Алкесандр Шакилов - Хозяин Янтаря

Верно Чингиз меня срезал. Но не умею я радоваться неудачам, не мазохист. Обнаружив впереди вместо лестницы просевший и затопленный участок коллектора, я не стал подбрасывать чепчик, вопя от счастья. Нет у меня головного убора, только капюшон от комбеза.

Вода чернела у ног. Абсолютно ровная поверхность, ни намека на волну. Класс! Причем высший, а не какой-нибудь первый или второй.

Чингиз снял рюкзак, сел на пол у края разлома и достал флягу. Я посветил ему. Фонарь-то у нас с недавних пор один на двоих. Деловито отвинтив крышку, военстал поднес сосуд к губам и вдруг устыдился чего-то, аж покраснел. Опустив глаза, он протянул мне флягу:

— Коньяк. Хороший, крымский. У монахов из бутылки перелил.

Я буквально заставил себя отдернуть руку:

— Спасибо, Чингиз, я пас.

Военстал уставился на меня не моргая:

— Дружище, ты в порядке? Голова не болит?

— Да в норме я, не парься. Просто зарок дал не пить, пока не найду… — Тут я вспомнил, что умолчал об истинной цели вояжа по Зоне. — Пока не найду девчонку, дочь Ворона.

— И давно дал?

— Только что.

Чингиз смачно отхлебнул из фляги и облизнулся, словно кот, измазавший усы в сметане:

— Тебе, наверное, очень хочется ее найти.

— Угу, — буркнул я и отвернулся. — Очень.

Если не знаешь, что делать, — не суетись, сядь, встань, почеши задницу и опять сядь. Что-нибудь да придумаешь. Мой фирменный способ, рекомендую. Никогда меня не подводил.

— Сверим карты?

— Давай.

И мы сверили.

С некоторых пор карты на ПДА меня неимоверно раздражали. Ну почему бы им не показать шахту рядом? Прыг-скок, два притопа, два прихлопа — и я любуюсь на раннее утро в Зоне. Мы всего ничего бродим по коллектору, а такое впечатление, что провели здесь пару геологических эпох.

Жаль, но карты утверждали, что ближайшие боковые коридоры заканчиваются тупиками. Непонятно, зачем их вообще строили, если они никуда не ведут. А раз так, то остаемся в подземелье. Будем жрать консервы, потом бюреров, потом подохнем от голода. Но сначала сойдем с ума. Кстати, насчет бюреров…

У самого «берега» вынырнул довольно крупный мутант и злобно уставился сначала на Чингиза, потом на меня. Не знаю, кто из нас ему больше не понравился, но, глубоко вдохнув, он исчез под водой.

— Прям бобер какой-то, — пошутил Чингиз.

Все произошло так неожиданно, что мы даже не успели направить на карлика автоматы. Чингиз хотел жахнуть вслед, но я попросил его не делать этого. Неизвестно, из за чего тут коллектор просел, зачем рисковать? К тому же мне вдруг стало интересно: а что дальше? Минут тридцать было интересно — я честно пялился на воду, но бюрера и след простыл.

— Неужели они умеют так долго задерживать дыхание? — удивился Чингиз.

— Вряд ли, — засомневался я. — Думаю, он давно вынырнул на другом берегу и отвалил по своим поганым делам.

Что это значит, пояснить? Намекну: есть подозрение, что вода затопила не такой уж большой участок коллектора. А значит — в принципе! — можно этот участок преодолеть без специального оборудования. Под специальным оборудованием я подразумеваю аппараты дыхания. Но без гидрокостюмов все равно не обойтись. Ведь вода на зараженных территориях какая? Правильно, отравленная ядохимикатами и радиацией.

Обидно, ёлы.

— А вот не факт, — возразил Чингиз. — Мой счетчик Гейгера молчит, твой тоже: фон в норме. А химический состав проверим спецпробиркой. Военсталам выдают такие для командировок в Зону. Я ей даже молоко и пиво проверяю. И знаешь, иногда…

Чингиз вытащил из кармана комбинезона стальной цилиндр примерно вдвое толще шариковой ручки.

— Это и есть твоя хваленая спецпробирка? — не смог я скрыть разочарования.

Цилиндр вовсе не выглядел как суперсовременный прибор. На боку у него светился узкий ЖК-экран. Там мерцали буквы и цифры — информация о составе атмосферы постоянно обновлялась. Чингиз аккуратно, чтобы не намочить пальцы, окунул цилиндр в воду, подержал пару секунд и вытащил. Экран вдруг озарился голубоватым сиянием.

— Норма. Вода не опасна для жизни.

— Не опасна? — недоверчиво переспросил я.

— Ага, — не моргнув, кивнул Чингиз.

И безбожно покраснел.

«Фикус с тобой, мой искренний друг, — подумал я. — Хоть и зарекался я глубже, чем по пояс, заходить, а таки придется». Обмотав «калаш» запасными портянками — все же влагозащита, — я нырнул первым, утащив с собой под воду единственный фонарь. Если его закоротит… Я даже не хотел рассматривать такой вариант.

Позже Чингиз рассказал мне, что, оставшись в одиночестве, он сначала бухнулся на колени и отбил нужное количество поклонов. Потом истово перекрестился. «Хозяева, помогите!» — Чингиз глубоко вдохнул и, зажмурившись, прыгнул в податливую мглу.

Водица, надо признаться, была не то чтобы ледяная, но очень бодрящая. Военстал открыл глаза, увидел впереди свет и погреб на ориентир. Но не успел он пройти под водой и пары метров, как свет потух. Чингиз остался в полнейшей темноте. Даже не знаю, как бы я повел себя на его месте. И знать не хочу!

Бравого вояку атаковал приступ паники — и довольно успешно. Чингиз бестолково барахтался, вместо того чтобы плыть в намеченном направлении. Он настолько обезумел от страха, что позвал на помощь. Только открыл рот — воздух вырвался из легких, взамен залилась вода. Темно, нечем дышать, автомат и мокрый рюкзак тянут на дно… Кстати, дно было совсем рядом — ведь труба ни куда не делась, она просела, и ее просто заполнили грунтовые воды.

А когда Чингиз смирился, что все, он свое отбегал, его подхватили чьи-то сильные руки и вытянули из воды. Военстала тут же вывернуло, и он жадно, взахлеб задышал.

«Сухой участок, светло, воздух, жив», — пронеслось в голове Чингиза. Вдохи чередовались с судорогами диафрагмы. Но главное — жив!

Те же сильные руки, что вытащили его из подводной могилы, похлопали по спине, мол, давай, извергни из себя всю дрянь.

— Спасибо!.. — пробормотал Чингиз и, скосив глаза, увидел, что руки у спасителя вовсе не человеческие. И пальцев пять, и большой отставлен — а все же не человек вытащил Чингиза из воды. Это сделал бюрер.

Спаситель — мерзкий карлик?!

Чингиз вскочил и нацелил автомат на коротышку в мокрых лохмотьях. Но кто-то схватил военстала сзади и заломал так, что мой боевой товарищ захрипел от боли и бессилия.

Угодил в плен к бюрерам?!..

Много их здесь было, бюреров. Сидели на полу коллектора, бродили туда-сюда, нянчили потомство, спали…

Чингиз вроде успокоился, и я чуток ослабил хватку. Но тут мой друг, почуяв, что стало легче, резко присел и ударил затылком назад. Мимо, я успел увернуться. Иначе мой нос превратился бы в отбивную. Удар пришелся в ухо, что тоже малоприятно.