Владимир Владимирович - Социо-пат

   Японец, как это умеют только представители этой нации, превратил собственное лицо в непроницаемую маску покруче тех, что используются в кабуки. Теперь во всем его облике невозможно было прочесть ни малейшего намека на хоть какую-то эмоцию.

   - Да, - понаблюдав за превращением разозленного начальника в безжизненную чиновничью тушку, произнес Ватанабэ. - Лейтенанта Канзаки мы оставим у себя.

   - На какой срок, позвольте узнать?

   - Вы не поняли. Ей доверены сведения категории "Каппа". Мы ее насовсем у себя оставим.

   Учики не помнил, сколько времени провел в этой комнате. Окон здесь не было, а единственная лампочка под потолком все время светила тускло, как закатное солнце. Юноша готов был поспорить, что прошли как минимум сутки с тех пор, как он очутился в заточении, однако не мог с уверенностью остановиться на сколько-нибудь определенном сроке.

   Наручные часы у него отобрали, старенький мобильный телефон, не обладавший даже функцией видеосвязи, и тот оказался утянут неизвестными пленителями. Хотя какие же они неизвестные... Отоко прекрасно знал, кто они. Ватанабэ все рассказал перед тем, как вырубить его. Если не врал, конечно.

   Первое время Учики просто валялся на вбитых в стену нарах, изредка косясь на дверь, наглухо запертую, как он обнаружил, придя в себя внутри комнаты. Ложе было не то чтобы приятным, но Отоко никогда не был прихотлив. Разглядывая собственные ноги в ботинках, из которых по непонятной причине его тюремщиками оказались извлечены шнурки, молодой человек размышлял об уготованной ему пленителями судьбе. Если Ватанабэ не соврал, он является редко встречающимся в природе существом, способным вступать в симбиоз с древней технологией и получать нечеловеческие способности. Ладно, хорошо, допустим на минутку, что это не бред маньяка, затащившего его в какой-нибудь подвал, и не его собственные галлюцинации. Тогда напрашивается вопрос: что с ним намерены делать представители Союза, по словам того же Ватанабэ, неустанно разыскивающие таких, как Учики, по всему земному шару еще со времен чуть ли не Крестовых походов? Напрашивались два варианта, ни один из которых лично Отоко ничего хорошего не сулил. Либо его будут препарировать и изучать, либо просто убьют от греха подальше. Ибо вряд ли поиски Наследников имели целью угостить их мороженым и поцеловать в щечку.

   Но тут юношу пронзила запоздалая догадка. Стоп! Что-то не состыковывается. Не вытанцовывается! Ватанабэ сказал, что все дело в наномашинах, так? Так. Учики один из тех, кто с этими наномашинами в организме может творить всякое, как, например, Спаситель много лет назад. Так? Так. Но, на минутку, - это не объясняет, каким образом Учики сделал то, что он сделал тем вечером! Это сияние, заставившее того жуткого типа корчиться в судорогах! Эти видения! Ведь в его организме не было никаких наномашин! Получается, дело не в них!

   Молодой человек порывисто сел, спустив на пол ноги. Ватанабэ заморочил ему голову. Может, он и не врал, но явно чего-то недоговаривал. А значит, все еще сложнее, чем казалось. И будущее становится еще более размытым, но никак не более светлым. Вот же попал...

   - Слушай, а ты вообще мясо с кровью ел когда-нибудь? - человек в засаленном медицинском халате ухватился за край черного пластикового мешка продолговатой формы и застыл в ожидании. Его коллега, в таком же халате и с таким же скучающим выражением лица человека в конце рабочего дня, ухватился за противоположный край этого же мешка.

   - Пробовал, конечно, - по кивку оба синхронно приподняли мешок над каталкой и споро переложили его на голый железный стол, под немилосердно мигающую бледным светом лапочку на потолке. - Ничего, вкусно.

   - Не знаю... - отпустив мешок, задавший вопрос машинально потер руки, словно избавляясь от налипшей на них грязи. - Я почему-то не могу заставить себя попробовать. Только хорошо прожаренное ем.

   - А чего это ты так? - его собеседник откатил средство транспортировки мешка к стене и шагнул к столу сбоку.

   - Да не знаю... - пожал плечами первый. - Брезгую, что ли...

   - Ну ты даешь, - хохотнул второй, берясь за молнию, пересекавшую мешок вдоль по центру, и потянул вниз. Со звонким вжиком ее половинки разошлись в разные стороны. - Это при нашей-то работе?

   В раскрывшемся мешке лежало тело мужчины. Размозженная голова, запачканная грязью и кровью одежда. Сведенное судорогой лицо. Измазанная смесью крови и мозгового вещества копна растрепавшихся волос, расположившаяся практически в стороне от останков головы. Угольно черные, вследствие усилившейся в смерти бледности, тени вокруг открытых пустых глаз. Это был подобранный со злополучной строительной площадки Фрэнки, трикстер-самоубийца. И вид он имел не слишком аппетитный. К счастью, организм этого существа был куда крепче простого человеческого, так что после падения со столь огромной высоты в нем даже остались узнаваемые человеческие черты, хотя вряд ли в организме уцелела хоть одна кость.

   - Вот уж точно - бифштекс с кровью! - поморщился любитель жареного. - Наверное, из-за таких я и не ем сырого мяса.

   - У каждого свои тараканы, - сыронизировал сыроед, поправляя края мешка для переноса трупов так, чтобы не мешали при вскрытии. - Хотя такие симпатяги и впрямь не усиливают аппетит.

   - Ага, - согласился брезгливый медик, расчехляя принесенный сканер. - Ладно, давай работать.

   - Да завсегда, - второй уже доставал свой набор жутковатых острых инструментов для вскрытия.

   Больно, да? Ясное дело. И неприятно.

   А что поделаешь? Ты сам дал загнать себя.

   Ты потерял нюх и вел себя как дурак.

   Ты слишком увлекся развлечением и забыл о работе.

   Ты чуть не выдал его.

   Думаешь, ему это понравится?

   Вряд ли.

   Он будет разочарован. Очень разочарован.

   - Так, - ненавистник мяса с кровью надел на левое ухо серебристый наушник со спускавшейся к губам трубкой микрофона. - Начнем. Тело принадлежит белому мужчине, возраст в районе тридцати-сорока лет. При первичном осмотре посмертных травм подтверждается версия смерти в результате падения с большой высоты, однако повреждения носят явно меньший характер, нежели ожидаемый при...

   Его коллега распарывал острым скальпелем одежду на теле Фрэнки дабы впоследствии хорошенько покопаться в его внутренностях. На соседнем столе распластанное тело трикстера сканировала аппаратура, предоставленная сотрудниками Восьмого отдела.

   Я знаю, я знаю.

   Ты не хочешь, чтобы он в тебе разочаровался.