Евгений Канягин - Ядерный удар

— Господин полковник, надеюсь, Вы догадываетесь, о цели нашего визита. Поэтому сразу расставлю все точки. Мы надеемся на Ваше конструктивное сотрудничество, без применения с нашей стороны ни каких, я повторяю ни каких методов воздействия на Вас.

— Вы правильно заметили, что я солдат. Договорённостей не будет, я обязал исполнить присягу, Господин?

— Геббельс.

— Н-да. — Озадаченно полковник посмотрел на Геббельса, теперь понимая, что ничего светлого ему не светит.

— Я так и думал, что Вы не согласитесь. Однако мне пора, оставляю Вас наедине.

Геббельс встал и вышел, его действительно ждали неотложные дела, требующие его присутствия и немедленного разрешения…

На следующее утро в дверь кабинета постучали, затем заглянул Гот.

— Не занят?

— Нет, заходи, рассказывай. Как наш полковник поживает? Что рассказал интересного?

— Крепкий орешек попался. Сыворотка ему ни по чём, физическую боль терпит. Пришлось попотеть, пока расколется.

— Короче.

— Короче. Заключили они договор с местными бандитскими паханами и те за деньги, открыли охоту на нашу группу. Одна, из которых напала на Дикой территории, правда бандосам не повезло, получили по сусалам.

— Это мы знаем. Что ещё?

— А вот новенькое. Они ещё заключили договор со «Свободой».

— Надо срочно связаться с Ворониным, пусть отправит с группой своих бойцов.

— Уже связался. Группа ушла сегодня утром, ПДА отключены, предупредить не получиться.

— «Монолит» задействуй.

— Я думал над этим. «Долг» уже вышел с базы. Воронин отправил их сразу на Барьер, скорее всего они там их догонят. Лукаш, скорее всего постарается прихватить всех разом там же. Допустим, что долговцы плюс наши плюс монолитовцы с другой стороны разобьют «Свободу». Где гарантии, после этого не произойдет новая стычка, уже между «Монолитом» и «Долгом», а скорее всего так и будет. Кроме того, мы рискуем нашим основным агентом, он к тому времени может присоединиться к проводникам и тогда. Конец! Всё заново! Только без нас с тобой. К тому времени нам голову снимут.

— И «Монолит» заранее задействовать нельзя. Отправить бы их к Барьеру заранее, тогда «Свобода» стянет туда все силы, для локализации прорыва. А другого пути у них нет.

— Нет. Я всё проверил. С Армейских складов, в сторону Припяти только один проход, через Барьер, другого нет.

— Да, не весело. Остаётся надеяться, что нам жутко повезёт. В Зоне на это надежды мало. Против группы, если их обнаружат, Лукаш бросит всю свою группировку свободовцев, значит, шансов у них выжить ни каких не будет, насколько я понимаю. Значит, чем- то надо помогать.

— Есть идея…

Гот изложил свои идей и мысли насчёт прохода Геббельсу.

— Что ж рискованно, а если не получиться и они не поймут замысел? Других вариантов опять же нет. Давай быстро прикинем.

— Да я уже прикидывал

— Тогда поступим вот так…

— Вон Армейские. — Показал рукой, не поворачиваясь Дубинатор. — Скоро в локацию войдём.

— Интересно, чей сейчас переход. Ни кто не знает? — Спросил Шеф.

— Две недели назад долговцы «Свободу» отсюда выбили. После этого не знаю. Может они и остались. — Поделился информацией, до этого молчавший, Турок.

— Обходной путь здесь есть? — Спросил Рекс.

— Нет. По обе стороны на много километров, на склонах радиация. Радов столько можно хапнуть, что потом месяц в Баре можно бухать не поможет. — Объяснил Дубинатор.

— И чилиперчик может засохнуть и отвалиться, всё будешь девочкой. — Вставил я.

— Рты позавалите. Подходим. — Рявкнул Дубинатор.

Вся трагичность ситуации состояла в том, что мы приближались по совершенно открытому пространству, а со стороны локации было, где спрятаться. Бетонные плиты, взорванная машина, справа по склону густой кустарник и пара достаточно толстых деревьев, для того, чтобы за ними можно было укрыться.

Когда мы приблизились на расстояние прямого выстрела, из-за плит вышел долговец. В экзоскелете, в руках модифицированный ВЛА, со снайперским прицелом и самое главное с подствольником, такого я не видел, видимо последняя разработка. Надо механику нашему заказать, чтобы мне на «Винторез» такую примастрячил, очень удобно получится.

— Куда путь держите, бандерлоги? — спросил ходячий танк.

— На Припять. — ответил я, выступая вперёд.

— Кажись, Сват. Привет! Узнал меня?

— Привет! Болельщик! Какими судьбами?

— Вот вход на локацию охраняли, от ублюдков со «Свободы». Чтоб неповадно было лазить к бару, но в последнее время они активизировались. Патрулей целая куча. Мы здесь четверых потеряли и на хуторе троих. Вот я и решил сваливать отсюда. Воронин, конечно по головке не погладит, не женщина, блин. Но я считаю парней сберечь надо, потом отобьем опять. Так что прощайте!

Долговцы уходили, а мы стояли и смотрели им вслед, пока они не скрылись за поворотом.

— Мысли есть, как Армейские проскакивать будем? — нарушая тишину и выводя всех из оцепенения, поинтересовался Шеф.

— Можно разделиться на две группы. Больше будет шансов проскочить. — Внёс предложение Турок.

— Допустим. А ты не подумал, если одну группу накроют, как вторая через Барьер пробиваться будет? Лукаш тогда сто очков боевиков понагонит. И нам всем кирдык. Пока наша сила в количестве огневой мощи на одно радиоактивное тело, встретимся с патрулём, давим их будем моментально, чтоб подмогу вызвать не смогли. Будем решать проблемы по мере их поступления. Болельщик сказал, что «Свобода» их пост на хуторе покрошила, значит там, скорее всего никого нет. Пойдём туда, а дальше видно будет.

Отряд двинулся через проход в локацию. Миновав бетонные плиты. Пошли вдоль зарослей кустарника, вверх по склону. Дубинатор обозначил в конце склона аномалию. Все приняли. Откуда взялся этот слепой пёс? Одиночка? Эти мутанты не охотятся по одному. Замочили всю стаю, этот остался жив? Может быть. Какого хрена он один кинулся? Вопросов много, результат не изменить.

Когда проходили, кустарник, из кустов, сверху выскочил слепой пёс и кинулся на нашу дамочку. Та от неожиданности просто поскользнулась. Представьте инерцию тела в сто пятьдесят килограмм. Дамочка визжа, покатилась вниз, а там граждане Воронка и ей всё равно сколько ты весишь в граммах.

— Держи жену. — Крикнул я младшему инспектору Артименко.

— Ннне яя нне мммоггу, там аанномалия.

— Сука ГАИшная, там же твоя жена!

ГАИшник бросился, виляя свиным задом в другую сторону спасая свою никчёмную жизнь. Артименко- жена докатилась до аномалии и завизжала ещё громче, когда её стало затягивать, через мгновение крик затих, Воронка сработала, и от ста пятидесяти килограмм живого веса осталось, совсем немного дерьма. За мужем бежать ни кто и не собирался, сдохнет туда ему и дорога. Смотрели кто, куда кто на Воронку, кто вслед удаляющемуся щекотрясу. Ни жалости, ни сожаления я, ни у кого не рассмотрел, пожалуй, дуновение какого- то облегчения, у всей группы.