Фантастика 2026-157 - Арсений Громов

Посмотрев на лежащую около моих ног тушу, я подумала, что все-таки чего-то не учла. А именно, что делать-то? Что делать?

Как теперь его поднять?!

* * *

Через час, решив проблему с транспортировкой, я сидела на диване в смотровой у Иосифа и смотрела на лежащего на кушетке драга.

– Мария, ты соображаешь, что ты делаешь? А если он после всего останется дебилом? Да тебя тут же лишат способностей! – уже битый час возмущался доктор.

– Я все сделала по правилам, – возразила я.

– Ты что ему вообще сбросила? – прищурился медик.

– Эмоции, которые я испытываю в последнее время.

Доктор покосился с недоверием:

– И такой здоровый мужик отключился от женских переживаний? Да ты меня разыгрываешь!

– Нет, – разуверила я Айболита.

Еще раз внимательно на меня посмотрев, Иосиф спросил:

– Когда ты едешь в экспедицию?

– Через пять дней.

– С Александром?

– Да. Он руководитель, – настороженно ответила я.

– Пойдем-ка со мной, – поманил меня за собой врач.

Он провел меня в боковую комнату с медприборами и, усадив в кресло, надел какой-то шлем.

– А что это мы собираемся со мной делать? Может, не надо? – занервничала я.

– Сиди!

Айболит нажал на какие-то кнопки, и прибор зажужжал. Это длилось минут пятнадцать, и Иосиф становился все мрачнее и мрачнее. По окончании процедуры он снял с моей головы шлем и просмотрел показания.

– Судя по заключению прибора, твой организм переживает сильный эмоциональный стресс и психологическое напряжение, вызванное безусловным рефлексом на сильнейшее сексуальное неудовлетворение тела.

В мое время это для многих было нормальным состоянием. И ничего – перебесимся и живем.

– Знаешь, я выпишу тебе снотворное. Оно сильное и действует около восьми часов. Транквилизаторы оставим. Только не злоупотребляй! И добавим к ним какой-нибудь способ сбросить эмоции. Это уберет опасную напряженность нервной системы и немного снизит сексуальное желание.

– Думаете, это необходимо? – упавшим голосом спросила я, уже зная ответ.

– Маша, ты находишься на грани нервного срыва. Для тебя, как для тире, тем более с психологическим направлением, это может иметь последствия для психики. А еще лучше – разберись с Александром и переспи, наконец, с ним.

Я ахнула и уставилась на доктора.

А он, пожав плечами, ответил:

– Кто-то должен тебе это сказать.

Тут наш разговор прервал шум в смотровой. Вернувшись, мы увидели, что Тарк очнулся и сидит на кушетке, которая непонятно как под ним еще не развалилась.

Увидев меня, он хрипло спросил:

– Как вы живете в этом аду?

Да что они заладили?! Если в нынешнее время это такое непосильное бремя, то в нашем подобное считалось всего лишь некоторыми проблемами, который каждый решал кто как может. Неудивительно, что я смогла пройти тренажеры до конца и в кратчайшие сроки.

За меня ответил Иосиф:

– Испытывать подобные эмоции вполне нормально и приятно, если те, кто их испытывают, не являются двумя упертыми idiota.

На это я лишь закатила глаза, а драг хмыкнул.

– Я предлагаю вам вступить в мой род и пройти освидетельствование тире. Распоряжение выпишу, деньги найдете сами, – предложила я, решив не тратить время на бессмысленный разговор.

– А оно того стоит? – прищурился Тарк.

– Безусловно. Помимо того, что этой стерве такое не должно сойти с рук, средство, которым можно опоить драга, должно быть предано гласности. Где гарантии, что им не воспользуются снова? К примеру, та же дрянь, которая подлила его вам?

Терпеть не могу таких женщин, которые, чтобы прикрыть свои грешки, ломают людям судьбы.

– Хорошо… в чем-то вы правы. Но зачем принимать меня в род?

– Потому что я хочу повесить на вас огромную головную боль, которая меня тяготит, но необходимость не позволяет отказаться, – честно призналась я.

– И что же это? – подозрительно спросил драг.

– Этот вопрос мы обсудим, когда вы придете сегодня вечером в «Крыло-483», – ушла я от ответа.

Тарк некоторое время внимательно смотрел на меня, потом кивнул. Решился – хорошо.

– Что мне терять? Приду.

Оптимист!

– Тогда у меня к вам еще один вопрос.

– Какой? – вскинул брови мужчина.

– Где на станции можно побоксировать?

* * *

Боксировать – это я, конечно, преувеличила. Когда меня нашла Даша, я просто остервенело лупила по боксерской груше.

Некоторое время поглазев, она села неподалеку и спросила:

– Маша, что ты делаешь?

– Боксирую, – пропыхтела я.

Удар. Еще удар.

– Долбя бейсбольной битой этот несчастный мешок? Я себе как-то по-другому бокс представляла, – хмыкнула моя помощница.

– Если бить руками, то через какое-то время они начинают болеть, – просветила я Дашу.

– Не буду спрашивать, зачем тебе это… – начала она.

– Рекомендация врача, – перебила я.

– Ну да… – протянула Даша.

Не верит, и не надо.

– Зачем ты меня вызывала? – после непродолжительного молчания спросила помощница.

– Ты должна оформить бумаги о принятии в род Джима Тарка и Рэне Ферне.

– Что? Ты понимаешь, кого хочешь прикрепить? – ужаснулась Даша.

– Конечно! – ответила я, продолжая «боксировать».

И, не отрываясь от увлекательного занятия, пересказала истории сегодняшнего дня. Подумав, моя правая рука согласилась со мной.

– Теперь я понимаю и подготовлю бумаги как можно скорее.

Еще серия ударов – и, выдохшись, я опустилась на пол.

– Маш, понимаю, что вряд ли смогу… – начала Даша, посматривая на меня.

Я приподняла руку, останавливая ее.

– Да, ты не сможешь мне помочь, – устало констатировала я.

– А тот человек, который сможет, сейчас не в лучшем состоянии. Что тебе мешает облегчить участь этого страдальца? – лукаво улыбнулась Даша и ретировалась под моим тяжелым злым взглядом.

Если б кто знал, что мне мешает…

Приведя себя в порядок после сброса напряжения, я отправилась в «Крыло-483» осмотреть результаты ремонта моих помещений.

И то, что увидела, меня впечатлило. Все комнаты отделаны довольно хорошо, качественно и дорого. Облегченно вздохнув, я принялась декорировать и обставлять. Чтобы довести столько помещений до завершенного состояния, мне потребовалась масса времени. Конечно, дизайн для каждой комнаты я не продумывала, а просто пользовалась тем, что запомнила из своего времени.

Вынырнув из этого эстетического рая и порядком устав, я поняла, что уже глубокий вечер. Где же мои приглашенные?

Гость пришел, но тот, которого совсем не ждали. Войдя в огромный приемный зал перед входом в крыло, я увидела прислонившегося к косяку Александра.

– Что-то нужно? – неприветливо спросила я.

– Зашел и по делу, и посмотреть, как ты тут, – как ни в чем не бывало ответил этот нахал.

– Я сегодня много сделала и без твоего присмотра, – отрезала я.

– Ты сегодня много сделала, но, увы, с моим присмотром.

– Следил за мной? – прищурившись, недобро посмотрела я на него.

– Конечно. Или ты думала,