Роберт Торстон - Сумерки Кланов-8: Соколиная заря

В глазах Дианы запрыгали весёлые чёртики.

— На луну не полечу, — милостиво сказала она, — а вот в пещеры полезу! Я выбираю Соколиные Пещеры!

Равиль почувствовал, что готов провалиться сквозь землю. Сейчас он больше, чем когда-либо, ощущал свой маленький рост — особенно по сравнению со статной Дианой.

Однако Равиль отдавал себе отчёт в том, что эта вольняга кругом права. Более того, он почувствовал невольное уважение — девушка вела себя так, как только мог мечтать любой воин Клана Нефритового Сокола.

Равиль Прайд ощутил, как по спине у него побежали здоровенные мурашки — он понял, что Диана находится буквально в одном шаге от того, чтобы получить родовое имя.

После томительной паузы он смог наконец произнести:

— Хорошо. В конце концов, эти Соколиные Пещеры привлекают внимание практически одних только вольнорожденных, так что если они и будут разрушены, то ничего страшного не случится.

Однако эта жалкая попытка уязвить Диану вызвала у девушки лишь презрительную улыбку.

Грелев докладывал Равилю о том, что по Айронхолд-Сити прокатилась волна протестов по поводу выбора места финального поединка за родовое имя. Люди были очень сердиты на Диану.

— Практически никто не возражал бы против того, чтобы вольнорождеиная соискательница свернула себе шею на пути к своей цели, — говорил Грелев, как всегда, размеренно и чётко, и, как всегда, Равиля мороз продрал от его манеры вещать.

— Мне казалось, что уже один факт, что она вольнорожденная, должен вызывать возмущение, — буркнул он.

— И это тоже, — согласился Грелев.

Закончив доклад, он не спеша удалился, оставив Равиля наедине с его невесёлыми мыслями.

Да, девчонка оказалась куда более прыткой, чем я предполагал. Какое упорство, какая уверенность в себе! Все-таки у неё есть масса качеств, присущих не просто войну, а войну достойному. Не заметил я этого вовремя, проглядел. И все же… если она и впрямь завоюет родовое имя, не знаю, как я переживу это.

И тут в голове у расстроенного донельзя Равиля начал созревать мрачный план…

Хотя у Джоанны язык заплетался все сильнее, речь её оставалась пока понятной.

— Вы видели реакцию Дианы на мои слова по поводу этого Лейфа?.. Она знает его, они встречались раньше, и Диана считает его… как бы это сказать… порядочным парнем. Мне это очень не нравится.

Жеребец кивнул:

— Я с вами согласен. Чем меньше знаешь о своём противнике, тем лучше.

— Если Диана будет видеть в этом Лейфе друга, то вполне возможно, что в решающий момент у неё дрогнет рука, она не сможет нанести удар и просто проиграет!

— Ну, — сказал Жеребец, — если Диана и впрямь рассчитывает получить родовое имя, то ей следует вести себя так, как это подобает настоящему воину — со всеми вытекающими последствиями.

Джоанна досадливо поморщилась:

— Да хватит уже ваших книжностей…

— Это не книжности, а мой собственный опыт. Я считаю, что воин всегда должен оставаться воином, то есть он будет убивать при любых обстоятельствах. Если бы, к примеру, Эйден Прайд встал у меня на пути и препятствовал исполнению долга, я убил бы его, вот и все!

— А не громко ли сказано, Жеребец? Если Диана стала спасать этого недоумка, которого не только не знала толком, а вообще подверглась его оскорблениям, что она будет делать с Лейфом, при взгляде на которого у неё, похоже, все тает внутри? Её чувства и эмоции её же и погубят!

— Не могу согласиться. Эти самые чувства и эмоции — её лучшее оружие. Вспомните её отца — никогда не мог жить спокойно.

— Да уж, — задумчиво сказала Джоанна. — На кого-кого, а на отца она точно похожа.

Она вылила в себя остатки коктейля и поморщилась.

— Что-то я совсем заговорилась. Утомили вы меня, Жеребец. Общаться с вами — все равно что драться с тремя роботами сразу. Все, я иду спать.

Спихнув с кровати кучу каких-то посторонних предметов, она ткнулась лицом в подушку и мгновенно уснула.

Жеребец осторожно укрыл её одеялом.

Пора и мне на боковую. Завтра Диана либо докажет всем, что она настоящий воин, либо продемонстрирует, что она — только вольняга, недостойная родового имени. Интересно, а что сегодня сказал бы Эйден? Об отцовских чувствах говорить не будем, он узнал о существовании Дианы за несколько минут до своей гибели. Зато мне кажется, что она понравилась бы Эйдену как воин. Да, он понимал вольнорожденных как никто из вернорожденных… и все же внутри себя он всегда оставался вернорожденным. Что ж, мне трудно понять все это. Лучше уж вернуться к естественному неприятию вернорожденных… Страваг, пора идти в люльку.

Придя к себе в номер, Жеребец воспроизвёл Джоаннино падение на кровать, хотя его постель была аккуратнее, с простынями и одеялами, заправленными по-военному.

Айронхолд-Сити

Айронхолд

Кластер Керенского

Пространство Кланов

13 марта 3060 года

Сидя за барной стойкой в замызганной таверне, или закусочной, или забегаловке — ему было все равно, как называлось эта припрыжка, — Номад пил что-то из высокого бокала.

Что за пойло присутствовало в его посуде, Номаду тоже было безразлично. Он пил не для того, чтобы получить удовольствие, а просто забыться, хоть секунду не думать о том, что старость не то что наступила, а уже и заканчивается. Пора в колумбарий.

С вялым интересом Номад наблюдал за разворачивающимися на экране маленького головида событиями. Там, в сердце Соколиных Пещер, начинался финальный поединок за родовое имя.

— Посмотри, — бормотал он, ни к кому особенно не обращаясь, — эта «Нова» водит «Лайнера» за нос… Для меня роботы все равно что живые — у них есть нос, руки, плечи… Вот эти как раз нос к носу и сошлись…

Он пихнул локтем своего спящего собеседника, который издал что-то вроде кряканья, воспринятого Номадом как согласие. Его вполне устраивал такой собеседник.

Поскольку сиденье рядом с ним было занято уснувшим пьяным, она подошла к стойке, окружавшей поле головида, и стащила бесчувственного человека с табурета.

Тот вроде бы пытался пробудиться, но потом отказался от этой затеи и с удовольствием рухнул на пол. Двое служащих трудовой касты подтащили пьянчужку к противоположной стене и там аккуратно положили.

Пери села на табурет. Номад бросил на неё затуманенный взгляд.

— А, это ты, — произнёс он.

— Ну да, я, — подтвердила Пери.

— И как ты меня нашла?

— Я знала, что если возникнет необходимость найти вас, то припрыжка — лучшее место для поисков.

— Обижаешь меня, воут?

— Да нет, я…

— Давай-давай, продолжай обижать. Это, в сущности, лучшее из всего, что ты могла бы мне предложить.