Иван Стальной - Сын Зоны

— Я удивлен. Точно так же были убиты «свободовцы».

— Вот-вот. Я думаю, сталкер, ты исполнитель. Исполнитель, которого используют втемную.

Пока Гриф помогает тебе, чтобы ты беспрепятственно выполнил его работу. А потом… Он уберет тебя.

Я был потрясен такими выводами, но они сами напрашивались. Воронин продолжил:

— Я счел, что ты должен знать об этом. Если потребуется, я помогу тебе.

— Спасибо. Ты уже достаточно помог мне. Я буду осторожен.

— Уже знаешь, где искать их?

— На Складах. Есть предположения, что в деревне. — Я решил перейти на откровенный разговор, к тому же Воронин мог знать что-то про нужную мне местность.

— В деревне? — Воронин очень удивился, — Странно. В деревне часто сталкеры на ночлег остаются и ничего примечательного там не видели.

— Точнее под деревней. Возможно, замаскированный вход где-нибудь.

— Возможно. Там вояки могли нарыть всяких подземных гарнизонов. По крайней мере я не удивлюсь этому. Когда выдвигаешься?

— Перекушу, переночую и пойду. Что время тянуть.

— Хорошо. Ночуй у нас, в казарме места хватает. Утром я провожу тебя на склад. Пополнишь припасы. Они тебе пригодятся.

— Спасибо. Буду признателен.

Воронин к концу нашего разговора уже уничтожил содержимое бутылки редкого для Зоны коньяка, а я допил кофе, поэтому мы сразу встали и Воронин проводил меня к казарме.

— Будет что нужно — я в штабе.

Я кивнул головой Воронину и присел на топчан. Сил хватило только на то, чтобы принять горизонтальное положение и уснуть. Ночные схватки измотали меня и спал я крепко, заряжая свой скрытый потенциал.

Утром Воронин проводил меня на склад. Я пополнил запасы и попрощался с Ворониным у поста, контролирующего вход на завод, со стороны Военных складов.

— Не забывай про Грифа, сталкер.

— Он будет удивлен моим гостеприимством, — я развернулся и направился по дороге, ведущую к бывшему военному гарнизону. Территория, называемая сталкерами Военными складами, не принадлежала ни кому из группировок. Два небольших села и военная часть были излюбленным местом паломничества матёрых сталкеров. Кланы давно пытались отхватить эти, богатые заброшенными базами, земли в свои руки, но, казалось, сама Зона препятствует в этом, обращая в бегство только закрепившийся на позициях клан волнами монстров и неизвестными аномалиями. Зона защищала подходы к Припяти и сердцу Зоны — ЧАЭС, а Склады были границей к их подступам.

Раннее утро встретило меня влажным туманом. Мысли одна за другой накатывались, словно волны прибоя. В моем противостоянии возникла третья сторона. Пока дружелюбная. Но потом? Что потом?

Воронин, молча, проводил сталкера взглядом. Три года назад его вышвырнули из отдела ФСБ. Новый шеф безопасности подобрал свои кадры, а Воронину предложили бессрочную командировку на территорию Украины, в Зону. Цель задания: убрать его с глаз долой туда, где Воронин в скором времени должен был сдохнуть. Но вопреки их ожиданию Воронин не только не сдох, но и наладил свои связи и имел свою сферу влияния в Зоне. Воронина стали использовать в своих покрытых мраком делах, взамен доставляя вооружение и припасы. По прибытию Воронина из рейда его ждала флешка с информацией, спрятанная в тайнике о котором знал только он и связной. Информация касалась киллера под кодовым именем Гриф. Цель задания: обнаружение и его ликвидация. «Этот парень наверняка выполнял пару заданий на правительство и теперь от него хотят избавиться», — подумалось тогда Воронину. В качестве поощрения за выполненное задание ему намекнули о возвращении на Большую землю. Воронин закрыл глаза, и далекий силуэт сталкера исчез в радужных мечтаниях. Воронин давно не был дома. У него не было семьи. Даже родителей он не знал. В спецотдел набирали парней из детдомов, и он был первый в списке, будучи отличником и хорошим рукопашником. Впервые у него был шанс стать человеком, завести семью, детей… Воронин открыл глаза и полный решимости пошел к складу. Для встречи с таким человеком, как Гриф, требовалась соответствующая экипировка.

Я брел по дороге, не решаясь сойти с неё из-за густого тумана. Словно гигантский котел с водой кипел где-то впереди и его пар растекался по земле. Пар отнюдь был не горячим. Его холод мелкой росой оседал на одежде и на лице. Я шел, ориентируясь по асфальтовому покрытию.

Что-то темное стояло впереди и мне пришлось остановиться, что бы ни нарваться на неприятности. К счастью неприятностью были всего лишь останки старого, покрытого ржавчиной, военного грузовика. Я вскарабкался на кабину в надежде сверху иметь большее представление о своем маршруте. К сожалению, кроме тумана я ничего не увидел, и я присел на крыше кабины. Мои мысли прервал раздавшийся стон. Кто-то двигался ко мне тяжелой шаркающей походкой. Туман искажал звуки, и было совершенно не понятно, откуда доносится звук. Неожиданно стон раздался справа от меня и я осторожно посмотрел вниз с кабины. Вдоль грузовика шел солдат. Он с трудом волочил ногу и прихрамывал. Форма местами была разодрана и свисала грязными зелеными лохмотьями. Я уже хотел спрыгнуть и помочь ему, как он вдруг остановился. Он встал как вкопанный и задрал голову вверх. Я обомлел. На меня взглянули пустые глазницы, забитые грязью. Солдат как пес повел носом из стороны в сторону и с его обнаженных костей челюстей сорвался стон. Он постоял еще некоторое время и вновь пошел дальше. Его нога неестественно была повернута в другую сторону, и солдат прихрамывал на нее. Вместе с ним ушел и запах гниющего тела. Я с ужасом и с печалью смотрел ему вслед. Он был мертв телом. Но его не умершее сознание еще пыталось спасти тело, пробуждая в нем заложенные инстинкты. Солдат шел, передвигая ногами, и его совершенно не смущало вывернутая нога, отсутствие глаз и начавшая гнить кожа и мышечная ткань. Он шел ведомый своими инстинктами. Надо было закончить его мучения выстрелом в голову, но он уже был достаточно далеко и я не рискнул догонять мертвеца. Раздавшийся выстрел оборвал мои рассуждения, и я вжался в крышу кабины. С той стороны, куда проковылял зомби, показались две фигуры. Два сталкера одетые в военную форму вышли из тумана.

— Никак не могу привыкнуть к этим зомби. Как из могил повылазили.

— Ладно, не ссы Плесень. Скоро на базе будем.

— Я не сказал, что я боюсь, я сказал, что привыкнуть не могу.

— А че к ним привыкать-то? Жить с ними собрался что-ли?

— Тьфу, на тебя.

Я вслушивался в речь проходящих сталкеров и меня смутил их разговор. Он никак не вязался с формой военных. Я осторожно спустился с кабины и неслышно пошел следом, стараясь держать их смутные очертания в своем поле зрения.