Сергей Рейнов - Тень Джоре

— Так вот бывает, Крах! И ничего не сделать. Я запускаю ракеты. Хоть укусим напоследок!

Стоящие на вооружении двадцать пять ракет с «умной» начинкой, стоили, примерно, как сам крейсер. Именно им, выдав через нейросеть целеуказание, он отдал команду на старт.

Пассажиров забрали без всяких проблем. Сначала стартовал бот Ари с нанятой командой майора Рыжова, а следом и мой, предварительно дождавшись машину Президента. На удивление, тот прибыл очень скромно — никаких кортежей и прочей шелухи не было. Тем не менее, его люди за нами наблюдали, так как первым делом он поздравил меня с наймом высококлассной команды. Я не был удивлен, ведь для сенсоров бота наличие наблюдателей тайной не являлось. Представив своих сопровождающих, одним из которых оказался его родной внук — Максим, Президент сказал:

— Ну что, мы готовы. Командуйте, Олег!

Махнул рукой, одновременно отдавая команду бортовому искину:

— Прошу.

Не знаю, был ли неожиданностью для всех, открывшийся в чистом поле люк, но гости повели себя спокойно — мы без проблем погрузились, и бот, под моим управлением, устремился на орбиту. Начало экскурсии прошло вполне мирно. Несмотря на старания, Президента и его спутников, сохранять невозмутимость, было хорошо заметно охватившее их волнение. А когда на обзорных экранах появился рейдер, сдержать восхищенные восклицания не смог никто. Мне были понятны эти чувства — еще свежа в памяти собственная восторженная реакция на «Тень».

Торжественной встречи предусмотрено не было, не тот случай. Встречал нас только Сергей Михайлович, как представитель корабельной безопасности и Ари — как же без нее… Многое показать мы не могли, впрочем, на этом никто и не настаивал. Гостям хватило и общих впечатлений от путешествия на боте и экскурсии по кораблю. С учетом пожеланий гостей, легкий завтрак, перед возвращением на Землю, накрыли на обзорной палубе. Ни к чему не обязывающий разговор был внезапно прерван поступившим мне на нейросеть сообщением искина. Арид сообщал о подтвержденном факте гиперперехода — в системе появился чужой корабль.

Мой мозг сработал автоматически:

— Тревога!

Через секунду, я пожалел, что поторопился, но было поздно — резко ударил по ушам прерывистый ревун боевой тревоги, и по коридорам дробно застучали башмаки разбегающихся по боевым постам бойцов. Смешно то, что ранее, у Джоре никаких сигналов на эту тему не было, это Ари увидела в одном из земных фильмов о военно-морском флоте, и не замедлила внедрить на практике. После пары учебных тревог, я уже хотел отменить эту самодеятельность, но, к своему удивлению, понял, что экипаж меня не поддерживает в этом вопросе. Народ хотел готовиться к войне под эту нехитрую музыку. Потом пришел начальник абордажной партии, и заявил, что под вой сирены его бойцы на десять процентов быстрее готовятся к бою. Проверять и спорить не стал. Скажу больше, я сделал выводы — боевые корабли, после этого эпизода, стали выходить с посадочных палуб под марш «Прощание славянки», который транслировался как для провожающих, так и для пилотов кораблей. И, мне кажется, это оказалось удачным решением.

Два из четырех крыльев малой авиации уже были сформированы. Пусть пока допуска на полет не имели даже командиры, это уже были боевые подразделения. Когда командир первого из них, крыла тяжелых штурмовиков, пришел и заявил название крыла — «Дети славянки» — я не особо удивился, и протестовать не стал — хорошо. Но больше мне понравился второй, командир легких штурмовиков, который прошел в кабинет, и учтиво кивнув, озвучил:

— Капитан! Второе крыло, командир — старший лейтенант Немец. Прошу утвердить название крыла — «Недоумение Славянки»!

Признаюсь, честно, я на секунду завис… и только потом понял, ведь он — гений! Что сейчас начнется!

Уже не стал удивляться, когда вернулся первый, и заявил:

— Капитан! «Гнев славянки»! И никак иначе!

Следом было еще два визита командиров еще не существующих крыльев. И они подтвердили мои выводы: «Возмездие славянки» и «Правосудие славянки». Все бы ничего, но два из четырех крыльев, в потенциале, должны были иметь на борту вооружение, способное снести с лица Земли саму Землю. Названия хорошие, надеюсь, я не ошибся в людях.

Ну, что-то я отвлекся. На звук ревуна тревоги «гости» среагировали адекватно. Старший из гостей поинтересовался:

— Олег, в чем дело, и можем ли мы быть полезными?

Даже не нашел, чего правильно ответить…

— Нет, все в порядке, оставайтесь на месте, но я должен отлучиться. Это работорговцы, я говорил вам о них. Если не возражаете, на Землю вас проводит Сергей Михайлович.

И, через секунду:

— Ари?!!

Ответ был ожидаем, но поступил по нейросети:

— Я готова, Капитан! Умножим их на ноль? — Пока я разбирался с «гостями», штурмовик Ари успел выйти в космос и выполнить несколько пилотажных фигур, в результате которых, и оказался напротив обзорной палубы, выписывая затейливую глиссаду — пижонка!

— Капитан! Нам пора!

Времени было в обрез — чем дальше от планеты мы перехватим неприятеля, тем больше шансов остаться незамеченными.

Сумасшедшая гонка до посадочной палубы вызвала достаточно неприятные ощущения, но уже через пару минут, упав в кабину штурмовика, я смог принять управление.

Рядом со мной, от «Тени» отделился абордажный бот, и, почти незаметно дыхнув дюзами, устремился в сторону незваных гостей. Хотя, какие еще дюзы, я мысленно чертыхнулся — стереотипы. У мезонных двигателей — излучатели, маломощные маневровые реактивные двигатели не в счет, это, скорее, средства управления.

Рейдер должен был иметь две абордажных партии — но, пока, лишь одна из них была укомплектована полностью. Ее возглавлял тот самый капитан — десантник. Конечно, группа не успела в полном объеме, пройти обучение, но послушав гомон голосов в салоне бота, я решил не вмешиваться с советами и просьбами. Мне показалось, что эти парни и так порвут всех на части. Блин, мне ли не знать их возможности! Другое дело, что неизвестны возможности противника, но это временно — бой план покажет. Конечно, сейчас я бы предпочел оказаться в составе абордажной партии, но лишь два готовых пилота имелось в наличии. Досадно.

Вмешиваться штурмовикам не пришлось — абордажный бот, включив слабое поле подавления щита, беспрепятственно подошел к обшивке корабля работорговцев — щит он преодолел играючи. Непонятно, обычно, для этого требовалось вмешательство извне. Для того и висели рядом штурмовики, чтобы залпами бортовых орудий продавить защитное поле и дать возможность боту произвести абордаж. В итоге, пока абордажники успешно брали корабль под контроль, я и Ари, нарезая круги вокруг, чувствовали себя лишними на этом празднике жизни. Прошло минут двадцать, и тут что-то пришло в голову, наверное, мысль: