Вячеслав Варин - Проводник

— Я сегодня весь день сама не своя, — проговорила Таня. — Мне кажется, никогда еще я не чувствовала себя такой неуверенной. В самом воздухе витало что-то тревожное, я даже не отважилась сходить в магазин… И вот это прошло. Ты меня непостижимым образом успокоил… Все-таки как хорошо, что ты приехал! Ты как будто знал, в каком я состоянии.

— Наверное, это тоже предвидение, — улыбнулся я. — Хотя карты я бросал. Признаться, я ехал, предполагая что-то такое… Но ехал не только за этим, а еще и за тем, что мне просто хотелось увидеться. Мне очень понравилось проводить с тобой время.

— Мне тоже. Хотя это — признаюсь кое в чем и я, — весьма меня удивляет. Я поглощена своим творчеством. Мы очень разные люди… Но ты меня чем-то притягиваешь. Наверное, своей необычностью.

— Что же во мне такого странного? По-моему, я — обычный представитель сословия программистов. С покрасневшими глазами и бледным лицом. С ночью и днем, которые в работе часто меняются местами. И с самыми обычными увлечениями…

— То, что ты рассказывал мне сегодня, может быть обычным разве что для какого-нибудь мистического фильма, но не для жизни.

— Возможно… — сказал я и спохватился, поглядев на комп. — Не выразить словами, как мне хорошо у тебя в гостях, но боюсь, что надо собираться. Завтра я сдаю работу, и многое до сих пор не доделано, — я невесело улыбнулся. — Мне придется уезжать, иначе я не успею.

— Может, все-таки переждешь у меня дождь?

— Я же на машине. Давай увидимся как-нибудь еще.

— Я не против. Созвонимся?

— Да, я обязательно позвоню тебе завтра.

Она провела меня до прихожей. Надев плащ, я задержался на пороге.

— На всякий случай… Мало ли… Если что-то будет не так, звони.

— Хорошо. Обязательно позвоню. — Она поцеловала меня в щеку и с улыбкой прибавила: — Таинственный незнакомец из тумана.

— Пока, — сказал я на прощание.

Дверь закрылась за моей спиной.

Я завел машину и спокойно отъехал от дома.

Я дал этому мерзавцу несколько минут форы. Но доехать туда первым было не главным в этой игре. Главным было — оттуда уехать.

Выехав из жилого сектора на трассу, я утопил педаль газа до пола и погнал к гостинице.

Этот шпик мог быть кем угодно и прихватить с собой сколько угодно друзей.

Полцентнера пластида хватало на всех.

По пути ливень стих.

Видимость улучшилась, и, въехав в сектор, я обнаружил сквозь мокрое ветровое стекло нечто такое, что заставило тут же остановить машину.

Окна отеля светились.

Я даже моргнул, чтобы удостовериться, что передо мной не оптическая иллюзия. А затем форсировал восприятие.

Не было никакого зрительного обмана. Я видел не яркое освещение электрических или люминесцентных ламп — скорее, это были свечи. И мерцали они не в каждом окне…

Я разглядел тени, которые там перемещались. Люди, много людей. Перед фасадом выстроились десятки легковых машин, и мой усиленный слух улавливал музыку, которая доносилась из здания. Ее низкий танцевальный ритм мог означать только одно — там происходила загородная «пати».

Запрещенная вечеринка для тех, кто хочет повеселиться «по-настоящему»… Музыка, выпивка, секс, наркотики — всего вдоволь и никаких представителей закона. Как заявляли в таких случаях участники подобных мероприятий: «Соберется только правильная публика».

Не иначе как роковая случайность сосредоточила ее здесь, в этом секторе, а не в любом из заброшенных секторов. И это было не самое досадное совпадение. «Правильную публику» угораздило устроить сборище именно в выбранном мной здании — черт возьми, именно в тот самый день, когда я заложил туда полсотни килограммов пластиковой взрывчатки и уже заманил в западню культиста.

Мой план был прост, даже идеален. Начиная с визита к Тане, все складывалось великолепно. Даже гроза, которая собиралась с самого утра, сопутствовала моему замыслу. Она-то и навела меня на эту мысль — жители соседних секторов приняли бы взрыв за раскат грома… Все было сделано правильно, и сейчас мне оставалось просто нажать на кнопку, устроив врагу громкие похороны, с монументальным надгробием из рухнувших стен…

Я скрипнул зубами, стискивая в кармане пульт радиофугаса.

Невозможно было предугадать, что там окажется человек двести. Конечно, будь внутри я, а культист на моем месте — он без всяких сомнений поднял бы гостиницу в воздух вместе с посторонними… Но я пока что служил в Ордене.

Поэтому фейерверк следовало отложить. И быстро решить, что делать дальше.

В поездке я дал культисту пять минут форы — и сейчас он должен был шарить по толпе, выискивая меня. Даже если допустить, что в голове этого шпика водились претензии на лавры выдающегося Карателя, бесстрашного истребителя Паладинов, — после бесславного примера Вурдалака эти амбиции должно было сменить благоразумие. Оно побуждало вызывать подмогу. Если прикинуть по времени, то Каратели уже в пути и будут в отеле минут через двадцать, максимум через полчаса… Я решил рассчитывать на это время.

И не терять его, поскольку мне не оставалось ничего, кроме как отправиться в отель и уладить дело до их приезда. Оставить культиста в живых я не мог, хотя бы потому, что он знал о Тане. А я — о его гнусных намерениях, которые касались этой девушки.

Тем не менее, вернувшись в машину, я поколебался.

Была другая схема — немедленно возвратиться к ее дому и устроить засаду где-то на подходах. Потратив здесь время впустую, этот шпик обязательно вернется туда…

Но он мог приехать туда не сам. Не найдя тут никого, он мог раскусить мою уловку и явиться со всей командой Карателей. В таком случае — следовало быть реалистом — было маловероятно справиться в одиночку. Можно было вызвать Магистра и запросить подкрепления. Но если кого-то вообще отправят, то они, скорее всего, не успеют добраться. И даже если один Каратель выживет, удерет или спрячется, то информация о Тане, которую я как раз и хотел скрыть от Культа, попадет «куда следует».

Здесь было слишком много труднопредсказуемых факторов, превращавших этот вариант действий из разумного пути тактического отступления в скользкую тропку, вымощенную допущениями и действиями наудачу. И поэтому, скорее всего, ведущую к поражению.

Правда, я мог задействовать и «программу-минимум», поехать к Тане и воспользоваться тканью, пропитанной эфиром.

Но насчет этого я размышлял, уже подъезжая к отелю. Культ не знал о ней, но и ей не следовало знать о Культе. Один шпик Культа — этого было маловато, чтобы заставить меня включать заднюю передачу, пользоваться крайним средством, которое поломает ее жизнь. И я не собирался оставлять в памяти культиста свое «ментальное фото». Он вызвал Стаю и ищет меня? Что ж, у меня было двадцать минут, чтобы отыскать его первым.