Василиска 11 - Ольга Анатольевна Чумаченко
- Сейчас такое пекло, а люди работают, неужели нельзя обеденное время переждать? – спросила Лиска у бабки.
- Так если до конца десятьницы не уберём, пшеница осыплется, и хозяин с нас шкуры снимет, выпорет так, что половина люду точно помрёт, вот и работаем сутками, - старуха устало вздохнула, а Лиска невольно зацепилась за ворот её простого платья, больше на тунику похожую, но до земли. И на виденной части кожи, у самой шеи, просматривались грубые рубцы. Старуха вздохнула, постучал деревянной плошкой с длинной ручкой о край казана и, решила пожаловаться. Видимо, надоело ей всё в себе держать. Устала. Невмоготу. А ребёнок начал похныкивать, просить кормилку. – Раньше же нас чуть ни пятьсот человек в деревне жило, но последние десять лет, которых получше, забирают и забирают, а за этот год и совсем малых увезли, тех, у кого мало-мальски дар. Остались только совсем негодные, да дети малые. И тех постоянно приезжают, проверяют. Тишка, давай, беги за мамкой, не видишь, малец есть хочет. Да и остальных есть зови.
Мальчишка сорвался с места и резво побежал в поле. А сама бабка наложила каши в глиняную миску и поставила перед гостьей.
- Спасибо! – Ложку Лиска свою достала из бокового кармана. Обтёрла салфеткой, принялась есть. Готовили кашу из той же пшеницы, что народ собирал. Немного помяли её в ступке. И готова для употребления. Соли мало и маслеца бы… Но на голодный желудок пойдёт. Организм молодой матери требовал плотного насыщенного обеда.
Народ начал подтягиваться. Пили воду с бадьи. Многие в возрасте. Худые. До ужаса загорелые. У кого-то не было части конечности. У кого-то они были изранены, как и тела. Травмы людей были очень похоже на ожоги. Позже Лиска узнала, что это так одно хищное растение оставляет свой след. Но, несмотря на травмы, работали изувеченные наравне со всеми.
Из молодых… кривые, косые, не здоровые. Те, кого отбраковали. Все люди косились на незнакомку. Настороженно поглядывали на раздававшую еду бабку. Видно было, что хотели у неё поспрашивать о подъехавших эльфах, что стояли в стороне и к их деревенской компании не подходили.
- Да проездом это, - не выдержала напряжённых взглядов старуха. – Чужие, со столицы. Вон, Лиска есть захотела.
Лиска кивнула, что это она…
Мать пришла, женщина за сорок, достала ребёнка из корзинки и, присев на куче листьев, принялась кормить. А на улице жара, ещё и работа у женщины тяжёлая. Естественно, такой образ жизни плохо влияет на кормящую мать. Потеребив грудь, малыш начал хныкать. Ребёнку было месяца четыре. Активный, щупленький и голодный.
- Да ты сама сначала поешь, - прикрикнула старуха на женщину. – Водичку попей, мальцу дай.
- Я могу покормить, - не выдержала Лиска. У неё грудь покалывало. Срочно надо было молоко сцедить. Народ удивлённо повернулся к гостье. Буквально впились люди в её лицо. Да, молодо она выглядит.
- У тебя есть ребёнок? – спросила белянку старуха. Светлые брови которой уползли вверх.
- Четыре, два мальчика и две девочки, - улыбнулась Лиска бабке, на некоторое мгновение выпавшей из реальности. – Так можно?
Мать не ответила. Растерянно посмотрела на односельчан. На далеко стоявших эльфов. Но Лиска не стала ждать особого приглашения. Сама подошла, села возле женщины с ребёнком. Сняла кожаную жилетку, оставшись в топе.
- Не бойся, я не ядовита, - проговорила белянка женщине, поманила ручками малыша, оголила грудь. – Пойдём к тёте, поищем вкуснятину…
Когда ребёнок распробовал новую кормилку, он жадно присосался. И только наевшись, начал пальчиком играть то с одним соском, то с другим. Разговор с народом сначала не клеился, а потом… будто плотину сорвало. Да, многих людей эльфы забрали из деревни против их воли. И в других местах Светлых земель то же самое творилось. Запретили людям выезжать без разрешения даже до соседнего поселения. А ведь раньше, старики рассказывали, люди свободно ездили по Светлому царству. Селились в любом понравившимся месте, кроме городов и частных имений эльфов, если их туда не пригласили. А дальше… из людей на территории эльфов просто сделали рабов.
- Староста посылает заявку каждый год, отчитываясь, насколько ещё метров продвинулись ядовитые лианы, тем самым захватив территорию посевных полей, а ему даже не отвечают, но требуют тот же сбор, с полного объёма, - вздохнул один из мужчин, покосившись на эльфов. Им-то уничтожить ядовитое растение, не дающее жизни людям, раз плюнуть. А проживающим в деревни народу оно стоит увечий и жизней.
- Интересно, - задумалась Лиска о своём.
Насколько она знала, есть один интересный документ, подписанный первым правителем Светлых земель, где говорилось, что он обязуется быть гарантом закона всех проживающих на его подконтрольной территории существ. И там много чего прописано. Что-то вроде конституции. Он обязуется, обязуется, обязуется…
- Вам надо написать жалобу правителю, - выдала белянка, рассмешив людей. – А что? Тишка, сбегай к рыжему лэру, что с рогами и хвостом, скажи, Лиска сказала дать лист с ручкой. Не бойся, он мой друг.
Мальчишка сбегал, принёс канцелярские принадлежности. И Лиска принялась строчить депешу. О поборах, об избиениях, о принуждениях. Много о чём написала белянка. О запрете обучения. И то, что даже медицинскую помощь никто людям не оказывает.
- Написано со слов проживающих в Лесной деревни людей, заверено Её Светлостью Василиской леди ди Фён, - поставила в конце документа она печать своим родовым кольцом. Магией обработала бумагу, чтобы больше никто и ничто не мог дописать. Копию занесла к себе в электронный архив магического кольца. И понесла документ Его ушастой Светлости. – Это Вам. – Протянула она лист главному эльфу. От неожиданности он принял документ. Прошёлся по нему взглядом. И разорвал. – Ваше право. Отказ зафиксирован. Мне ещё полчаса надо, им поедем. Может, ваши гвардейцы успеют нас догнать.
Лиска не просто так вернулась к людям. Она решила им помочь. Во-первых, убрать урожай. Во-вторых, с ядовитым растением решить вопрос.
- Я сейчас попрошу никого на поле не выходить, - проговорила она людям. И пошла, пошла, красавица, походкой от бедра, распустив белоснежные волосы… - Ветер, ветер, ты могуч… - собрала