Михаил Перешивкин - Хозяева леса и другие рассказы

— … точно. Задержать,… понял. — Мужчина положил рацию на стол и кивнул в сторону Игоря. — Взять его!

От этих слов сердце у Кирилла Павловича упало, а голова вообще перестала соображать. Вова схватил старика за плечо и потащил обратно на платформу. Там уже начинали толпиться люди, кучами выходящие из подсобных помещений, где находился главный вход в Гидру. Станцию наполнил гул человеческих голосов и странные крики, доносящиеся из вагонов.

Вова поспешил слиться с толпой, чтобы часовые из туннеля не смогли их сразу найти. В голове у Кирилла Павловича творилось непонятное, как и на станции. Что произошло, и что теперь делать — были самыми главными вопросами. Нескончаемая толпа продолжала валить из дверей и прибывать на станцию. Вскоре на платформе тяжело было протолкнуться и не быть задавленным толпой. Крики вновь повторились и раздались выстрелы. Толпа тут же пригнулась и рассосалась у одного из вагонов.

На втором этаже, где находились комнаты диггеров, доносились выстрелы и виднелись вспышки. Через некоторое время перестрелка закончилась, и дверцы вагона открылись. В них показались фигуры смотрителей, ведущие вырывающихся диггеров, матерящихся и извивавшихся как черви. Когда большинство вывели на платформу, одному из них удалось вырваться и дать по морде своему обидчику. Тут же последовал выстрел, и диггер упал замертво. Всех остальных начали выстраивать вдоль вагона. Кириллу Павловичу с Вовой удалось просочиться к самому краю толпы и увидеть всю эту картину. Многие диггеры были ранены и стояли, опираясь на вагон. Многие были раздеты и находились в нижнем белье. Видимо, их застали в самый неподходящий момент. И тут старик увидел дергающегося в руках смотрителей Дениса, изо всех сил старающегося вырваться и дать кому-нибудь по зубам. Его поставили рядом со всеми остальными, в шеренге мелькали знакомые лица, с которыми еще час назад старик вместе завтракал, и направили дуло пистолета ко лбу. Денис перестал дергаться и по-звериному оскалился, сплюнув на ноги смотрителю. Из толпы вышел худощавый человек в униформе охранников станции и с серебристой фуражкой на голове. Он поднялся по лесенке на второй этаж и повернулся к толпе. Люди замолкли и принялись слушать его речь.

— По указу мэра города Новосибирска…

«Ничего себе! — подумал старик. — Они по прежнему считают Новосибирск городом».

— … приказывается привести в исполнение высшую меру наказания — расстрел. — Проговорил знакомый противный голос, который Кирилл Павлович слышал вчера, прячась в схроне. — Приказ привести в исполнение незамедлительно!

Из толпы послышались вздохи и ахи, кто-то заревел и завопил диким голосом:

— Не трожьте моего Сережу! Изверги! Сволочи! Будьте вы прокляты!

— Цельсь! — скомандовал проверяющий. — Огонь!

Толпа зажмурилась, старик тоже. Диггеры гордо смотрели в глаза своей смерти, лишь некоторые не решались поднять взгляд. За это их нельзя было винить. Просто многие не знали, каково это — смотреть в глаза с старухе с косой…

Вова стоял перед Кириллом Павловичем и наблюдал, как его друзья, товарищи, коллеги падают замертво один за другим, пронзенные горячим свинцом. Неожиданно кто-то вцепился обеими руками в плечо старика и больно сжал его. Их нашли…

Охрана была чем-то занята в соседнем вагоне и не заметила, как три загадочные фигуры шмыгнули в шкаф и исчезли в нем.

С облегчением выдохнув, Леня последним зашел в комнату и закрыл дверца вагона на самодельный засов. Кирилл Павлович и Вова уже осматривали комнату Сидора, не веря своим глазам. Помещение освещали лишь угли догорающего костра, и в их свете комната предстала не в лучшем виде. Большинство из запасов, хранившихся у мужика на полках, было разбито и темно желтые огурчики, вперемешку с кусочками стекол, истекали соком лежа на полу. Большинство инструментов были разбросаны по комнате, а на полу виднелись кровяные разводы.

— Сам он не мог уйти. — Заметил Леня.

— Это еще почему? — Поинтересовался Кирилл Павлович.

— Самогон на месте. Либо он слишком торопился… — Леня почесал затылок. — Нет, даже когда Сидр торопиться, самогон он не забывает.

— Странно это все… — В коем веке что-то сказал Вова. — Нас кто-то сдал. Правильно сегодня Дэн говорил — у нас есть крыса.

— Этого не может быть! — Воскликнул старик, — Расстреляли всех ваших, всех! Вы ведь сами видели!..

Неожиданно он замолчал и уставился ошалелыми глазами на обоих диггеров. Вывод из его слов напрашивался сам собой. Предатель находится в этой комнате…

Тишина молчания нагнетала. Глаза всей троицы бегали друг от друга и яростно сверкали. Тут Вова резко изменился в лице, сморщив все что только можно и с криком бросился на Кирилла Павловича. Он схватил его за куртку и приподняв над землей швырнул в сторону полок.

— Я так и знал! Нужно было дать Дэну вчера тебя прикончить! Паскуда! До тебя все было хорошо! — Он вновь ринулся в сторону старика, но встретил кулак Лени. Диггер, что есть сил, долбанул товарищу по лицу и сам отбросил его в другой конец комнаты. Вова озадаченно покачал головой, ели поднимаясь на ноги.

— Ты сам крыса! Я вчера видел, как ты к Гидре ходил, мразь! Ты рассказал этим уродам, про старика, ты подставил ребят, ты сейчас сдохнешь! — Леня с разбегу ударил ногой по ребрам Вовы и тот вновь упал. Он достал небольшой револьвер из-за спины и направил на валяющегося у стены напарника. — Будешь знать, паскуда, как кидать друзей!.. — Он медленно отвел затвор и прицелился в район головы.

Неожиданно, в глазах Лени все поплыло и, выронив из рук пистолет, он пошатнулся и упал. Кровь медленно начала растекаться по комнате. Позади упавшего диггера стоял старик, с небольшой монтировкой в руках. Осознав содеянное, он кинул ее на пол, будто ошпарившись.

— Зачем? — Непонимающе спросил слабый голос Вовы.

— Я видел его сегодня с утра с каким-то типом, в вагоне, и когда я поздоровался с Леней, тот поспешил удалиться. И сегодня же я видел этого типа, только уже в форме и берете.

— А что ж ты раньше молчал-то? — Покашливая спросил диггер.

— Я все понял, только когда заметил его револьвер. Точно такой же был у смотрителя, который застрелил на платформе одного из ваших и потом отдал кому-то пистолет обратно. Затем, я тут же вспомнил, что видел Леня, когда его выводили со всеми остальными из вагона. А во время расстрела он каким-то образом оказался у нас за спиной. Не мог же он так просто сбежать. Получается его отпустили сами смотрители и на всякий случай дали с собой револьвер.