Ио Меркушин - Бес и Шаман

Я подбежал к сталкеру, и уверенно рванул его за руку. Я чувствовал его сопротивление, но лишь оттого, что он не понимал, что же происходит, где он находится. Лишь только его шаг превратился в бег и сделался уверенным, я отпустил его. Кажется, он что-то кричал мне, я не слышал ни слова.

Точно в замедленной съемке здание начало рушиться и проседать. Весь слуховой диапазон заполнили крики не успевших выбраться людей, каким-то странным образом они перекрывали треск рушащихся железобетонных перекрытий и звук пламени нарастающего пожара.

Я просто бежал, уворачиваясь от падающих фрагментов потолка, отшвыривая в сторону куски арматуры и обломки плексигласовых конструкций. Если нельзя избежать опасности, что толку в трусости, которая все равно не защитит тебя? Эта мысль успокаивала меня. Все происходило слишком быстро, когда я, пропуская Сфинкса вперед, в одном из коридоров расстреливал за собой камеры наблюдения, как будто они несли в себе главную опасность в нашем положении. Я чувствовал, что на этот раз не уйти. Неизвестно, успели ли укрепить главный заряд, а если нет, скорее всего, сталкеры останутся там до последнего и дадут ему сдетонировать, и тогда весь этот безумные безудержный прорыв вперед, куда не известно, но главное вперед будет бесполезен, мы все равно погибнем, погибнем не узнав помогли ли кому-то?

— Какого черта? — выкрикнул не пойми откуда взявшийся человек в белом халате. Сфинкс едва не разрядил в него обойму одного из пистолетов, который поспел раньше любых других реакций.

Этот парень был мне чем-то смутно знаком. Я точно не мог сказать чем именно, но то, что нападать новый участник событий не собирался, вселило в меня некоторую долю оптимизма.

— Это теракт, — Сфинкс был как всегда лаконичен.

— Какого черта вы это делаете? Вы что совсем с ума сошли? Если эта установка разрушится мы больше не сможем сдерживать ту нечисть которая лезет из Четвертого энергоблока, так называемого «монолита» если вам угодно.

— Вы и раньше не сдерживали! Не время и не место говорить об этом, если знаешь выход — выводи нас отсюда!

Парень заторопился и велел следовать за ним. Стоило нам миновать пару проемов, и спуститься в подвал, как наверху оглушительно бухнуло. Стало ясно — сработал главный заряд. Тяжелые удары, обрушающихся перекрытий доносились и сюда, однако лаборант завернул гермозатвор на надежной двери, которые обыкновенно ставят в бомбоубежищах или бункерах.

Как только все более ли менее поутихло, я включил фонарь. Вдаль немного под углом вел очередной коридор. «Вот понастроили тут», — в сердцах подумал я. Однако выглядел он по-другому, точно вынырнувший фрагмент моего времени. Обветшалый и забытый, захламленный проржавелым хламом, со свисающей с потолка паутиной.

— Что финансирование закончилось? — зло прокомментировал я.

— Нет, вы не понимаете, это опытный полигон… но у нас не было выбора, иначе мы бы погибли… там наверняка бушует пламя пожара…

Лаборант прервался на полуслове.

— Бес? Какого черта? Ты же погиб!

— Не дождешься, Стоянов! — тут и до меня дошло — мы уже встречались ранее, более того, я сбывал ему артефакты в своем, так сказать, времени на Янтаре. Парень здорово выручал меня и не раз. Говорил ли он теперь правду? — ты хоть знаешь, что вы там создали? Что на самом деле делает S-поле?

— Знаю! Но уничтожать эту установку было нельзя! Причем нельзя ни в коем случае! Что-то случилось на определенном этапе… мне кажется, что у Шутина просто поехала крыша! Был один неудачный эксперимент, после которого из Четвертого энергоблока вырвалась какая-то зараза. Я полагаю все дело в терминале, который мы подключили тогда. Короче говоря, самый обычный компьютерный вирус — троян мутировал, в соприкосновении с аномальной энергией, и стал передаваться от компьютерной технике к человеку. Дальнейшее, как я подозреваю, вы знаете не хуже меня. Группа отколовшихся от «ВЕСКа» ученых пыталась противопоставить свои разработки Шутину, но все было тщетно. Когда его отстранили от проекта он собрал верных людей и ушел куда-то в сторону Четвертого энергоблока. Что с ним стало дальше — никто не знает, это было давненько.

— Полагаю, что некто Шут, распространяющий «шум» по сети и есть Шутин… — мрачно заключил Сфинкс.

— Я не понимаю, для чего ему это нужно?

— Он хочет доказать, что телепорт возможен, он просто одержим идеей телепорта. Но я боюсь, что S-поле, которое по своей сути является силой, способной всего лишь искривлять атомарную структуру пространства, не поможет ему в этом.

— Почему он так уверен в своей правоте?

— Все дело в побочном эффекте, который изредка дает S-поле, мы назвали его «эффектом машины времени», но довольно теорий, нам надо как-то выбираться отсюда. Этот полигон не очищен от мутантов и аномалий, он кишит ими. Кроме того, основной излучатель S-поля находится неподалеку от базы «монолитовцев», и очень скоро его излучение полностью накроет наш сектор!

— Я понял… — прошептал Сфинкс, — держи Бес. Шаман велел мне передать тебе это, когда момент настанет. Мне кажется, что теперь он настал.

Сфинкс извлек из одного из контейнеров, висевших у него на поясе артефакт, о котором мне лишь приходилось слышать — «мамины бусы».

— Зачем ты даешь это мне? — Удивлению моему не было предела, когда я почувствовал аномальное тепло в своей ладони.

Коридор качнулся перед моими глазами. Я скорее прочел по губам, чем услышал, что Сфинкс пожелал мне удачи.

Темнота, заполнившая мир длилась не более одной секунды, как мне показалось. Я почувствовал под ногами твердую почву, недобрый северный ветер дул в лицо, и я чувствовал его, несмотря на противогаз. Рука сама собою рванулась к затвору. В следующий момент я понял, что стою у лаза в трубу, а поодаль от меня что-то кричит Вар.

— Все назад! — успел крикнуть я, когда из перехода на Янтаре в черное небо ударил синий искристый луч света.

Я совершил прыжок подальше от места предполагаемого взрыва и упал наземь, закрывая голову руками. Обстоятельства менялись столь стремительно, что у меня захватывало дух. На какой-то момент мне показалось, что все, что происходит — происходит не по настоящему, в некоторой изломанной перспективе. Но мое обострившееся за последние два года чутье отчаянно сигнализировало мне о надвигающейся опасности.

Приподнявшись, я увидел, что место, где совсем недавно держали нашего товарища — Волка, изменилось до неузнаваемости. Это было похоже на фантастический фильм. Сквозь дрожащий воздух, преодолевая завалы, на нас надвигались отлично вооруженные ни то «монолитовцы», ни то военсталы.