Аноним Смакс - Мир SMAX. Трилогия (СИ)

Десантные гравилёты стояли на земле на приличном удалении от восточного вала кратера. Старший людей в масках уверенным шагом приблизился на дистанцию два метра от мирно прогуливающегося человека.

— Они взяли памятку и улетели в Сильфонт. Кружным путём, господин Андреев.

— Очень хорошо! Просто здорово! — хромой молодой человек щёлкнул пальцами. Он был счастлив. И даже, против обыкновения, уделил собеседнику лишнюю минуту.

— Один из них историк. Я тоже увлекался историей… в некотором роде. Если он хороший историк, он должен понять, что это означает.

Андреев повернулся в сторону далёких и невидимых развалин Сильфонта и в полную силу прокричал:

— Иду на Вы!

Развалины — слишком громкий термин для того, во что превратился Сильфонт. Бывшую сначала дронийскую, а потом спартанскую и подчужачную базу более двухсот лет назад ободрали и разобрали до голой земли. Наиболее ценные материалы и вещи увезли в Русенту в качестве трофея поставившие крест на судьбе Сильфонта русентийские десантники. Остатки забрали с собой беженцы; некоторая часть из этих никому не нужных в наши дни обломков по-прежнему лежит упакованной в транспортниках, погибших у кратера Гарланда.

В самом же Сильфонте не осталось никого и ничего.

— А нет, что-то ещё есть! Видишь? — обрадовалась Стерёга.

— Что это? — с удивлением спросил Кондратий. По его мнению, находка более всего походила на брак в работе коммунального ресайклера.

— Панель из стенки ангара. Будем считать, что ангар находился здесь. Думаю, что про панель забыли при эвакуации, продать в лагере её было можно.

Взяв предполагаемое местонахождение ангара за ориентир, троица быстро восстановила генплан уничтоженной базы. Стерёга вспоминала: «А вот здесь было такое-то строение», Филимонов изредка поправлял, на память разведчик не жаловался, Кондратий лихорадочно заносил данные в личную памятку.

— Хорошая монография получится, историк, а? — в отличие от событий в кратере, в Сильфонте у экс-беженки настроение было хорошее и слегка игривое. Девушка вспоминала свою первую, настоящую молодость.

— Вы… ты знаешь, да — хорошая. Благодаря вам, конечно. По концу лучевого периода осталось не так много живых свидетелей, — не подумав, сморозил Кондратий. Но даже непрямое напоминание о судьбе братьев Звара не испортило Стерёге настроение. Не испортило — но всё же слегка подпортило. За языком необходимо следить, пусть ты и бесцеремонный историк.

— Ну вот, теперь мы достоверно знаем, что было построено на месте каждого из этих кустов. И как это продвинуло нас к решению наших проблем? — Кондратий выделил слово «наших» и посмотрел на Филимонова, как будто старый разведчик обязан был вынуть из рукава памятку с ответами.

Разведчик не спеша выкурил антикварную сигарету: «Ух ты, дымом пахнет! Сколько же я мечтал покурить на свежем воздухе без нейтрализаторов!». Потом встал и буднично спросил жену:

— Мальчонки-искатели, где они обычно обретались?

— Дай-ка подумать. Взрослые любили ходить туда, туда и туда. Пацанва — этих взрослые гоняли, и они шарились по кустарникам, которые к западу от базы. А почему ты интересуешься?

— Давайте исходить из того, что Ник обнаружил нечто в своих вылазках — нечто, что превратило его в странного. Находка должна быть достаточно далеко от базы, иначе на неё наткнулись бы раньше. Также она должна быть в местах, не посещавшихся старателями. Беда в том, что мест таких получается до Капитанова плеча.

— Не переживай, Филимонов! Нам нужно туда, — Стерёга уверенно показала на юго-юго-восток, а потом с наслаждением от полученного ответа на сложную загадку объяснила:

— Все нехоженные места слишком близки к фунгусу, мы в него не лезли без нужды. Это единственное отличающееся направление. При чужаках там было поле, за ним луг, редкий кустарник, бестолковые холмы.

— Бестолковые?

— Да, ходить в них было без толку. Холмы на приличном удалении от базы, за ними — фунгус. Пацан явно нашёл что-то в холмах, только такой дур…, - Стерёга поперхнулась, — такой мальчишка как Ник, мог попереться в бестолковые земли.

— Бестолковые или нет, но их наверняка тщательно обыскивали при основании базы, — подключился к разговору Кондратий.

— А ведь он мог пройти и через фунгус, — задумчиво сказал Филимонов. Все замолчали, размышляя над новым вариантом.

— Ладно, решено, — на правах старшего подвёл итог мозгового штурма разведчик. Да-да, старшего, в этих диких краях он бесцеремонно отобрал у Стерёги неформальную должность главы семьи и, соответственно, самоназначил себя командиром группы. — Идём в направлении бестолковых холмов, проходим их и углубляемся в фунгус.

— А… э-э… а как же азот? — Кондратий по-настоящему испугался, в который уже раз за всю авантюру.

— Парень, ты дурень, — привычно, в который уже раз успокоил его Филимонов. — Защитное снаряжение есть в гравилёте. Я позаботился, — ответил разведчик на немой вопрос историка. — Отсыпаемся и выступаем завтра на рассвете.

Приказать выспаться можно, выполнить приказ сложнее. Особенно сейчас, барахтаясь под грузом свалившихся таинственных секретов и секретных тайн. В пограничном между сном и бодрствованием состоянии человека нередко посещают ценные мысли. Пришли в гости они и к Кондратию.

— Скажи, Стерёга, кем были родители Ника?

— Ты спросил! Не помню. Сиротой он был. Отец с матерью должны были бы быть, но кто? Ников много бегало, а меня парни постарше интересовали.

— Такое распространённое у вас имя Ник?

— Нет, историк, — улыбнулась девушка. — Никами мы звали мелких, не выросших до прозвища.

— Мать погибла примерно за год до падения Сильфонта, отца он никогда не видел и не помнил, — сумевший задремать Филимонов не выдержал и проснулся. — Он сам рассказывал, пока мы добирались до кратера, — уточнил разведчик, видя, что ему не сразу поверили.

— Стерёга, а могло быть такое, что мой предок не родился на вашей базе? Например, что он приблудился, прибился к ней?

— Откуда прибился? От базы до базы взрослый пешком не дошёл бы. Но есть момент, историк. Чужаки иногда привозили в Сильфонт людей, а иногда увозили. Редко, один-два раза в год такое случалось. Взрослым со старожилами сразу не смешаться, а вот дети… Кто их считал в те времена?

— М-да, — протянул Кондратий. — Задача усложняется и усложняется. Перерывать развалины всех баз Дронии?

— Раз всё усложнилось, тогда пора на боковую, — рассудительно резюмировал Филимонов. — И поспать до Капитанова утра. Всё, отбой!