Эрик Найт - Выбор Кота

После этого случая путники стали еще осторожнее. Они вышли на дорогу, по которой проехали джипы, и осмотрели следы. Но это мало что им дало. Разве что стало ясно: джипы были не единственным транспортом, проезжавшим здесь недавно. Когда они отошли от дороги примерно на милю и остановились, чтобы дать отдых лошадям, Валентайн уловил в легком вечернем ветерке человеческий запах.

— Впереди люди, — сказал он Дювалье. — Да не напрягайся так — это, скорее всего, дозор ополченцев. Давай-ка спрячемся и понаблюдаем.

Они обогнули холм, чтобы замести следы, и остановились. Теперь им предстояло сторожить сторожей. Рано или поздно любопытство заставит их обнаружить себя. Дювалье вызвалась сходить в дозор, а Валентайн и миссис Кортес предпочли удерживать лошадей.

Валентайн только подыскивал слова, а Дювалье уже раздраженно вздохнула:

— Да не смотри ты так, я буду милосердной.

Через час она спустилась по травянистому склону, ведя под дулом чужой винтовки двух солдат в одинаковой форме. Вторая винтовка болталась у нее на плече.

— Смотрите-ка, она кого-то задержала.

Миссис Кортес прищурилась:

— Здоровый детина. Он из ополченцев Денвера, не приграничный рейнджер. Что-то теперь будет? Надеюсь, она была вежлива, денверские вояки легко выходят из себя.

Дювалье подвела пленников, по пути болтая с ним.

Один из военных заговорил с Валентайном первым:

— Послушай, приятель, ты ведь в Колорадо. Нападение на солдата даром тебе не пройдет, особенно сейчас. Вели лучше своей девчонке отдать мне винтовку. Иначе через пять минут с этих холмов на тебя будет направлено двадцать стволов.

Валентайн пожал плечами:

— Вообще-то «моя девчонка» здесь за старшего. И полегче с угрозами, солдат. Твой сержант наверняка захочет задать кой-какие вопросы. И когда он узнает, что эта «девчонка», которая тебе по пояс, напала на тебя и отобрала ружье, хотя сама даже не была вооружена, что ж, я не хотел бы оказаться на твоем месте.

Солдат, с нанесенной по трафарету фамилией Парке — тон на груди, оглянулся на окружающие их низкие холмы, как будто испугался, что сержант может услышать, что кто-то отобрал у него оружие.

— Но мы вовсе этого не хотим, — продолжил Валентайн. — Давай сделаем так: ты окликнул нас из укрытия, чтобы действовать как положено: сначала задать вопрос, а только потом — стрелять. И поговорив, решил отвести нас к твоему командиру. Если мы вернем тебе ружье, ты ведь не наделаешь глупостей?

— Хорошо, сэр, — согласился Паркстон. Его товарищ кивнул, рассеивая повисшее между ними недоверие.

Дювалье вернула ему ружье — переделанную старую боевую винтовку М-16, обычную для бывших Вооруженных сил США.

— Что вы делаете здесь, вдали от дома? Никогда не видела, чтобы солдат-ополченец забредал так далеко за границу, — поинтересовалась Дювалье.

— Сам не знаю, — ответил Паркстон. — Может, сержант вам расскажет, он командует нашим патрулем.

В этот момент показался сам патруль. Вереница людей спускалась с той стороны, откуда появилась Дювалье с пленниками. Валентайн понял, что за вершиной холма есть еще солдаты: их пока не было видно, но он безошибочно угадывал их присутствие. Так же как и собаки, которые как раз встрепенулись, завидев непрошеных гостей.

Сержант и его небольшой отряд приближались — винтовки наготове, но дула опущены вниз.

— Привет аборигенам, — сказал мужчина лет тридцати с небольшим, с офицерскими нашивками. Он излучал спокойную уверенность, что было совсем не лишне, поскольку никто из его команды не выглядел старше двадцати, а нервничающим вооруженным юнцам в потенциально опасной ситуации всегда необходима поддержка. — Чего ради вы забрались так далеко в Денверскую Охранную Зону?

Миссис Кортес представила себя и своих спутников. Ее гнусавый западный говор был таким же, как у сержанта:

— Моя фамилия — Кортес. Я ищу своего мужа, оптового торговца. Он отправился в Форт-Роулинг. Эти двое — со мной, можно сказать, помогают бедной старой женщине.

Один из солдат открыл было рот, чтобы что-то сказать, но сержант остановил его:

— Вы не заметили чего-то необычного к западу отсюда?

— Две машины пару часов назад проехали на юг, — вступил в разговор Валентайн.

— Они были слишком далеко, чтобы понять, чьи они — ваши или еще чьи-то, — вмешалась Дювалье. — Сержант, я не новичок в Охранной Зоне. Я уже бывала здесь — мы перегоняли скот на южный берег Платта. Никто из нас не поддерживает Новый порядок.

Сержант зажег сигарету, и Валентайн почувствовал едкий запах гвоздичного табака.

— Эти два джипа наши. И будь вы друзья или враги куриан, вам не помешает знать, что Форт-Роулинг пал. Сожжен до основания. И тут дело не просто в тяжелом артобстреле.

— Что?! — вскрикнули одновременно миссис Кортес и Дювалье.

Валентайн пошарил в кармане и нашел пачку сигарет. Он раздал по несколько штук сержанту и его людям. Юнцы присвистнули от удивления, а сержант закурил сигарету, выбросив самокрутку.

Только мертвые могли бы рассказать, что произошло, — продолжил сержант. (Валентайн отметил, что он по-прежнему держал ружье опушенным, но стоило сержанту поднять дуло градусов на тридцать, и пуля как раз попала бы в грудь Валентайна.) — Никогда прежде такого не видел. Их, должно быть, застали врасплох. В ущелье, за городом, есть секретный бункер, куда можно спрятаться в случае опасности. Так вот: там нет ни единой живой души. И никаких признаков борьбы вокруг бункера. Судя по следам обстрела на крепостных стенах, Форт-Роулинг не выдержал осады. Городские ворота разбиты вдребезги. Некоторые считают, что это была ракета, но мне кажется — фугас. И такой огромный, что его везли не иначе как на поезде.

— Каков был гарнизон? — спросил Валентайн.

— Полный комплект состоит из восьмисот солдат, но примерно половина почти всегда находится в дежурных патрулях за пределами форта. Если вооружить штатских, то это будет около шестисот человек, способных обороняться. Форт-Роулинг никогда не был лазейкой в стене. Это был наш самый надежный пограничный форпост. Минометные гнезда, две гаубицы и не знаю сколько еще вспомогательного оружия. Есть даже железнодорожная ветка, которая тянется миль на десять из форта, но она, кажется, еще не достроена.

— Расскажите им про штатских, — подсказал один из солдат.

— Миссис Кортес вряд ли захочет это слышать.

— Нет, говорите — мне надо знать. Пожалуйста, сержант, — взмолилась она.

Сержант выбросил окурок.

— Я видел много смертей, но такие — впервые. Насаженные на кол головы, младенцы, которых шмякнули о стену и бросили, как разбившихся о стекло воробьев, сожженные дома с пристегнутыми внутри наручниками жителями… Я думал, меня уже ничем не пронять, но то, что я увидел в форте, не забуду до самой смерти. — Он сделал паузу, чтобы глотнуть воздуха. — Миссис Кортес, если ваш муж был там, я уверен, что он погиб, защищая город, — если он был в состоянии держать ружье, его безусловно вооружили.