв глаза, я обнаружил, что лежу на полу в какой-то скрюченной позе. Финк же стоял около стола с вытянутыми вперед руками. Между его тонкими растопыренными пальцами мелькали голубые разряды электричества.

   -Ну как тебе, а? - злобно шипел Финк. - Нравится, гаденыш?

   Финк на мгновение чуть согнул правую руку в локте, а затем снова резко ее выпрямил. Из его ладони вырывалась голубая молния, и меня затрясло в страшной боли. Она растянулась на десять невыносимо долгих секунд. Перед глазами мелькали яркие вспышки, в ушах без конца трещало, а тело колотилось, как в припадке. Когда же Финк перестал бить меня током, боль отступила, но уже не резко, как в прошлый раз, а медленно, постепенно угасая. Когда шум в ушах пропал, а перед глазами перестал плясать яркий свет я попытался встать, и новый приступ острой боли схватил все тело. Я замер и застонал, не в силах переносить муки. Не знаю, что Финк со мной сделал, но при малейшей попытке пошевелиться возникали новые непереносимые боли. Пришлось лежать смирно.

   Какой-то громкий шум привлек мое внимание, и я поднял взгляд. Финк что-то яростно искал в письменном столе - резко выдвигал ящики, копался в содержимом и с силой задвигал обратно. Наконец, в одном из них Финк нашел, что искал - этим предметом оказался тупорылый пистолет. Схватив оружие, Финк направил его на меня. Перекошенное от гнева лицо Финка и его побелевший сустав пальца, что нажимал на спусковой крючок не оставляли сомнений - с секунды на секунду грянет выстрел. Я попытался призвать порыв ветра... Ничего не произошло. Недавняя страшная боль притупила мои чувства и это отрицательно сказалось на способности управлять ветром. Она... Просто исчезла. Навсегда или временно - неизвестно, но я больше не ощущал ее в себе.

   Однако прошла секунду-другая, а выстрела так и не последовало. Финк страстно хотел спустить курок и в то же время пытался подавить это желание. Его борьба с самим собой отражалась у него на лице. В конце концов, Финк опустил руку с пистолетом и принялся громко ругаться.

   - Ох, с каким удовольствием я бы тебя прикончил! И тебя, и Микаэля, и эту Фицрой, если бы мог до нее добраться! Но... Нельзя! - в бессильной злобе Финк замахнулся и швырнул оружие, явно намереваясь попасть им прямо в меня. Он промахнулся. Пистолет пролетел мимо, но упал на ковер совсем рядом со мной. При желании я бы мог дотянуться до него правой рукой. Но я даже не шелохнулся - боялся, что неосторожное движение снова вызовет дикую боль во всем теле.

   Финк принялся ходить по комнате, гневно топая обутыми в черные изящные туфли ногами по полу.

   - Ох, эта Фицрой! Будь она проклята, будь она трижды проклята! Сколько же мне еще времени придется плясать под ее дудочку?

   Финк резко замер и посмотрел на меня.

   - Что, неожиданно? Да, я работаю на Фицрой! Вернее вынужден работать на эту стерву и подчиняться ее приказам.

   Я молчал, позволяя Финку продолжить изливать душу.

   - Тебе наверное интересно, как такое могло произойти? - брызжа во все стороны слюной почти кричал он. - Тебе интересно, как такой великий человек, как я мог опуститься до того, чтобы работать на эту мелкую шавку? Ну слушай!

   Как-то однажды посреди ночи она пробралась в мой дом, в мою спальню! И даже не спрашивай, как ей удалось пройти мимо охраны, я сам до сих пор этого не понимаю! Затем она приставила к моему горлу нож и зловещим голосом сказала, чтобы я сократил количество патрулей в Шенти-тауне. Затем она связала меня и исчезла в темноте. Утром, когда меня нашли и развязали, я первым делом усилил охрану в своем доме. А то, что велела сделать Фицрой я, разумеется, не стал выполнять. И следующей же ночью она снова каким-то непостижимым образом пробралась в мою спальню! И это несмотря на то, что я утроил количество охраны!

   Вот тогда уже стало ясно - от этой Фицрой не скрыться! Я понял, что должен буду делать все, что прикажет Фицрой, иначе мне не жить!

   Финк находился на грани истерики. Он яростно мерил шагами комнату и разговаривал уже сам с собой, словно и забыв о моем существовании.

   - Просто уму непостижимо, как она смогла пройти мимо толпы моих телохранителей!

   Я подумал, что по всей видимости, Дейзи Фицрой подкупила или переманила на свою сторону половину его охраны. Однако же Финк был настолько перепуган, дважды обнаружив Дейзи в своей спальне, что, похоже, просто уверовал в ее всесильность.

   - Фицрой хотела сохранить в секрете то, что смогла заставить меня подчиняться ее приказам, - брызжа слюной бормотал Финк. - Но несмотря на все ее старания остальные народники как-то прознали про это. К счастью для меня, они оказались не так глупы и до сих пор держали языки за зубами. Поэтому пока никто кроме проклятых народников не в курсе, что я вынужден подчиняться приказам Фицрой...

   После этих слов, я понял, почему Дейзи послала на угон "Миранды" именно меня, то есть человека со стороны, а не кого-то из народников. Финка она заставила работать на себя задолго до того, как узнала про "Миранду". Дейзи говорила, что у нее много союзников среди высшего общество, но Финк, скорее всего, среди них ее главный козырь. И это неудивительно, ведь он хозяин целой кучи крупных фабрик и большой начальник, на которого работает полгорода. Свою связь с Финком Дейзи хотела сохранить в секрете, но каким-то образом про нее узнали остальные народники. А потом, когда до нее дошли слухи про дирижабль под завязку забитый оружием, она решила его угнать, но сразу же поняла, что не сможет послать на это дело кого-то из своих людей. Ведь если они провалили бы задание и попали на допрос, то под пытками рано или поздно расколись бы и рассказали копам все, что знают. В том числе и про связь Дейзи с Финком. Финка, разумеется, сразу бы арестовали, и Дейзи лишилась бы своего главного козыря. Поэтому она и решила послать на угон "Миранды" постороннего человека, который о делах народников ничего не знает и в случае провала не смог бы ничего о них поведать копам, особенно про связь Дейзи с Финком.